Период полураспада

Проработать в нормальном режиме Верховной Раде четвертого созыва на шестой сессии удалось лишь день с небольшим. И если вчера ее еще сотрясали приступы лихорадки в виде противоречивых заявлений членов фракции Аграрной партии о выходе из парламентского большинства и приостановления в нем членства 15 депутатов группы "Деминициатив–Народовластия", то сегодня украинский парламент вступил в период полураспада.

Есть такое понятие в ядерной физике. В переводе с физических терминов на парламентские, это время, за которое половина Верховной Рады, называющая себя большинством, превращается из действующей в недееспособную. В парламенте этот процесс начался вчера вечером. С той самой инициативы 15 "деминициативных" депутатов. Правда, уже сегодня двое из них – г-да Райков и Бандурка – неожиданно пошли на попятную и заявили о том, что они никаких заявлений по этому поводу не писали и не делали. Дабы подтвердить свою верность ПБ, они наоборот даже написали специальные заявления, подтверждающие их в нем участие. Наверное, излишне "благотворное" влияние на них оказали сегодняшние заявления Леонида Кравчука, предложившего поставить "раскольников" "на колени перед народом", и Степана Гавриша, пригрозившего депутатам скорым возвращением Леонида Кучмы.

Однако дело здесь не в одних "деминициативщиках". Сегодня этот процесс усугубился аналогичным решением фракции Народной аграрной партии Украины и большей части группы "Центр". А ведь Степан Богданович перед началом сессии предлагал всем по-хорошему до конца избирательной кампании взять отпуск "за свой счет". Видать, что-то чувствовал координатор. Или знал.

Что же послужило катализатором? Согласно официальному заявлению лидера фракции аграриев Михаила Гладия, фракция приостановила членство в большинстве "в связи с отсутствием согласованных и конструктивных действий внутри парламентского большинства, что существенно ограничивает возможности партии влиять на принятие и внедрение политических решений в парламентско-правительственной коалиции". Гладий также весьма резко заметил, что считает неприемлемыми для демократического общества "методы, которые по отношению к партии используют определенные политические силы и отдельные должностные лица от власти". Это, в частности, проявляется "в политическом и административном давлении, нарушении властными структурами своих обязанностей, травле людей, связавших с партией свою судьбу и надежды".

Гладий также сообщил, что "в связи с этим НАПУ рассчитывала на соответствующую реакцию со стороны партнеров из парламентского большинства и правительственной коалиции. Но такой реакции до сих пор нет – наоборот кампания против партии приобрела более широкие формы, причем в ход идет все, вплоть до угроз увольнения и массовой агитации членов партии сменить партийность".

О выходе 11 депутатов группы "Центр" из парламентского большинства объявил сегодня с трибуны парламента член группы Сергей Бондарчук. Однако, если НАПУ заявила о "приостановлении" своего членства (впрочем, как и "деминициативщики" вчера), то "центристы" решили, наконец, свести пресловутые de jure и de facto в соответствие, написав соответствующие заявления на имя координатора большинства Степана Гавриша.

Свой поступок "центристы" в лице уполномоченного представителя группы Василия Гаврилюка объяснили несогласием с действиями власти. В частности, Гаврилюк заявил, что всем известны события последнего года, "когда фактически вне стен парламента пытаются подчинить себе жизнедеятельность не только конкретных депутатов, а всего парламента, когда из депутатов пытаются сделать кнопкодавов". В общем, выяснилось, что "у нас есть те, кто подчиняется требованиям, и те, кто проявляют свою свободу". Депутаты группы "Центр" решили таким образом причислить себя ко второй категории. Стать независимыми. Как само государство.

Здесь следует обратить внимание на необходимость разделения терминов "вышли" и "приостановили". Основной характеристикой "приостановления" членства является временность этого состояния. Приостановившие не написали заявлений о выходе из большинства, которые они подписывали при его создании, а значит, формально они большинство не покидали. В то время как "центристы" как раз решили окончательно сжечь мосты.

