Архипелаг безответственности

В феврале 2003 года я опубликовал в газете "Киевский телеграф" статью "Комплекс ядерных опасностей", в которой ознакомил общественность с некоторыми проблемами в этой области и своим видением их решений. В связи с тем, что указанные вопросы носят стратегический характер и прямо касаются не только энергетической безопасности страны, но и обеспечения здоровья и условий безопасной жизни для миллионов людей, сохранения окружающей среды, я и впоследствии неоднократно публиковал материалы на эту тематику.

Как же дело обстоит в настоящий момент? Во-первых, отсутствие законодательно утвержденных национальной ядерной политики и стратегии развития ТЭК на перспективу является свидетельством того, что ответственные за топливно-энергетический комплекс чиновники думают не о стране, а о своем кресле. И дальше него смотреть не хотят.

15 марта 2006 года КМУ утвердил Энергетическую стратегию Украины на период до 2030 года. Работа над этим документом ведется уже более пяти лет, причем каждая "доработанная редакция" представляет собой фактически совершенно новый проект. Характерно, однако, что всякий раз представители разработчиков и заказчиков документа объявляют его "глубоко научно обоснованным", а критику — "некомпетентной" и "заангажированной". При этом стыдливо умалчивается, что если бы проект действительно был так хорош, национальную Энергетическую стратегию не пришлось бы столько раз переписывать. Но еще более важно то, что любая правительственная стратегия в правовом государстве принципиально не может заменить собой государственные законы и должна быть утверждена Верховной Радой. А там посмотрим, насколько согласуются ее положения с реальностями страны.

Однако в правительстве торопятся. И уже декларируют "авансовый дележ" колоссальных финансовых средств: хотя национальных приоритетов в развитии ядерной энергетики юридически еще не существует, но подробный финансовый план на 2006—2030 годы в размере 250,254 млрд. (!!) грн. тем не менее, утвержден!

Тем самым полностью оправдывается сделанное мною еще несколько лет назад заявление, что при таком безответственном подходе к стратегически важному направлению энергетической безопасности страны долговременная стратегия развития ядерной энергетики может сложиться стихийно — под влиянием обстоятельств либо конъюнктуры.

По-человечески могу понять вчерашних коллег, помогавших мне не дать возможности запустить неготовый блок Хмельницкой АЭС ко дню рождения президента Леонида Кучмы в августе 2004 года. Как гражданин не могу понять "энергетического популизма" под выборы в виде очередных стратегий. Радует только то, что нашелся министр экономики Арсений Яценюк, откровенно признавший, что этот сырой документ фактически "зависает в воздухе". И не увязывался ни с энергетической стратегией Европейского Союза, ни с энергостратегией России. И все это на фоне того, что выполнение принятой в мае 1996 года Национальной энергетической программы Украины до 2010 года (НЭП-2010) сорвано (характерно, что при этом состояние выполнения задач НЭП-2010 ни разу (!) не рассматривалось ни нынешним, ни прошлыми составами Кабинета министров)!

Нельзя не видеть, что на сегодняшний день в Украине отсутствует четкая государственная политика в области использования ядерной энергии, нет эффективной функциональной структуры управления в этой сфере. И самое грустное — отсутствует ответственность чиновников за неисполнение ядерного законодательства. И в то же время обильно присутствуют: непрофессионализм, лоббирование коммерческих интересов и желание "творчески освоить" деньги на строительстве ядерно-опасных объектов.

Несмотря на огромный потенциал в ядерной энергетике, доставшийся Украине после распада СССР, говорить о том, что мы имеем целостную, взаимосвязанную, устойчивую к внешним воздействиям, способную к самостоятельному развитию систему (то есть комплекс в собственном смысле слова), было бы большим преувеличением. Это является одним из существенных моментов, отличающим ядерную энергетику Украины от других сегментов отечественного ТЭК.

Уровень развития ядерной энергетики Украины не соответствует состоянию других компонентов ядерной промышленности и научно-технического потенциала нашей страны в этой сфере. При распаде СССР за границами Украины остались не только центры научно-исследовательского, опытно-конструкторского и технического сопровождения ядерной отрасли, но также реакторные заводы, а главное — почти все предприятия ядерно-топливного цикла.

