Блоги — Алексей Березин

Орка поймали!

Рано поутру над белыми стенами столицы разнесся крик: "Орка поймали! Поймали поганого орка!". Орк и правда был поганым. Морду его украшали многочисленные синяки, слившиеся в одно мутное фиолетово-желтое пятно. Волосы были растрепаны и засалены, на подбородке пробивалась трехдневная щетина, одно ухо было окровавлено.
На опухших губах запеклась коричневая корка. Через прорехи изодранной в клочья куртки там и сям проглядывала исцарапанная и грязная кожа. Орк, прихрамывая, плелся по улицам, а вокруг шеи у него была затянута веревка. Другой конец веревки находился в руках у королевских гвардейцев.

Когда орк открывал пасть, чтобы харкнуть кровью на землю, было видно, что многих зубов у него недостает.

— Цинга, — объяснил высокий гвардеец другому, показывая на орка. — Не кормят они своих. Жрут всякую дрянь, вот и выпадают зубы.

Орк на ходу повернул голову и зыркнул налитым кровью глазом.

— Цинга? — прохрипел он. — Да это вы же, уроды, прикладом мне заехали, все зубы вышибли!.. Цинга им, понимаешь. Диетологи, сука…

— Топай, топай! — рявкнул на орка второй гвардеец, низенький. — Ты хайло-то не открывай. Сейчас вот приведем тебя к королю, он решит, куда тебе еще прикладом заехать.

— И не говори, — поддержал его высокий. — Выступает еще, сволочь проклятая.

Орк умолк, опустил грязные лапы, связанные у запястий веревкой, и угрюмо зашагал по улице. Из окон домов высовывались любопытные люди, кто-то крикнул:

— У-у, рожа-то какая!.. Сразу видно, пакостная тварь.

Орк невесело ухмылялся, но не поднимал морду.

Через несколько минут гвардейцы достигли ворот королевского замка.

— Орка поймали! — радостно заявил высокий гвардеец. — К королю ведем! На допрос!

— Чего их допрашивать, сволочей, — проворчал привратник, однако ворота распахнул. — Ну, проходите, что ли… А только, как по мне, так нечего их и таскать-то сюда, только ковры топчут. Вон у него какие сапожищи-то грязные, как у балрога копыта. Хоть бы бахилы надевали, так ведь нет, идут по чистому, топчут…

Гвардейцы, не обращая внимания на ворчание привратника, поволокли орка в тронный зал.

— Вот, вашблагородь, орка поймали!

Низенький гвардеец пнул орка под колено, и тот, потеряв равновесие, повалился на пол, неловко выставив вперед связанные руки.

— Так, так, так, интересненько! — король приподнялся на троне. — А ну-ка, подтащите поближе. Любопытный экземпляр. Где поймали?

Гвардейцы замялись.

— Шпионил, вашблагородь!

— Врут они! — подал голос орк, поднимаясь на колени. — Это похищение! Я жаловаться буду!

— Пасть заткни! — прикрикнул высокий гвардеец. — Мы, вашблагородь, дозором обходили границы, и вот… Там таких целые банды. Не иначе, как опять вторжение готовят.

— Что ж вы врете-то! — возмутился орк. — Границы они обходили! Вы же сами нашу деревню сожгли, гады! Вам деревня-то чем мешала, а?.. Мирная деревня…

Низенький гвардеец широко замахнулся и врезал латной перчаткой в ухо орку.

— Еще ему поддай, — посоветовал высокий. — Никак не угомонится.

Орк заслонил лицо руками.

— Ну, полно, полно, — брезгливо произнес король. — Глупости какие. Никто ваших деревень не жег, это уж ты наговариваешь. Сами же, поди, и сожгли, чтобы на нас все свалить… Ты расскажи лучше, милейший, зачем границу перешел?

Орк заморгал заплывшими глазами.

— Что?.. Я — перешел?.. Да меня вот эти двое сюда притащили. Я домой шел, в деревню свою, а тут вижу — дома горят. И гвардейцы ваши вокруг. Ну, я в кустах схоронился, думал, отсижусь, а эти вот заметили, вытащили из кустов, говорят — ты шпион! Мешок на голову накинули и притащили… Я же говорю, это похищение!.. Какой я, к чертям, шпион! Это они сами границу пересекли…

— Врет! — убежденно сказал высокий гвардеец. — Уж мы ему объясняли, объясняли. Все руки себе поотбивали об него. А он все о своем. Не понимает, с-скотина!..

— Можно, вашблагородь?.. — спросил низенький с надеждой.

Король пожал плечами.

— Валяй.

Низенький от души влепил ногой под ребра орку. Тот сжался и заскулил.

— Орки, — извиняющимся тоном сказал высокий. — Никакой человечности. Лишь бы врать и пакостить.

— Да никакой я не орк, — прохрипел орк. — Я человек, понятно вам?.. Вечно вы, гоблины, все путаете. Какие же вы тупые, боже мой…

Сапог низенького гвардейца снова впечатался ему в бок.

