Малые формы

Парламентские выборы — это шанс для партий остаться в политической обойме. Шанс на первый взгляд серьезный: кампания впервые проходит на пропорциональной основе, и вдобавок занижен проходной барьер. Три процента — около миллиона избирателей — и тебя снова показывают по телевизору, узнают на улицах (Банковая — им. Грушевского — Лютеранская), во время спикериады (премьериады) заботливо интересуются планами на будущее. Только ради этого стоит жить насыщенной политической жизнью. И также все знают, что власть — это самый сильнодействующий наркотик. Если хоть раз попробовал "парламентские колеса", до конца жизни будешь видеть интереснейшие глюки: блокирование трибуны, утверждение премьера и Генпрокурора в сессионном зале, выборы президиума ВР.

Редко кому удавалось "соскочить" без потерь для психики, разве что иногда получается обмануть организм и перейти на меньшую дозу: мандат депутата областного или городского совета. К чему это я? Проходит последняя электоральная волна… Столько интереснейших блоков, оказывается, готовы взять 7, 8, 10%. А я и не подозревала порой об их существовании, не говоря уже о таких электоральных возможностях. Тем интереснее следить за электоральными скрещиваниями: Мичурин отдыхает. Партия Геннадия Васильева и Всеукраинская партия трудящихся создали блок "Держава — Трудовой Союз", НДП сблокировалась с ЭКО+, эсдеки вступили в альянс с республиканцами Юрия Бойко и "Женщинами будущего" Валентины Довженко… И только Партия зеленых Виталия Кононова реет в гордом одиночестве: ПЗУ одержима идеей повторить успех выборов-98. И это единственное, что роднит ее с блоком Ющенко. Все остальное сближает канонических зеленых со многими другими партиями второго эшелона, которые рассчитывают прорваться в парламент на мутной волне ссор и раздоров "помаранчевой" команды, выигравшей выборы Президента. Основная проблема маленьких партий — в самих партиях. Как говорил профессор Преображенский, "разруха не в клозетах, а в головах".

Во-первых, большинству из них так и не удается выйти за рамки своей узкопрофессиональной ниши. Зеленым — доказать, что они могут гораздо больше, чем просто бороться за экологию, женщинам Довженко — абстрагироваться от гендерной политики, "трудовикам" всех мастей — показать, что не только трудящиеся имеют право на счастье и приличную зарплату. Потому что иначе выходит, что все эти структуры решают проблемы не глобального и даже не общенационального, а муниципального уровня. Ну и зачем им в парламент? Пусть в райсоветы баллотируются.

Во-вторых, у многих "второстепенных" партий накануне выборов возникают вопросы с идеологическим позиционированием. Сейчас это особенно трудно, поскольку грань между властью и оппозицией обнаружилась только недавно, а списки начали составлять два-три месяца назад. В результате мучительного самоопределения возникают совершенно фантастические альянсы: бывшие кучмисты смело входят в Блок Юлии Тимошенко, кроме того, по определению правый БЮТ берет на вооружение социальные лозунги коммунистов, умеренные либералы Виктора Пинзеника сходятся с суперрадикальной "Порой". Таким образом, происходит полная дезориентация избирателей: те, кого они привыкли считать левыми, смещаются на правый фланг, центра нет вообще, консерваторы начинают страдать социал-демократией. Как тут голосовать? Поневоле поддержишь просто узнаваемое лицо, не вдаваясь в подробности его политической ориентации.

В-третьих, мелкие партии поголовно страдают блокоманией. Корни этой электоральной болезни уходят в психоанализ. Проще говоря, чем ниже уровень профессиональной и личной состоятельности, тем сильнее тебя тянет погордиться корпоративными успехами и маркой "солидной" партийной фирмы. "Вместе мы — сила", "Одна партия — победа всех". Впрочем, это относится не только к партиям, но и к странам. Желание влиться в коллектив ЕС или в общество стран-вэтэошниц — самый убедительный пример… Уже поэтому шансов пройти в Верховную Раду у партий Васильева, Кононова, Коновалюка, Гаврилюка немного, поскольку у общества нет единой внешней цели — половина страны "идет" в Европу, вторая половина хочет остаться с Россией. Но даже не это является основной причиной невостребованности сегодня трудовых и русских союзов, прочих партий "второго эшелона". Причина в том, что выборы-2006 не являются парламентской кампанией в чистом виде. Это, скорее, продолжение президентских состязаний, в которых большинство из тех, кто сегодня самостоятельно пытается преодолеть 3-процентный барьер, скажем мягко, участвовали косвенно.

И тем не менее маленькие партии — это большая сила. Да, на президентских выборах они вынуждены "ложиться" под одного из кандидатов, на парламентских — способны заставить лечь любого из фаворитов. Нужно только с умом построить кампанию, четко обозначить две вещи: отношение к курсу реформ и выбор внешнего партнера. Вот такие партии по-настоящему опасны для ключевых игроков выборов-2006, потому что "запускают" механизмы внешней (Европа или Россия?) и внутренней (реформы или откат к кучмизму?) дезориентации, мешающей избирателям определиться. Партия регионов Виктора Януковича смогла привлечь или раздавить потенциально опасных "крошек", партия власти Виктора Ющенко, напротив, способствовала их размножению (ПРП, УНП, Рух Бойко). И что теперь? Уничтожить их нельзя, договориться — поздно. В итоге партии "второго эшелона" и их лидеры в состоянии запутать без того сложный политический "клубок". Из-за них не может быть убедительной победы "оранжевых" и мощного реванша "бело-голубых". Но что хуже всего: страна при таких раскладах обречена еще пять лет топтаться на одном месте, выбирая между прошлым и будущим, между Россией и Америкой, между дешевым газом и независимостью.