По существу, Украина является заложницей развития ядерной энергетики. И от того, каким образом решатся ее проблемы, без преувеличения, зависит судьба страны.

К сожалению, должен констатировать, что сложившаяся годами практика игнорирования должностными лицами реально существующих проблем, которые носят стратегический характер, действия по принципу "после меня — хоть потоп!" продолжает реально существовать и по сей день. Обретенная в результате "помаранчевой" революции свобода слова и снятие табу с целого ряда ранее закрытых тем, тем не менее, не привели к положению, когда власть стала более прозрачной, а применяемые ею процедуры — более понятными. Она, как и раньше, не реагирует на общественное мнение, не учитывает его в своей деятельности, не ведет в случае необходимости с ним полемику.

Многие чиновники по-прежнему рассматривают демократические процедуры лишь как формальную, сугубо ритуальную вещь. Якобы не имеющую практического применения и "компенсируемую" тем, что каждый, обладающий реальной властью, имеет и "неотъемлемую свободу" это общественное мнение игнорировать — если только указанное "мнение" не исходит от руководства или "групп влияния", способных принудить слушать себя. Но это еще полбеды. Значительно хуже, когда игнорируются требования законодательства, касающиеся интересов миллионов людей.

О "реформировании", "укреплении", "усилении", "защите" и пр. энергетической независимости и безопасности Украины сказано бесчисленное множество красивых и в большинстве своем, по сути, правильных слов. Но от слов не удалось продвинуться не только к завершенным делам, но даже и просто к конкретным нормативно-распорядительным документам. Ведь не случайно же, например, Минтопэнерго более чем за год управления им со стороны г-на Плачкова так и не смогло направить в Верховную Раду ни одного сколько-нибудь значимого законопроекта по вопросам ядерной энергетики и промышленности!

Вместо политики тщательно выверенных практических шагов в энергетической сфере широкое распространение получила практика деклараций и громких фраз. И все это на фоне систематических скандалов и многочисленных кризисных явлений в различных отраслях ТЭК.

Хотя всем должно быть совершенно ясно: сочетанием пустых лозунгов типа "экономика должна быть энергосберегающей" и не просчитанных по последствиям кулуарных решений стоимостью сотни миллионов и миллиарды долларов положение исправить нельзя.

К сожалению, на это у нынешних руководителей Минтопэнерго времени не хватает. Как показывает анализ состояния проблем ядерной энергетики, многие из них годами не находят своего решения — несмотря на многочисленные поручения высших руководителей страны. Как пример можно привести проблему создания в Украине ядерно-топливного цикла. С момента ее постановки в 1994 году она четырежды рассматривалась как одно их важнейших направлений в указах Президента и в распоряжениях правительства, однако и по сегодняшний день здесь мало что изменилось. А все кризисные ситуации, которые удалось более-менее разрешить, "разруливались" исполнительной властью исключительно под давлением Комитета Верховной Рады Украины по вопросам ТЭК, ядерной политики и ядерной безопасности.

По нашим подсчетам, за последние годы только около 30% поручений Президента Украины и правительства по ядерной тематике выполнено в том или ином объеме. Мало что изменилось и при двух последних правительствах. Приведу пример: 13.05.2005 г. Президент Виктор Ющенко дает Ивану Плачкову и Давиду Жвания поручение по результатам изучения ситуации в сфере соблюдения законодательства по обращению с радиоактивными отходами (РАО), проведенного рабочей группой Комитета Верховной Рады Украины по вопросам ТЭК, ядерной политики и ядерной безопасности: "Прошу в 10-дневный срок оформить согласованные предложения в форме проектов решений. Доложить. Срок — 10 дней". К сожалению, на сегодняшний день никаких проектов решений по затронутым вопросам из Минтопэнерго и МЧС так и не вышло.

14.06.2005 г. в другом своем поручении Президент Украины после ознакомления с развернутым анализом состояния дел в ядерной отрасли, направленным ему Комитетом Верховной Рады Украины по вопросам ТЭК, ядерной политики и ядерной безопасности, обязал:

"Ю. Тимошенко

Необходимо совместно с комитетом Верховной Рады Украины внимательно проанализировать комплекс поднятых проблем ядерной энергетики и определиться с мероприятиями по их решению.

