Ходячая угроза национальной безопасности

Рейдерская всеядность – вот основной принцип действия группы "Приват". Его интересует любая собственность, даже ненароком попавшая в поле зрения, не говоря уже о лакомых кусках, захват которых разрабатывается заблаговременно, пишет From-UA. В деловых кругах рассказывают, что однажды Игорь (Беня) Коломойский, проезжая в своем или чужом (любит он экономить бензин) "Мерседесе" по столичному проспекту Победы, обратил внимание на здание в "тылу" заправки "ЛУКойл" и решил его захватить…

Здание оказалось, ни много ни мало, помещением института "Киевэнергопроект", по проектам которого строились и "экипировались" оборудованием все атомные станции страны. Архив института содержит государственную тайну, которую Коломойский может продать неизвестно кому.

Опасность недружественного поглощения нависала над институтом давно. К руководству научной организации захаживали народные депутаты, деляги и разного рода посредники, предлагая разные схемы "размена собственности на деньги". Все они получали от ворот поворот. В числе незваных посетителей однажды оказался и Геннадий Корбан – правая рука Коломойского, подрядчик и исполнитель всех грязных рейдерских проектов. Он предложил директору отдать помещение, а самим переселиться в более скромное здание. Забегая вперед, скажу, что визитов Корбана было несколько, а появлений в стенах института его доверенных людей, звонков неизвестных лиц с, мягко говоря, грубостями в адрес руководства, а также предложений "брать взятку и катиться к чертям собачим из козырного здания" - вообще не счесть. Но на все свои уговоры и коммерческие предложения Корбан и его челядь получали отказ.

Будучи людьми опытными и прагматичными, "киевэнергопроектовцы" понимали: рано или поздно силы, раскатавшие губу на их здание, перейдут от настойчивых уговоров к насильственным действиям. Поэтому заранее подстраховались с помощью нехитрых, но, как говорят юристы, действенных "антирейдеровских" процедур, препятствующих первичной скупке акций.

Надо отметить, что в государственной собственности находится 25% акций и уникальный архив по всем проектам атомных станций, которые делал институт. Остальные, чтобы избежать недружественного поглощения, были внесены в устав специально созданного ЗАО. "Защитная" реорганизация произошла в августе 1995 года, а в ноябре 2005-го начались первые попытки скупить акции ЗАО, с прицелом на то, чтобы установить над ним контроль. Институт защищался методом встречной скупки акций, были приняты соответствующие решения, проведены необходимые собрания, сделаны определенные шаги через аукционную продажу.

В ответ Корбан начал стандартную процедуру "закошмаривания" предприятия. Институт испытал все "прелести" судебной коррупции: на него с разных концов сыпались "ухвалы", решения, постановления и прочие предписания разных судов, запрещающие деятельность, регистрацию, проведение собраний и т.п. Кроме изматывающей судебной игры, начались "наезды" контролирующих органов в "ассортименте". Руководители института понимали, что целью рейдеров было попытаться найти на них компромат, возбудить надуманное дело, и пока они проводят время за дачей пояснений компетентным органам, "дерибанить" предприятие. Не вышло. Но старались очень.

Не обошлось из без традиционного переманивания регистратора. На какой-то стадии конфликта стало ясно, что регистратор ЗАО работает на рейдерскую команду, сливает им всю информацию, удары по реестру превратились из "слепых" в точечные с "наводкой". Замена регистратора тоже проходила в мучительной судебной канители. Все, что удалось добиться Корбану – это завладеть незначительным количеством акций.

В это время институт продолжал активно работать над стратегически важными для Украины задачами. Например, разрабатывал технико-экономическое обоснование проекта строительства сухого хранилища отработанного ядерного топлива (СХОЯТ) на площадке возле пгт. Буриковка (в зоне отчуждения ЧАЭС). Насколько это исторически важный труд, говорит лишь один факт: строительство и эксплуатация на протяжении 100 лет СХОЯТ в Украине оценивается в 520 млн. долл., в то время как расходы на оплату услуг российских спецпредприятий по утилизации отработанного ядерного топлива наших АЭС за этот период составили бы 2 млрд. долл.

Посему интерес рейдеров постепенно изменился. Если изначально их интересовали 17 тыс. кв. метров недвижимости в престижном районе, то уже в процессе захвата они поняли, к какой жемчужине подобрались почти вплотную. Институт не просто является единственным в Украине проектировщиком всех атомных станций и всего оборудования на АЭС. Он один из немногих структур в мире (!), способный решать сложнейшие расчетные задачи в атомной энергетике. Сегодня в СНГ, в развитых (и развивающихся) странах не хватает проектировочных организаций подобного уровня. Спрос на их работу – огромен. Поэтому "Киевэнергопроект" представляет колоссальный интерес с точки зрения своего интеллектуального потенциала, опыта, наработок и перспектив. Им активно интересуются, например, россияне. Если бы узнали какие-нибудь китайцы или иранцы, но кинулись бы загружать работой.

Огромную ценность институт представляет и для Украины. Развитие атомной промышленности возможно лишь в том случае, если основной проектировщик мощностей останется в надежных, желательно, государственных руках. Если проектировочная организация будет находиться в руках неизвестных частных структур, возникает опасность саботирования любых проектов и, соответственно, угроза для национальной безопаности страны.

Беня же, как человек, стремящийся на одном бизнес-товаре заработать не меньше, чем трижды, мог продать институт оптом и в розницу куда угодно. Архив – отдельно, здание – отдельно, а само акционерное общество с научным коллективом вообще перепродать кому угодно.

Кстати, об архиве. Он представляет собой не меньшую ценность, чем здание. Как мы уже сказали, все атомные станции построены по проектам института. Поэтому архив института – это оборудование, залы, устройство станций. Имея его, можно банально шантажировать правительство, выставляя условия допуска к тем или иным документам. Да и вообще: владение госсекретами – это уже частный контроль над стратегическими отраслями. Понятно, что ни одно здравомыслящее государство не допустит такого со стороны коммерческой структуры с подмоченной рейдерской репутацией. Поэтому противостоять захвату института помогает новое руководство "Энергоатома". Сражение на "Киевэнергопроекте" далеко не закончено. В конце недели состоится очередное собрание акционеров, на котором люди Корбана намерены устроить провокации и закатить истерику. Их раздражение понятно: за полтора года борьбы легкая, на первый взгляд, жертва выстояла: оттяпать у нее удалось лишь минимальное количество акций – пакет, которого хватает лишь для судебного издевательства. И не более того… Группа "Приват" не привыкла к тому, что "лакомый кусочек" уплывает буквально из-под носа. Поэтому не исключен силовой захват здания института. Зачем же тогда Коломойский содержит целую армию охранников (по некоторым данным, свыше 3000 человек)? Тренировочные лагеря Аль-Каиды меркнут перед системой натаскивания "бритоголовых кадров", развернутой "Приватом". Люди постоянно участвуют в силовых акциях, тренируются на противодействие правоохранительным органам. По некоторым данным, они готовятся принять участие в политических акциях протеста, намеченных на март-апрель 2007 года. Как всегда, Игорь Коломойский планирует получить минимум двойную выгоду: политическую, предоставив свое "войско" в распоряжение той или иной партии, и материальную, поскольку "кадры" тренируются в ходе рейдерских захватов.