Теперь немножко займемся несложной арифметикой. На начало сессии и на вчерашний день юридическое парламентское большинство включало в себя 238 депутатов. После юридически оформленного выхода 11 депутатов группы "Центр" их количество сократилось до 227. Таким образом, формальное большинство хоть и на последней черте, но пока по-прежнему существует. В исключительно подвешенном состоянии, учитывая неформальный выход из него еще 36 минус Райков и Бандурка депутатов.

Период полураспада большинства сегодня определил председатель Верховной Рады и глава "мятежных" аграриев Владимир Литвин. Ссылаясь на срок, который дается фракции, не имеющей достаточного количества депутатов для продолжения своей деятельности, на, так сказать, санацию, он выделил народным избранникам две недели для определения своей позиции и дальнейшей судьбы парламентского большинства. В то же время никаких четких формулировок на такой случай ни в каких организационных и законодательных документах не содержится, поэтому говорить о том, что может случиться по окончании этого срока, весьма затруднительно.

Попытаемся окинуть оком то парламентское поле, которое мы получили в результате этих пертурбаций. Для начала следует констатировать, что в украинском парламенте явно обозначились дополнительные полюса влияния. Если в самом начале созыва его, хоть и с натяжкой, можно было свести к биполярной концепции в виде оппозиции и большинства, то сегодня следует выделить, как минимум, четыре достаточно обособленных друг от друга полюса. Таковыми являются левая оппозиция в составе фракций СПУ и КПУ, правая оппозиция – "Наша Украина" и БЮТ, правительственная коалиция – "Регионы Украины", СДПУ(о), "Трудовая Украина", "Союз", НДП–ПППУ и кусок "Деминициатив–Народовластия" и, наконец, группа, центром влияния в которой является спикер Владимир Литвин – НАПУ и "Центр".

Эта новая конфигурация в первую очередь отразится на процессе конституционного реформирования и принятия бюджета.

Необходимо отметить увеличившуюся роль спикера в этих вопросах. Так, принятие поправок в Конституцию теперь напрямую зависит от его позиции и участия в реформе. Об этом сегодня прямо заявил Степан Гавриш, утверждая, что "нет ни малейшего сомнения, что после заявления именно представителя НАПУ, которую возглавляет Владимир Михайлович Литвин, вопрос о политреформе поставлен на кон… Кроме Литвина, провести эту реформу не может никто". С этим трудно спорить, ведь именно от Литвина зависит самый широкий спектр вопросов – от процедурных тонкостей (вспомните голосование руками в конце прошлого года, прошедшее лишь благодаря доброй воле спикера) до поддержки политреформы фракцией НАПУ, состав которой способен склонить чашу весов на ту или иную сторону. Так что с Владимиром Михайловичем теперь придется полностью считаться.

Что касается бюджета, то для его принятия теперь придется учитывать мнение не одной стороны в лице большинства, как это происходило прежде, а договариваться, минимум с тремя. Идти на уступки, учитывать пожелания. Того же спикера, имеющего под собой, помимо рычагов, данных ему полномочиями председателя, и фракцию, достаточную для влияния на принятие тех или иных решений.

Не стоит забывать и о еще двух немаловажных вещах. Во-первых, смена конфигурации парламента должна поставить вопрос о распределении парламентских комитетов и, что самое главное, кресел в президиуме Верховной Рады, который, в условиях существования большинства, назначался если не под давлением, то, скажем так, с его согласия. Если же большинства нет, то в любой момент может встать вопрос о пересмотре фигур, сидящих во главе парламента. Это могут сделать как оппозиционеры, которым в результате активности ПБ места в президиуме поначалу не нашлось, так и бывшие "большевики". Например, те же эсдеки, наверное, были бы не против "под шумок" поставить старый вопрос о правомочности пребывания на посту вице-спикера их бывшего соратника Александра Зинченко. А в других условиях это воспринималось бы как сведение счетов. В то же время, если будет поднят этот вопрос, то тогда придется решать проблему всего президиума. И с этой точки зрения Владимир Литвин должен чувствовать себя сегодня несколько неудобно.