Доложить до 1 июля 2005 г.

П. А. Порошенко
Прошу готовить рассмотрение вопроса на заседание СНБОУ."

И здесь следует констатировать, что поручение Президента так и не было выполнено.

27.12.2005 г. Указом Президента Украины "О решении СНБОУ от 9 декабря 2005 года "О состоянии энергетической безопасности Украины и основных принципах государственной политики в сфере ее обеспечения" был утвержден ряд мероприятий, которые должны обеспечить энергетическую безопасность Украины. Среди них есть и вопросы, касающиеся атомной энергетики и промышленности. Увы, часть запланированных мероприятий носит характер скорее лоббистский — для обслуживания конкретных частных интересов, а не решения стратегических проблем отрасли (например, создание "Укратомпрома").

А некоторые пункты просто противоречат установленным законодательством Украины процедурам принятия решений по такого рода вопросам. Среди них — "строительство хранилища для отработанного ядерного топлива (ОЯТ) Ровенской АЭС, Хмельницкой АЭС и Южно-Украинской АЭС" (срок выполнения — 2006—2010 годы). В то же время целый ряд таких действительно принципиальных вопросов, как создание механизма для наполнения фонда вывода АЭС из эксплуатации, не имеют конкретного срока реализации (хотя подобный фонд должен был бы существовать уже давно). А некоторые (как создание Фонда обращения с РАО) вообще не вошли в список мероприятий! Хотя для того, чтобы понять: ситуация с РАО действительно критическая, вполне достаточно посмотреть на Киевский и Львовский "Радон", ПО ПХЗ и другие предприятия отрасли.

Мало кто обращает внимание и на то, что правительство, министерства и ведомства годами не приводят свои нормативно-правовые акты в соответствие с действующим законодательством. А иногда просто игнорируют его требования. Неудивительно, что острота проблем в ядерной энергетике не снижается.

Особого внимания заслуживает, конечно, проблема Чернобыльской АЭС. Нужно честно признаться, что в некоторых вопросах положение с ликвидацией последствий Чернобыльской ядерной катастрофы не только не улучшается, но напротив — ухудшается. Программа создания мощностей для долговременного хранения отработанного ядерного топлива станции полностью провалена. В последнем из опубликованных ежегодных докладов Госатомрегулирования Украины (датирован 16 августа 2005 года) вообще говорится о срыве работ "на неопределенный срок". При этом возникают и дополнительные убытки. Эксплуатационные расходы также растут.

Разумеется, все это безобразие стало возможным только на фоне вопиющего правового нигилизма, демонстрируемого Кабинетом министров, и пассивности правоохранительных органов. Обеспечить безопасность общества от ядерной и радиационной угрозы вообще невозможно без выполнения требований законодательства. А в "деле о строительстве ХОЯТ-2" Чернобыльской АЭС оно нарушалось с самого начала.

Еще когда Верховная Рада Украины 18 марта 1997 года ратифицировала "Соглашение про грант (Проект ядерной безопасности Чернобыльской АЭС) между Европейским банком реконструкции и развития как распорядителем средств, предоставленных, согласно гранту, со счета ядерной безопасности, правительством Украины и Чернобыльской атомной электростанцией", постановлением №146/97 Кабинету министров было в категорическом порядке предложено "вопросы последующего привлечения средств согласно Меморандуму о закрытии Чернобыльской АЭС рассматривать только при условии утверждения Верховной Радой программы снятия с эксплуатации Чернобыльской АЭС". Но этого сделано не было. Более того, ничего внятного Минтопэнерго за 8 лет изобразить так и не смогло. Энергетическое ведомство годами вело переговоры с претендующими на победу в тендерах компаниями, Чернобыльская АЭС подписывала контракты, и все это — в прямое нарушение совершенно конкретного указания высшего законодательного органа страны.

