Борис Ефимов

Карикатуристу Борису Ефимову исполнилось 105 лет

105-й день рождения отмечает в среду выдающийся художник-карикатурист Борис Ефимович Ефимов. Мастер политической сатиры, плакатист и иллюстратор, Борис Ефимов всю жизнь тесно связан с журналистикой, его рисунки постоянно печатались в центральных газетах и журналах – в "Известиях", "Правде", "Литературной газете", "Крокодиле", "Огоньке". Борис Ефимов – автор многочисленных агитационных материалов. Его первые рисунки появились в газетах еще в 1916 году. За карикатуры и шаржи на Гитлера в годы войны гестапо занесло художника в особый список – "найти и повесить". Ефимов не испугался и по-прежнему выезжал на фронт в качестве военного корреспондента, а в 1945 году Борис Ефимов присутствовал на Нюрнбергском процессе.
В годы репрессий в тюрьме погиб родной брат художника, журналист и писатель Михаил Кольцов. Ефимова Сталин не тронул. Авторитет художника был настолько высок, что на протяжении многих десятков лет он считался главным карикатуристом страны. Конкурировали с ним только Кукрыниксы. На счету Бориса Ефимова десятки тысяч рисунков, шаржей на знаменитых писателей, актеров, политических деятелей. Он автор серии литературных портретов и книги воспоминаний под названием "Мой век", где отразил важнейшие события уходящего столетия, свидетелем которых был лично. Государство не раз награждало художника высшими правительственными наградами и премиями, ему было присвоено звание Героя социалистического труда.
В Москве, по статистике, 1800 граждан, доживших до 100 лет. Тех, кто дотянул до 105-летней отметки, – единицы. О 105-летнем Борисе Ефимове пишет газета "Версия". Он сам отвечает на все телефонные поздравительные звонки, и принял журналистов у себя дома, передает Newsru.
"Ну, что же, будем чокнутые, – сказал Борис Ефимович, когда была разлита по бокалам хванчкара. – Не зря Иосиф Виссарионович любил именно это вино. Только, ребята, прошу вас не спрашивать, почему он меня не сгноил в лагерях. И ещё, если зададите вопрос, почему я так долго живу, отвечу коротко и исчерпывающе: а чёрт его знает. Мне вот-вот стукнет 105 годков. И это не моя заслуга, потому что сам я для этого ничего особо выдающегося не сделал. Можете мне поверить, но это факт. Реальный".
"Вообще, я считаю, что делаю большую ошибку, что так долго живу, – продолжил Ефимов. – Но это уже не в моей власти. Не могу же я повеситься... Ну да ладно, если серьёзно, то я и правду себе удивляюсь: чего только со мной не было. До сих пор не пойму, зачем мне надо было многое видеть и знать. Есть вещи, о которых не то что говорить, вспоминать не хочется".
Борис Ефимов рассказал, что он был последним, кто видел Маяковского: "Я оказался среди родственников поэта, получивших пропуска в крематорий. Прошёл я туда вместе со своим братом Михаилом Кольцовым, которому в силу его общественного положения была всюду открыта дорога. Я спустился вниз, прильнул к одному из глазков и прямо перед собой увидел гроб. Маяковский выглядел очень хорошо, как будто только что уснул. Как раз перед смертью он отрастил шевелюру. Я своими глазами увидел и считаю это фактом своей биографии, как тело загорелось синим пламенем. Поскольку голова Владимира Владимировича была ближе к огню, она сразу и вспыхнула".
Борис Ефимов также рассказал, как одна из его работ послужила причиной официальной ноты протеста: "Карикатура изображала тогдашнего министра иностранных дел Великобритании Чемберлена и польского маршала Пилсудского. На рисунке были театр и мои герои в ложе. А на сцене стоял литовский премьер Вольдемарас. Он держал в руках лист бумаги с надписью: "Приговор по казни четырёх литовских коммунистов приведён в исполнение". Так вот Чемберлен на меня смертельно обиделся и приказал послать в Москву ноту протеста".