Хотя в сегодняшних условиях решить вопрос об избрании нового руководства парламента практически нереально. Можно договориться о назначении некоего временного варианта президиума, но в результате он опять-таки окажется недееспособен, что еще более усугубит парламентский кризис.

Во-вторых, не следует забывать и о еще одном аспекте деятельности большинства. Как известно, договор о его создании подразумевал создание так называемого коалиционного правительства. На его основании между участниками большинства по принципу квот были распределены места в Кабмине. С развалом большинства должен встать вопрос и о перераспределении этих мест. Каким образом оно будет производиться, неизвестно. Но очевидно, что стабильности в работу министерств это также не добавит.

В общем, все происходящее способствует разгоранию кризиса. Прежде всего, парламентского. Верховная Рада, раздробленная на несколько влиятельных групп, перестает быть дееспособной. О таком развитии событий перед началом сессии говорили абсолютно все. Но при этом удар ожидали не с той стороны. Аналитики и политологи утверждали, что кризис разразится во время рассмотрения нескольких резонансных вопросов, среди которых основным, без сомнения, является конституционная реформа. Большинство предположений крутилось вокруг того, что этот процесс в очередной раз начнет блокировать правая оппозиция. На самом деле буря разразилась там, где ее ждали меньше – в большинстве. Встает вопрос – кому это может быть выгодно?

Если речь идет о кризисе, то, прежде всего, стоит вспомнить об одном влиятельном кризисном менеджере. Его рукам злые языки приписывают не один парламентский ералаш. Когда же подобное начинается накануне выборов, то "смутные сомнения" обретают новую силу. Любой политолог, давая ответ на вопрос, для чего нужен парламентский кризис, скажет что-то вроде "для того, чтобы создать у населения имидж недееспособности единственного законодательного органа государства, и на этом основании держать парламент под угрозой роспуска". Сегодня Верховной Раде роспуск не грозит. Однако цель дискредитации парламента в глазах населения от этого не нивелируется.

В ходе президентской кампании уже неоднократно подчеркивалось, что парламент на сегодня является мощной предвыборной площадкой для кандидата в президенты, лидера "Нашей Украины" Виктора Ющенко. Проводя логическую параллель, можно предположить, что беспорядки в Верховной Раде являются беспорядками на этой площадке. В то время как кризисный менеджмент на то и кризисный, что в подобных условиях чувствует себя, как рыба в воде.

В то же время не стоит сбрасывать со счетов фактор Литвина. Владимир Михайлович уже достаточно давно и последовательно отстраивает стратегию увеличения своего влияния в парламенте. Для него это лучшая возможность провести свою фракцию в Раду через два года. В результате нынешнего переформатирования, как было показано выше, его роль в принятии важных решений увеличивается до максимума. Хотя и существует определенный риск потери столь нужного ему кресла. Но ведь кто не рискует, тот и не пьет горячительного. И ведь, по сути, номинальным зачинщиком распада стала именно фракция НАПУ, допустившая вчера весьма загадочный "фальстарт", после которого "сдали нервы" у первых 15 (точнее, как выяснилось сегодня, 13) "раскольников".

В конце концов, два указанных интереса не сильно противоречат друг другу. И вполне возможно, что они оба повлияли на ситуацию. Последствия же могут быть самыми неожиданными. Например, исчезновение большинства может привести к потере легитимности положения Регламента о поименном голосовании. Данное положение, в свое время было введено туда именно с целью контроля за отдельными депутатами большинства. Его нет – нет и положения. В таком случае, как в старые добрые времена, депутаты начнут голосовать тайно. А в таких условиях может произойти все, что угодно, включая принятие конституционной реформы…

Сказать точно, когда это все закончится, сегодня не представляется возможным. Александр Задорожный предположил сегодня, что все уладится буквально за три дня, видимо, имея в виду выходные. Другие комментаторы от озвучивания сроков отказались. Их можно понять – в отличие от радиоактивных соединений, период полураспада для парламента нельзя вывести в формулах. Как правило, он продолжается столько, сколько нужно. При этом многое зависит от переменной "кому?"