Сейчас Чернобыльскую станцию "опекает" МЧС. Но, увлекшись коммерциализацией отношений в сфере чрезвычайных ситуаций, руководство МЧС само заводит в тупик решение вопросов, касающихся проблем Чернобыльской АЭС и обеспечения радиационной и ядерной безопасности страны.

Содержание буквально на днях представленного в Верховную Раду проекта Закона Украины "Об общегосударственной программе снятия с эксплуатации Чернобыльской АЭС и превращение объекта "Укрытие" в экологически безопасную систему" вызывает у специалистов много вопросов. И, думаю, станет предметом пристального внимания народных депутатов уже нового созыва. Однако даже первый взгляд на этот документ ясно показывает — это не совсем то, чего ожидает Украина. В частности, в состав программы включены малоэффективные с точки зрения поставленных целей, но в то же время достаточно затратные мероприятия. Как видно, многолетние традиции "осваивания" бюджетных средств не изжиты и по сей день…

Такая логика не поддается объективному анализу. Тем более что даже государственный регулирующий орган указанной программы не видел (!) и не визировал. МЧС попросту протолкнуло в кулуарном порядке "удобный" ему проект через КМУ.

Сегодня именно позиция, занятая руководством МЧС, срывает переговоры с ЕБРР по Чернобыльской АЭС и начало финансирования им проекта строительства "нового безопасного конфайнмента" (т. н. "Арки" над объектом "Укрытие"). Можно предположить, что результатом такой безответственной политики министерства будет, в лучшем случае, "отложенное решение" ЕБРР по финансированию строительства этого объекта. В худшем — вообще отказ банка и доноров от финансирования. И причиной этого будет неспособность украинских чиновников работать по европейским процедурам, которые использует в своих проектах ЕБРР.

Налицо тупик, причем скандальный. Надежда лишь на то, что Президент и премьер дезинформированы Балогой и Парашиным. И не знают истинных мотивов их "коммерческой активности" в защите национальных интересов Украины. Правда, если даже наплевать на проблемы безопасной жизни граждан и окружающей среды, то у министра по "созданию чрезвычайных ситуаций" должен хотя бы срабатывать инстинкт самосохранения. Или "газовый героизм" Ивченко и Плачкова ничему не научил?

Необходимо внимательно проанализировать эффективность применения предлагаемых процедур по конкретным направлениям работы. В частности, по полномочиям, ответственности, подчиненности и механизмам финансирования групп управления проектами на Чернобыльской АЭС. Вряд ли оправданной является нынешняя практика, когда финансовые документы на выделение средств подписывает директор станции, не имеющий никакого влияния на формирование заданий и проверку их целесообразности. Тем более что значительная часть его подчиненных, задействованных в этих проектах, получает "параллельную зарплату" от ЕБРР либо от зарубежных подрядчиков Чернобыльской АЭС. Я уже не говорю о желательности уплаты налогов с дополнительного заработка…

Много вопросов вызывает также эффективность и компетентность работы подрядчиков на ключевых объектах Чернобыльской станции. Например:

— сооружение сухого хранилища отработанного ядерного топлива (СХОЯТ) Чернобыльской АЭС. Подрядчик — Framatom. Начало работ — июль 1999 года. Согласно контракту, объект должен был быть сооружен до марта 2003 года. Первоначальная стоимость работ — более 52 млн. евро и $18,5 млн. Последующая стоимость с учетом поправок (всего 7 поправок) — более 72,5 млн. евро и почти $19,5 млн. Срок сдачи объекта был отодвинут на 21.08.2005 г. Однако уже с апреля 2003 года работы по реализации проекта остановлены. Причина — недоработки проекта и невозможность его лицензирования в ГКЯР Украины.

Нынешние предложения подрядчика:

— увеличение стоимости работ на 80 млн. евро;

— продление срока контракта на 52 месяца (до 2010 года).

— Промышленный комплекс по обращению с твердыми РАО.

