"Сахалинка": инструмент или кормушка?

Цена на импортный газ для Украины в этом году, в сравнении с предыдущим, возросла почти в два раза. В следующем году ожидается ее дальнейшее стремительное увеличение. Судя по тому, что в бюджетные расчеты заложена цифра в $135, ниже этой отметки цена не опустится. Но даже к этой цене придется идти или через обострение украинско-российских отношений, или через политические уступки…

Отечественной же экономике придется выдерживать новый ценовой удар: альтернативы российскому и туркменскому газу пока нет. Все разговоры о диверсификации источников поставки газа, о переходе на другие виды энергии остаются только разговорами.

Что делать в таких условиях? Продолжать искать варианты энергетической диверсификации? Безусловно. А также – предпринять все меры для смягчения нового "энергетического удара". Последнего можно достичь, в том числе, путем увеличения добычи собственного газа.

Конечно, ресурсная база Украины не позволяет надеяться на решение проблемы энергоносителей исключительно за счет своих залежей. Но вот для того, чтобы увеличить пространство для маневра, наша страна все-таки имеет кое-какие ресурсы.

Другое дело, что часто эти ресурсы используются далеко не в соответствии с интересами Украины. К сожалению, имеющийся потенциал газодобычи чаще становится не инструментом решения государственных задач, а кормушкой, использующейся в политических взаимозачетах между центральной или региональной властью и близким к ней бизнесом.

Для подробной иллюстрации последнего тезиса богатый материал дают события, разыгравшиеся в течение последних нескольких лет в Краснокутском районе Харьковской области на Сахалинском нефтегазоконденсатном месторождении. Потенциал "Сахалинки", по отечественным меркам, весьма серьезный. Он составляет 15 млрд. кубометров газа, 1,7 млн. тонн нефти и столько же – газового конденсата.

Разработку месторождения еще в конце прошлого века начало дочернее предприятие НАК "Недра Украины" "Полтавнефтегазгеология". Тогда же начались разговоры о необходимости увеличения инвестиций в месторождение. Ответом на эти разговоры стал приход на данный объект ЗАО "Девон". "Девон" – это совместное украинско-польское предприятие. Причем, польская сторона представлена в нем мощнейшей государственной структурой – Polskie Gornictwo Naftowe i Gazownictwo S.A. (PGNiG).

Компания в 2000 году подписала с "Полтавнефтегазгеологией" договор о совместной инвестиционной и производственной деятельности на месторождении. Согласно этому договору, "Девон" взял на себя инвестиционные обязательства в размере $50 млн. Еще одним "бонусом" для украинских газодобытчиков стала возможность перенять опыт поляков в геологоразведке и бурении скважин.

В итоге, компании, работающие на "Сахалинке", уже в 2003 году радовались первым добытым кубометрам газа. А уже в следующем, 2004 году, кто-то, видимо, решил, что в отношении "Девона" актуальной является одна из наиболее затасканных шекспировских цитат: "Мавр сделал свое дело, мавр может уходить".

Против "Девона" и "Полтавнефтегазгеологии" ополчилось тогдашнее руководство НАК "Недра Украины" во главе с "видным эсдеком" Николаем Злочевским, который затеял масштабный передел ресурсов страны. В ходе этого передела лицензию на разработку Сахалинского месторождения отдали донецкой компании "Укрнефтебурение", среди учредителей которой значился и основанный в свое время Злочевским "Инфокс". Решение по этому вопросу было проведено через правительство и стало одним из последних для "дореволюционного" Кабмина Януковича.

Поэтому неудивительно, что уже в первом квартале 2005 года контраверсионное решение было отменено, а статус-кво восстановлен. Отметим, что активную позицию по защите своего инвестора тогда заняло польское правительство.

Воспрянувший "Девон" подготовил "Программу работ и финансовый план на 2006-2008 гг.", в соответствии с которым намечалось привлечение дополнительных инвестиционных средств за счет польской стороны.

Но к реализации плана приступить не удалось. Большие амбиции в отношении "Сахалинки" стали наблюдаться у харьковского руководства. Именно в пользу близких к губернатору области Арсену Авакову компаний – ООО "Инвестор-Нефтегаз" и ООО "Сахалинское" – был осуществлен "отъем" лицензий на использование скважин №№ 111, 115 и 116 у "Девона".

Интересно, что решение об этом было принято в то время, когда НАК "Недра Украины" возглавлял харьковчанин Игорь Романенко.

Попытки ЗАО "Девон" добиться справедливости в судах получили прогнозируемое развитие: пока его иск рассматривался в Киевском хозяйственном суде, оппоненты обратились в Харьковский областной хозсуд. Иск подал банк "Базис" (в Харькове мало сомневающихся, кто является его реальным хозяином). "Обиделся" же истец на то, что судебный спор межу "Девоном" и ООО "Сахалинское" ставит под сомнение возвращение последним кредита, взятого в "Базисе".

Решением суда на счета СП наложен арест, а Исполнительная служба Харьковской области быстренько начала описывать имущество компании. Если сформулировать мягко, то можно сказать, что такие действия украинских властей не встретили понимания у ответственных лиц Республики Польша. Ситуация вокруг "Девона" – на постоянном контроле Посольства Республики Польша в Украине.

По сообщениям информагентств, о судьбе "Девона" говорили во время недавней встречи украинский и польский премьеры. И вряд ли Виктор Янукович услышал комплименты от Ярослава Качиньского. Скорее, говорилось о том, что страна, декларирующая неизменность европейского выбора и на всех международных форумах тянущая к себе "за рукава" западных инвесторов, должна быть более корректной в отношении этих инвесторов.

Тем более, если даже оставить за скобками все сомнительные с точки зрения закона действия в отношении "Девона", в Украине должны были бы обратить внимание на чисто практический аспект. Польским акционером СП (36,38% акций) является PGNiG. И неразумно портить отношения с компанией, без которой энергетическое сотрудничество между Украиной и Польшей невозможно.

К тому же, еще раз подчеркнем: для того, чтобы отечественный газ сыграл роль амортизатора при грядущем повышении цен на импортные энергоносители, отечественная газовая отрасль должна быть инструментом государственной политики, а не коррупционными джунглями.