— Я тебе покажу «гоблины»! Человек, скажет тоже!.. Это мы — люди, а ты — орк! Развелось вас, погани…

Высокий повернулся к королю.

— Чего с ним делать-то? — спросил он.

Король поморщился.

— В темницу, чего ж еще. Там умельцы есть, развяжут ему язык.

Низенький гвардеец гоготнул и отвесил орку еще один пинок.

— Пошел!..

Длинной винтовой лестницей они провели орка в подземелья замка. Пока высокий гвардеец развязывал орку лапы, низенький стоял, уперев копье пленнику между лопаток. Потом они вдвоем втолкнули орка в камеру. Железная решетка со скрипом захлопнулась за его спиной. Орк упал на холодный мокрый пол.

— Отдыхай, набирайся сил, — посоветовал высокий. — Скоро понадобятся.

С хохотом оба удалились. Когда отблески факела перестали плясать по стенам подземелья, орк приподнялся на локтях и попытался оглядеться вокруг.

— Жив? — донесся хрипловатый голос из темного угла.

— Ага, — кивнул орк. — Ты кто? Не видно ни рожна…

В углу кто-то пошевелился.

— Да как тебе сказать, — произнес голос. — Теперь уже и не знаю. Никто, наверное.

— Человек?

В углу усмехнулись.

— Само собой.

— Ну и слава богу, — кивнул орк. — Я тоже человек. А то гоблины эти твари те еще — с них станется и своего в кутузку…

— Они не гоблины.

— Чего?

Орку удалось наконец приспособиться к полутьме, и теперь он начал смутно различать фигуру сидящего в углу мужчины. Рубашки на нем не было, а штаны были изодраны до лохмотьев. Перепачканное грязью лицо было обрамлено длинными спутанными волосами. Мужчина сидел, прислонившись спиной прямо к каменной стене.

— Я говорю, никакие они не гоблины, — сказал мужчина. — Они люди.

— Тьфу ты, — орк выругался. — Так и знал. Ты тоже из них, да?.. Все-таки гоблин. Эти уроды там, наверху, тоже думают, что это они люди. Еще меня орком обзывают, козлы… Давай, что уж. Скажи чего-нибудь про орков.

Ему удалось усесться на полу камеры так, чтобы ребра почти не болели. Глаза, привыкая к темноте, выхватывали все больше деталей обстановки. Железные цепи, свисающие с крюка на стене. Охапка гнилой соломы. Перевернутая грязная миска на полу.

— Нет, — покачал головой мужчина. — И ты не орк. И они не гоблины. Не бывает вообще никаких гоблинов, и орков не бывает. Это фольклор.

— Ага, не бывает… А меня сюда кто закинул?

— Люди.

— Люди, как же, — орк сплюнул кровью на пол. — Люди живут по-человечески… А с вами, гадами, разве можно по-хорошему? Вы же только портить все и умеете. Убивать вас надо, скотов. Ничего, ничего. Вот узнают наши, что я в плену… Дорого вам моя голова обойдется.

Пленник, сидящий у стены промолчал.

— А тебя-то самого за что сюда? — спросил орк.

Мужчина вздохнул.

— За фольклор, — сказал он. — Вот за это самое. Пытался донести до людей, что война — это плохо. Что нельзя людям идти против людей.

— А-а, — протянул орк. — Пасть много открывал?

Не дождавшись ответа, он продолжил:

— Ну да, ваши этого не любят. За правду-то у вас и посадить могут.

— Да и у вас могут, — грустно сказал мужчина. — Правду нигде слушать не любят. Не по карману правда в наше время… Эти вот тебя орком называют. Ты — их гоблинами. А ты присмотрись. Ты погляди как следует. Вы же одинаковые. Вы же люди. По разные стороны баррикады только… Но — люди.

На лестнице послышались шаги. Свет факела опять запрыгал по влажным стенам.

— Смотри-ка, сидят, — сказал низенький гвардеец. — Беседа у них тут. Ну просто светский, мать его, раут. Пардоньте, пресветлые господа, что разлучаем вас в разгар диспута…

Он сунул ключ в замок решетки.

— Упырь, на выход, — рявкнул высокий. — Живо давай, шевели копытами. Палач заждался.

Мужчина поднялся. Прихрамывая, пересек камеру и вышел. Решетка снова лязгнула, закрываясь за ним.

Оставшись в темноте, орк не торопясь, на корточках, добрался до кучки соломы и повалился на нее.

— Упырь, вон оно что, — сказал он в темноту. — Ну, понятно все. Видать, пришла тебе пора схлопотать свой осиновый кол.

На него навалилась усталость. Схватившись за больной бок, он осторожно пошевелился, устраиваясь поудобнее. Гнилой запах соломы смешивался с запахами сырости, плесени и испражнений, где-то вдалеке гремели цепи. Орк закрыл глаза.

— Осиновый кол, — пробормотал он. — Всех вас надо, гадов… Ну, а как с вами по-человечески?..

Источник: alex-aka-jj.livejournal.com/

2016-02-22 12:30:00