Подрядчик — RWE NUKEN GmbH. Проектный срок реализации проекта: март 2001-го — март 2004 года. Позднее окончание строительства перенесено на 25.07.2006 г. Отставание — 29 месяцев. Стоимость — 47 млн. евро, в том числе — Еврокомиссия — 44 млн. евро и Украина — 3 млн. 422 тыс. евро. Выполнено работ на 19 млн. 460 тыс. евро. Оплачено на 22 млн. 429 тыс. евро, в том числе: аванс — 8 млн. 730 тыс. евро (ЕК — 19 млн. 889 тыс. евро и Украина — 2 млн. 540 тыс. евро). На сегодня остаток аванса не закрыт актами выполненных работ почти на 3 млн. евро.

— Завод по переработке жидких радиоактивных отходов. Подрядчик — Консорциум Belgatom, SGN, Ansaldo Nucleare. Сроки выполнения контракта: первоначальный — до 23.08.2001 г. Дополнительное соглашение №7 — 21.09.2007 г. (увеличен на 73 месяца).

Стоимость контракта: первоначальная — 17 млн. 400 тыс. евро.

Дополнительное соглашение №7 — 32,5 млн. евро (увеличение на 87%).

Вообще, эффективность использования финансовой помощи международного сообщества Украиной по решению проблемы Чернобыльской АЭС у многих вызывает множество вопросов и среди них такой: а не используется ли станция просто для "освоения" подрядчиками, международными распорядителями и украинскими "компетентными руководителями" денег, выделяемых странами-донорами? Не получается ли так, что определенные, навязанные в свое время Украине и принятые на Чернобыльской АЭС процедуры позволяют неэффективно использовать средства, выделяемые странами-донорами?

На все эти вопросы в преддверии 20-летней годовщины Чернобыльской катастрофы и нам, и нашим зарубежным друзьям хотелось бы получить исчерпывающие и удовлетворительные ответы. И создать, в конце концов, эффективный механизм, способный решить проблемы последствий аварии. Но создать его не путем скандалов и глупых непрофессиональных обвинений, а путем переговоров.

Тем более что из-за массы текущих проблем вопрос о стратегических ориентирах развития атомной энергетики фактически отошел на задний план. Следствием чего является отсутствие синхронизации масштабов программ, которые принимаются, и объективных финансовых возможностей Украины. Минтопэнерго, Минфин и КМУ в целом зашли здесь в тупик. Даже возможность получения кредита ЕБРР на модернизацию и повышение безопасности украинских энергоблоков АЭС толком не реализована из-за банальной неспособности определиться, кто "старший на финансовом потоке".

Серьезное беспокойство вызывает состояние нормативно-правового поля, в котором существует ядерная энергетика. Так, отсутствует механизм реализации положений Закона Украины "Об использовании ядерной энергии и радиационной безопасности", касающихся накопления и распределения финансовых ресурсов на вывод АЭС из эксплуатации и социально-экономическое развитие территорий вокруг АЭС. Законодательная база в части налогообложения объектов ядерной энергетики не приведена в соответствие с положениями ст. 33 Закона Украины "Об использовании ядерной энергии и радиационной безопасности" и Закона Украины "О разрешительной деятельности в сфере использования ядерной энергии", которыми предусмотрено включение в себестоимость выработанной НАЭК "Энергоатом" электрической энергии затрат, связанных с повышением безопасности ядерных установок, снятием с эксплуатации и консервацией ядерных установок.

Далее. Как известно, провозглашенный Президентом Украины курс на европейскую интеграцию предполагает и соответствие всех отраслей украинской экономики (в т. ч. и ядерной энергетики) стандартам Евросоюза. В этой связи вполне возможно, что из-за недостаточного внимания к проблемам безопасной эксплуатации АЭС, модернизации и поддержанию на необходимом уровне соответствующих систем станций может возникнуть ситуация, когда мы будем вынуждены (по политическим и "сертификационным" соображениям) закрыть ВСЕ действующие энергоблоки. Вне зависимости от их остаточного ресурса и конструктивного совершенства. Так, уже сегодня существует риск досрочного снятия с эксплуатации одного из энергоблоков Южно-Украинской АЭС (ввиду проблем с корпусом реактора).

