Уловимые мстители

Одесский областной апелляционный суд вынес приговор 10 из 11 членам организованной преступной группировки, известной как "одесские комсомольцы-террористы". Таким образом, в этом почти легендарном деле, тянувшемся с декабря 2002 года, поставлена точка. Впрочем, большая часть населения Украины не воспринимает всерьез версию о том, что участники группы действительно собирались строить Черноморскую социалистическую республику, и усматривает за процессом политические игры. Хотя политики тут как раз меньше всего.

Согласно приговору, гражданин Украины Андрей Яковенко и гражданин России Игорь Данилов осуждены на 14 лет. Граждане Украины Олег Алексеев - на 13 лет, Александр Герасимов и Богдан Зинченко - на 11 лет, граждане России Илья Романов - на 10 лет, Александр Смирнов - на 8 лет, Анатолий Плево - на 6 лет, одесситка Нина Польская - на 4 года (условно), молдованин Евгений Семенов - на 3 года (но в связи с тем, что срок его нахождения под стражей истек в июне 2003 года, он был освобожден в зале суда). Одиннадцатый обвиняемый Сергей Бердюгин умер в больнице в ноябре 2003 года после операции по удалению разорванной почки.

Группа была арестована в декабре 2002 года, вероятно, после того, как на адрес украинских спецслужб поступило предупреждение от российского ФСБ о том, что на территории Одессы проживает российский гражданин Илья Романов. Один из наиболее беспокойных "анархистов" матушки-России. В принципе, господин Романов признан официальной медициной сумасшедшим. Данное обстоятельство, оформленное в виде соответствующего заключения консилиума, помогло ему увильнуть от ответственности за "опасные шалости": взрывы возле здания ФСБ России в Москве на Кузнецком Мосту 13 августа 1998 года и 4 апреля 1999-го. Но если его освободили, поскольку признали невменяемым, то бывшую жену Ларису осудили по делу о взрывах в Москве и Подольске на 6,5 лет. В статье "Реверс Япончика" мы писали, что дед Ларисы Романовой Анатолий Меркушов является судьей Верховного суда РФ, а мать Ильи – довольно богатая женщина, ныне живущая в США. К проделкам детишек они отношения не имеют.

В России Илья и Лариса входили в так называемую экстремистскую молодежную организацию "Новая революционная альтернатива" (НРА), которую тамошние спецслужбы фактически разогнали. Поэтому после ареста Ларисы, Илья перебрался в Украину и занялся поисками единомышленников. Вместе с ним в Одессу прибыли россияне – Анатолий Плево и Игорь Данилов, а также граждане Молдовы братья Семеновы. Они познакомились с Андреем Яковенко, занимавшим формальную должность секретаря комитета комсомола Одессы. Существуют две версии дальнейшего развития событий. По одной из них россияне занимались в Одессе тем, чем и в Москве – готовили революцию, попутно "подчищая" кассы ювелирных магазинов и обменников, а их украинские товарищи об этом не знали. По другой – знали и участвовали.

В сущности, следствие сосредоточилось на том, чтобы доказать вину именно украинцев, в результате чего на первый план довольно неожиданно выдвинулась личность Яковенко. Именно его назвали ключевой фигурой в группе и организатором многочисленных ограблений и разбоев. Сам комсомолец признал, что вынашивал идею создания на территории южных областей Причерноморской Советской Социалистической Республики путем проведения партизанской войны, но отрицал участие в разбойных нападениях. Подтвердить или опровергнуть это могли бы показания задержанных революционеров, однако молодые террористы оказались не по годам разговорчивы и под протокол валили на старшего товарища все грехи.

Именно Яковенко обвинили в организации вооруженного нападения в ночь с 29 по 30 ноября 2001 года на одесский магазин “Филин”, расположенный на улице Балковской, 199. Во время нападения была убита продавщица, похищено около 80 грн. и водка. Революция требовала подпитки. Дальше – больше: 18 февраля 2002 года революционеры совершили нападение на ювелирный отдел магазин “Свит” по улице Космонавтов, 38-А, а 19 марта 2002 года – ограбление ювелирного отдела и обменного пункта валют в магазине “Продтовары” по улице Гайдара, 58. Летом почистили ломбард по улице Глушко, 22.

Подобных вылазок было несколько. Интересно, что никто из пострадавших не опознал комсомольского вожака в числе грабителей. Практическое руководство налетами осуществлял Игорь Данилов, также осужденный по максимуму. Что же касается Яковенко, то он, согласно показаниям соратников, возил их на автомашине “Тойота-Королла” и хранил у себя на квартире награбленное золото. Впрочем, подвозил и убивал – это, как говорят в Одессе, две большие разницы.

Отдельный вопрос вызывает история с взрывом то ли петарды, то ли самодельного взрывного устройства 21 октября 2002 года в 20 часов 45 минут возле административного здания Службы безопасности Украины в Киеве. Хулиганство совершил, конечно же, Илья Романов – любитель взрывать хлопушки возле зданий спецслужб. Сам Яковенко во время взрыва петарды в Киеве находился в Одессе и, по его словам, понятия не имел, чем забавляются его московские друзья. Однако и этот "выбрык" был приписан его организаторскому таланту.

В общем, одесский процесс вызвал целый ряд вопросов. Понятно, что объявлять руководителем подпольной террористической организации российского гражданина "со справкой" было бы неинтересно. Возможно, именно поэтому следствие особенно активно "отрабатывало" активиста КПУ Андрея Яковенко. Последний упорно отрицал на суде свою причастность к разбойным нападениям на магазины и признал лишь деяния по 109 и 110 статьям УК (насильственное свержение строя). То, что Яковенко "пошел в отказ" подогревает страсти вокруг "коммунистической подоплеки" дела: возле здания Одесского апелляционного суда прошел бурный, хоть и не многочисленный митинг.

Бесспорно, следствию виднее, у кого какая роль была в этой странной революционной игре. Другой дело, что в данном случае (особенно, учитывая предвыборный период) идеологическая подоплека процесса идет явно во вред его сути. Хотя бы потому, что апелляция (если она будет), окажется на рассмотрении Верховного суда в Киеве как раз в канун первого тура голосования. Не самое подходящее время, чтобы выяснять, кто клеил листовки в воинских частях, а кто действительно грабил магазины. И какой процент в этом был левой идеологии, а какой – банальной уголовщины. Все это следовало бы отсортировать до того, как ставить в деле точку.