Антеридий

Об антеридии поговорим чуть позже, хотя это один из главных героев нашего повествования. Но сначала о начале сезона. Тема была начата в статье “Яйцо-динозавра – II" и просто-таки требует продолжения. Благо до 5 сентября (начало работы сессии Верховной Рады) осталось всего ничего. Буквально считанные дни. А тут еще мужчина в вышиванке, который красовался на фоне одетого в аналогичный наряд господина Васюныка, заявил: "Мы стоим на пороге исключительно важных процессов для нации".

Я всегда опасался стоять на пороге. Это стояние, как правило, до добра не доводит. В качестве примера могу привести случай из воинской практики. Те, кто не служил, могут опустить этот эпизод. Замкомандира по вооружению подполковник Таранов оправдывал свою фамилию. Его излюбленным приемом было таранить кого-нибудь в ходе наведения порядка в части грудью. Выгнет свою отнюдь не маленькую грудную клетку и буквально вбивает ее (клетку) в аналогичное место рядового Советской Армии. Прямо антеридий какой-то. Но об этом чуть позже. Как вы сами понимаете, нрава мужик был крутого и усиленно поддерживал имидж подполковника-террориста. А мы в разгар парко-хозяйственного дня зашарились в каптерке клуба. Мы – это три деда СА: дагестанец, азербайджанец и я. По паспорту украинец. Так уж причудливо распорядился жребий военной судьбы. В каптерке было четыре "спальных места". Под местами имеются в виду полки из досок, на которых хранилась всякая фигня: старые колонки, поломанный баян и части кинопроектора. Это была уникальная по удобству нычка, поскольку находилась вне казармы. Попасть туда было очень непросто. Нужно было оказаться в нужном месте и в нужном призыве. Да еще выдержать конкуренцию. В общем, мы туда завалились с целью отлынивания от выполнения общеобязательных работ. В принципе, по сроку службы нам было и не положено работать, но слушать нытье старшины и выдерживать эти построения… Хрупкая психика почти гражданского человека не выдерживала подобного насилия. А в каптерке спокойно. Шинель на доски и дави на массу. Благо суббота. В тот день Таранов заступил дежурным по части. Мы уже давно подметили эту особенность: как только в смене связисток оказывалась дэвушка по кличке "Торпеда" – женщина, безусловно, выдающихся (во все стороны) достоинств, так сразу же дежурным заступал подполковник Таранов. Вот такая вот устойчивая связка. Как еще одна: майор Пидченко и майор Нехаев. Это отдельная история. Как-то Пидченко расписался в книге приема-сдачи дежурств: происшествий нет, дежурство сдал. И расписался.

То ли случайно, то ли умышленно он сделал в своей фамилии грамматическую ошибку. Перед "д" поставил "з". Может, устал. Или бухал. Или шутку юмора армейскую ввернул. А смену принимал Нехаев. Он увидел такую беду и слегка призадумался. Думал воин недолго. В результате в книге появилась лихая подпись: "Дежурство принял. Майор Нех…ев". Ну, вы поняли. Он тоже поигрался с буквами. Вместо "а" поставил единственную гласную букву в известнейшем трехбуквенном слове, которое очень любил повторять уже упомянутый нами подполковник. С той поры их только так и звали. Написанное пером, как известно, не вырубишь ничем. Даже этим органом. И в наряды старались поставить именно в легендарной последовательности. Такая вот закономерность. Как и в случае с дежурством девушки с полным боекомплектом в нужных местах.

Не знаю, может, у них что-то не так пошло, но Таранов утром драл все, что шевелилось в военной форме и даже решил лично совершить набег на места вероятного отлынивания личного состава от полезных для части работ. Его крики доносились до окна каптерки, где мы мирно кипятили чай. В качестве нагревательного элемента использовались два лезвия "Нева". Армейский кипятильник. Для его изготовления нужны спички, нитки, уже упомянутые лезвия и провод с вилкой. Спички играют роль изоляторов: они привязываются между лезвиями, к которым подводятся оголенные провода. Один к одному, другой – к другому. После подключения к источнику электричества это устройство выделяет немерянное количество тепла. Трехлитровая банка закипает менее чем за десять минут. В процессе работы к устройству подходить близко не рекомендуется. Банка бегает по полке, как живая, периодически озаряясь электрическими вспышками. Когда вода закипает, в нее засыпается заварка и сахар (если есть). Потом начинается неспешное поглощение напитка. Армейская чайная церемония.

Итак, водичка уже начинала пузыриться, когда мирное уединение трех военных даосов разных национальностей было прервано грубыми ударами в дверь. "Таранов", – подумал я. "Откройте, бляди, это подполковник Таранов!" – подтвердил мои мысли голос из-за двери. "П…ец", – резюмировал сын азербайджанского народа. И это была чистая правда. Доски гнулись под могучими ударами неудовлетворенного подполковника. Само собой разумеется, сначала мы попытались поиграть в игру – "а здесь никого нет". Но опытный Таранов не велся на такие примитивные приемы. В течение тридцати секунд три дедушки практически бесшумно вынесли окно, которое находилось почти под потолком, и оказались по другую сторону нелегкого армейского бытия. Не сговариваясь, в усиленном темпе проследовали ко входу в клуб и начали рыть яму. Ничто так не успокаивает командный состав, как солдат, роющий яму. У них зрение утроено таким образом, что военный с лопатой выпадает из зоны внимания. Мы были прекрасно осведомлены об этих особенностях физиологии людей с погонами. С ходу запрыгнули в яму и стали ожесточенно вгрызаться в землю, прислушиваясь к приглушенным ударам и крикам. Затем раздался особенно мерзкий треск и душувынимающий крик. Так, наверное, кричит мазадоранский тигр, которому без наркоза ампутируют правое яйцо. Воцарилась нехорошая тишина. Двери клуба распахнулись, и из них вылетел подполковник Таранов, производящий странные манипуляции в районе средней части тела. От него шел дым. Точнее, не дым, а пар. Ему удалось освободить одну руку из шинели. Теперь он пытался высвободить вторую. По запарке Таранов не расстегнул портупею, поэтому освобождение шло туго. Кроме всего прочего, он совершал какой-то ритуальный танец, периодически приседая и вскидывая правую ногу. Трехлитровую банку с доходящим до нужной кондиции кипятком никто не догадался обесточить. Таранову, я так понимаю, удалось выбить дверь. Вариант с банкой он не предусмотрел, а она стояла на уровне его несравненной груди. Вода льется вниз. В том числе и кипяток. Видимо, так и произошло. Могу предположить, что дело не обошлось без электричества, поскольку кипятильник не отвечал стандартам техники безопасности. Даже военной. Его замкнуло прямо на исстрадавшиеся без женской ласки органы подполковника. Во всяком случае, потом Таранов рассказывал, что какие-то уроды устроили ему ловушку и "отбили током яйца". Вот что значит невовремя оказаться на пороге. Но вернемся к баранам.

Продолжение следует.