С учетом того удельного веса (около 50% с перспективой увеличения), который имеет ядерная генерация в национальной электроэнергетике, такая ситуация чревата для Украины экономической и социальной катастрофой. Поэтому хотелось бы получить представление о том, как руководство НАЭК "Энергоатом" и Минтопэнерго собираются решать эту проблему в условиях отсутствия целостной реалистической программы модернизации энергоблоков и хронического недофинансирования работ, связанных с обеспечением ядерной и радиационной безопасности.

Под серьезнейшим давлением международных институтов, реально опасающихся способности наших ядерщиков удержать под своим контролем мирный атом, Кабинет министров Украины 29.08.2002 г. своим распоряжением №504-р одобрил "Комплексную программу модернизации и повышения безопасности энергоблоков атомных станций".

Реализация мероприятий программы была направлена на решение нескольких задач, основными из которых являются:

— устранение существующих проблем безопасности АЭС, отклонение от национальных нормативно-правовых актов, которые вступили в силу после введения в эксплуатацию действующих энергоблоков и/или уменьшение влияния этих отклонений на безопасность путем внедрения компенсирующих мер;

— реализация взятых Украиной обязательств по Конвенции по ядерной безопасности и выполнение рекомендаций МАГАТЭ относительно повышения безопасности АЭС с реакторами типа ВВЕР;

— проведение анализа безопасности энергоблоков АЭС и на его основании повышение и поддержание на необходимом уровне безопасности и надежности оснащения, строительных конструкций и сооружений АЭС.

Выполнение программы было рассчитано на 2002—2005 годы.

Контроль и организация выполнения программы в соответствии с распоряжением КМУ были поручены Минтопэнерго. Ответственным исполнителем программы была определена НАЭК "Энергоатом".

Безответственное отношение должностных лиц разного уровня Минтопэнерго, НАЭК "Энергоатом" к выполнению стратегически важной программы, одобренной распоряжением правительства, привело к тому, что ни в одном году запланированные мероприятия программы не были выполнены. В среднем их годовое выполнение не превышало 20—30% запланированного. А по итогам 2002—2005 годов — 33% запланированного.

Мои неоднократные обращения к высшим должностным лицам государства по поводу невыполнения программы, которая имеет жизненно важное значение для обеспечения безопасности действующих ядерных энергоблоков, результата не дали. Это заставило меня обратиться в суд с иском против Кабинета министров Украины.

22 августа 2003 года Печерский районный суд г. Киева вынес по делу №2-3365/2003 решение, в котором признал бездеятельность Кабинета министров Украины в сфере обеспечения безопасной для жизни и здоровья человека окружающей среды и экологической безопасности природной среды и обеспечения ядерной и радиационной безопасности неправомерной. Обязав КМУ провести абсолютно четкие и понятные действия, обеспечивающие решение проблем ядерной и радиационной безопасности населения. Однако Кабинет министров уклонился от исполнения решения суда.

Состояние выполнения "Комплексной программы модернизации и повышения безопасности энергоблоков атомных станций" было рассмотрено 06.04.2005 г. на заседании Комитета Верховной Рады Украины по вопросам ТЭК, ядерной политики и ядерной безопасности. Парламентский комитет единогласно принятым решением обратил внимание КМУ на то, что выполнение "Комплексной программы модернизации и повышения безопасности энергоблоков атомных станций" сорвано. И предложил ее пересмотреть в части уточнения приоритетов, которые должны безусловно обеспечить необходимый уровень безопасности АЭС.

21.04.2005 г. первый вице-премьер-министр Украины Анатолий Кинах в своем поручении министру топлива и энергетики Украины Ивану Плачкову обязал последнего "предоставить Кабмину согласованные предложения относительно реализации решения Комитета по вопросам ТЭК, ядерной политики и ядерной безопасности". Тем не менее, как свидетельствует дальнейший ход событий, Минтопэнерго ничего не сделало для выполнения решения профильного комитета Верховной Рады и поручения одного из руководителей правительства.

Рассмотрение вопроса "О состоянии выполнения мероприятий "Комплексной программы модернизации и повышение безопасности энергоблоков атомных станций" на заседании коллегии ГКЯР 07.04.2005 г. показало, что НАЭК "Энергоатом" не делает акцент на выполнении приоритетных мер по повышению безопасности.

Коллегия ГКЯР также отметила, что деятельность НАЭК "Энергоатом" в 2003—2004 годах преимущественно направлялась на обеспечение экономических показателей, а не на повышение безопасности. Кроме того, эксплуатирующая организация самоустранилась от координации действий по реализации однотипных мероприятий повышения безопасности для разных энергоблоков (что дало бы возможность сэкономить значительную часть государственных средств). Работу НАЭК "Энергоатом" по реализации мероприятий "Комплексной программы модернизации и повышения безопасности энергоблоков атомных станций" коллегия ГКЯР признала неудовлетворительной.

Кроме того, Минтопэнерго было предложено рассмотреть вопрос ответственности должностных лиц НАЭК "Энергоатом" за срыв выполнения мероприятий по безопасности, целесообразности их дальнейшего пребывания на занимаемых должностях и разработки соответствующих мер по недопущению подобной практики в будущем.

В соответствии с решением коллегии ГКЯР, НАЭК "Энергоатом" должна была в месячный срок предоставить ГКЯР согласованные Минтопэнерго предложения относительно корректировки "Комплексной программы модернизации и повышения безопасности энергоблоков атомных станций" с целью ее утверждения в КМУ сроком не позднее сентября 2005 года. На этот же срок выполнения своих поручений сориентировал Минтопэнерго и Кабинет министров Украины.

Тем не менее, как показала практика, Минтопэнерго за восемь месяцев так и не смогло подготовить новый вариант "Комплексной программы", которая бы учитывала реальное состояние дел в атомной энергетике Украины, требования МАГАТЭ, международные обязательства нашего государства, решения Комитета Верховной Рады Украины по вопросам ТЭК, ядерной политики и ядерной безопасности от 06.04.2005 г. и коллегии ГКЯР от 07.04.2005 г.

Вместо новой редакции "Комплексной программы", о необходимости которой почти год говорили на всех уровнях власти, Минтопэнерго вынесло на заседание правительства... "Концепцию повышения безопасности действующих энергоблоков АЭС". Но в соответствии с толковыми словарями, слово "концепция" означает всего лишь систему взглядов на то или другое явление, общий замысел. Ни о каких конкретных механизме и мероприятиях, которые обеспечивают ядерную безопасность, в данном случае речь не идет. Тем самым ни о какой государственной политике, ни о каком контроле за состоянием безопасности АЭС речь тоже идти не может. Поскольку нельзя контролировать выполнение концепции.

Как представляется — именно этого (безответственности) и добивается руководство Минтопэнерго. И кажется, что ни Иван Плачков, ни Юрий Продан (который представлял указанный документ на заседании правительства 13.12.2005 г.) не осознают, что их непрофессионализм и безответственность способны нанести Украине значительный вред.

Что же касается международных обязательств Украины по ядерной безопасности, то Плачков и Продан, видимо, относятся к ним по принципу: "есть документ — есть проблема, нет документа — нет проблемы". Думается, не надо лишний раз напоминать, к чему может привести такая безответственная позиция руководства отрасли.

Наконец, при реальном приближении окончания проектного срока службы энергоблоков (менее 10 лет для трети действующих АЭС) так и не получен ответ на ключевой вопрос: а может ли быть продлен срок их службы? Неизвестно ни о реальных мероприятиях, обеспечивающих получение такого ответа, ни из каких средств это будет происходить. Ведь Фонд вывода из эксплуатации энергоблоков АЭС так и не создан! Зато есть только всевозможные "документальные фантазии" — на какой срок желательно продлить ресурс. Причем в разных документах называются разные цифры — 5, 10, 12, 15 лет.

Все перечисленные проблемы отнюдь не новы. Они озвучивались как мной, так и многими специалистами-атомщиками уже в течение ряда лет. Где же реальный прогресс? И если его по каким-то причинам нет — чем тогда занимаются руководства различных министерств и ведомств, уполномоченных государством отвечать за эти вопросы?

Фактически единственная сфера, где удалось добиться определенных успехов, — законодательное закрепление четкого разделения компетенций различных органов власти при принятии решений о строительстве ядерно- и радиационно-опасных объектов.

В сентябре 2005 года, преодолев неимоверное сопротивление "групп ядерных интересов" и "крепких хозяйственников" от атомного ядра, Верховная Рада приняла инициированный мною Закон "О порядке принятия решений о размещении, проектировании, строительстве ядерных установок и объектов, предназначенных для обращения с радиоактивными отходами, имеющими общегосударственное значение".

Те же "крепкие хозяйственники" из Минтопэнерго и "Энергоатома" сделали все, чтобы Президент Украины ветировал данный закон. И потребовались значительные усилия, чтобы доказать высшим должностным лицам государства, что эти попытки не на пользу стране. Интересно, как выглядели бы сторонники вето и поддерживающие их политические силы в ходе "скандала об украинских ядерных могильниках", который разросся на дрожжах парламентской избирательной кампании? А ведь именно благодаря этому закону мы сейчас имеем абсолютно европейскую, прозрачную, ответственную и эффективную процедуру принятия решений о строительстве ядерно- и радиационно-опасных объектов, которая не допускает никаких волюнтаристских и необдуманных решений по данным вопросам.

Рекомендую всем, следящим за развитием нынешнего скандала вокруг результатов тендера по строительству СХОЯТ для украинских АЭС, прочитать этот закон. Мне кажется, что после этого вопросов у них поубавится — ведь по этому закону необходимо обязательное получение согласия на такое строительство Верховной Рады. Причем путем принятия специального закона. Решение о согласовании размещения на своей территории ядерных объектов или хранилища местные органы власти должны принимать только после проведения местного консультативного референдума, а любой проект строительства подобных объектов должен пройти целый ряд строгих государственных экспертиз, быть согласован с правительствами сопредельных стран и т. д.

Как видим, все не так просто. Что же касается вопроса о целесообразности строительства хранилищ ОЯТ украинского происхождения в принципе, то этот вопрос требует серьезной и публичной дискуссии всех заинтересованных сторон: ядерщиков, власти, экономистов, экологов, общественности и обязательного научно-технического сопровождения (пока же в Украине нет ни одного научно-технического центра, специализирующегося на проблемах ОЯТ).

Только после этого возможна выработка стратегической линии поведения по отношению к хранению на своей территории ОЯТ и ядерных отходов. Причем этот вопрос имеет две стороны: политическую и экономическую. И в этой связи особенно настораживают попытки определенных заинтересованных кругов оперировать в дискуссии вырванными из контекста аргументами.

Необходимо признать, что проблема эффективности механизма обращения с ОЯТ и РАО реально существует. И решать ее необходимо гласно, прозрачно, сугубо в украинском правовом поле, с обязательным информированием общественности о различных моделях ее решения, проведением комплексных экспертиз и безусловным обеспечением всех требований экологической и радиационной безопасности.

Исходя из документов, имеющихся сегодня в распоряжении Комитета Верховной Рады по вопросам ТЭК, ядерной политики и ядерной безопасности, мне представляется малореальным строительство в 100 км от Киева "самого большого в Европе" хранилища ОЯТ.

И последнее. Очень важно не путаться ни журналистам, ни тем более политикам в терминологии и понятиях в области ядерной энергетики. Если премьер-министр говорит о необходимости строительства трех хранилищ отработанного ядерного топлива на территории Украины, то это надо понимать как выбор одной площадки под строительство ХОЯТ из трех предложенных. И только после проведения обязательных необходимых экспертиз. Таковы требования действующего законодательства Украины.

Как видим, проблем в ядерной энергетике немало. И одного желания их решить далеко не достаточно для успешной работы. Необходим комплексный подход. В связи со вступлением в силу конституционной реформы, предстоящим принятием закона о Кабинете министров необходима новая эффективная система управления ТЭК в целом и ядерной энергетикой в частности. Существующая модель управления, рассчитанная "под текущий момент", назначение на руководящие должности случайных людей, учет интересов не страны, а партийных групп, "любих друзів" и т. д. и т. п. должна быть ликвидирована.

Необходимо помнить: ТЭК Украины сегодня — это сложный сегмент экономики, решение проблем которого требует профессионализма, ответственности и способности ставить интересы людей и общества выше личных.