150 000 часов реабилитации

Профессор Харьковского национального университета Анатолий Кондратенко известен и как технарь, и как гуманитарий. Он преподает в университете физику, одновременно являясь председателем областной "Просвиты", организации, чья главная задача, как известно, распространение украинского языка. Соединение разных наук, видимо, помогло ему решить и такую сложную задачу, как определение материального эквивалента морального ущерба, нанесенного ему харьковским журналистом Андреем Капустиным, корреспондентом российских изданий "Новая модель" и "РФ сегодня", якобы написавшим оскорбившую его статью.

Кондратенко подсчитал, что с оскорбившим его материалом ознакомились 300 тысяч человек, каждому из которых он должен давать пояснения в течение получаса. Итого получается 150 тысяч часов. А за час учебной нагрузки он получает в среднем 6 гривен 11 копеек. Умножив эту сумму на количество часов оправдания, мы получаем 916 500 гривен. Однако сам профессор милостиво округлил ее в сторону уменьшения. 900 тысяч не с издания, а с одного журналиста – такая сумма не выделяется даже в привыкшей к астрономическим суммам морального ущерба Украине. Тем не менее, на шестой год тяжбы Кондратенко добился промежуточного успеха. Дзержинский районный суд Харькова постановил арестовать имущество Капустина на упомянутую сумму.

Что же так оскорбило руководителя харьковской "Просвиты"? В ноябре 1997 года корреспондент московской "Независимой газеты" Капустин опубликовал в харьковском еженедельнике "Метро-Пресс" статью "Сенсационная новость. Борцы за чистоту расы оказались не теми, за кого себя выдают". В ней утверждалось, что "некто пан Здоровый и пан Киндратенко сотоварищи", которые "затеяли очистить город от тайных евреев и иных неукраинцев", на самом деле являются "тайными агентами сионизма и даже тайно перешли в иудаизм, сделав обрезание".

Мотивы этой публикации Капустин пояснил так: "В середине 90-х некоторые харьковские национал-патриоты без конца говорили о еврейском заговоре, о захвате евреями ключевых постов во власти и правоохранительных органах города и т.д. Проверять их жалобы приезжали разные комиссии, например, во главе с покойным первым замминистра внутренних дел Украины".

Документы гласят следующее. Справка: "По поручению Президента Украины для проверки заявлений и жалоб на работу милиции, подписанных и присланных в Киев председателем областного Общества политзаключенных и репрессированных Анатолием Здоровым и председателем местной организации "Просвита", профессором Харьковского госуниверситета Анатолием Кондратенко, в Харькове находится первый заместитель министра внутренних дел Украины Леонид Бородич. 26 января он сообщил журналистам, что жалобы "никем и ничем не подтвердились, а, значит, МВД больше не будет рассматривать писем, подписанных указанными лицами". (Агентство УНИАН, выпуск от 27 января 13.00)

– У меня было много статей об антисемитизме, русофобии, антикавказских настроениях в Харькове, – продолжает Капустин. – Но мне показалось, что конкретные статьи о конкретных людях остаются воплями в пустыне, тогда как психоз нарастал. Помню, осенью 97-го была голодовка нескольких студенток Академии культуры, которые собирались ничего не есть до полного крушения мирового сионизма. И я тогда решил, что нужно довести ситуацию до абсурда и написать не статью, а памфлет с некими собирательными персонажами. Я не ожидал, что будет такая реакция. Ни слова "Просвита", ни конкретные личности с именами, отчествами и должностями там не были выведены. Но люди себя сами узнали. В городском телефонном справочнике я насчитал 69 человек с фамилией Киндратенко. Обратился один – профессор с фамилией Кондратенко. Она у него и в русской, и в украинской версии паспорта, что и было предъявлено суду. В другом собирательном персонаже узнал себя Анатолий Здоровый. Он хотел возбудить уголовное дело против меня и обратился в прокуратуру. Я написал пояснение, что статья написана в жанре сатиры и гротеска и для прокуроров этого было достаточно. Но суд пошел по другому пути…

За 5 с лишним лет тяжбы в жизни истца произошло много ярких событий. В начале 1998 года Анатолий Кондратенко двинулся в Верховную Раду Украины – он баллотировался и по мажоритарному округу, и по списку Блока демократических партий "НЭП". Место у него там было явно непроходное – 87-е, однако примечательно, что и лидер харьковской "Просвиты", и его соратник Анатолий Здоровый (№112) оказались в одном списке с такими известными украинскими бизнесменами, евреями по национальности, как Ефим Звягильский и Евгений Червоненко. Странное сочетание, но в нашей политике всегда было столько странностей, что абсолютно не обязательно видеть в этом соседстве доказательство тайного обрезания обоих харьковских национал-патриотов.

В парламент Кондратенко, как и следовало ожидать, не попал, после чего решил позаботиться о будущем электорате заблаговременно. Детская газета харьковской "Просвиты" "Джерельце" шеф-редактором которой он был, вскоре стала известна на всю Украину. Ее сентябрьский номер за 99-й год содержал целый букет юдофобских материалов. На евреев возлагалась вина за все прошлые и нынешние беды Украины, а призыв к украинцам уничтожить виновников этих бед был едва замаскирован. В результате Ассоциация национально-культурных объединений Украины подала в суд на харьковскую "Просвиту" в связи с фактами разжигания национальной вражды. Пока же суд рассматривал дело, известность "Джерельца" и Кондратенко перешла украинские границы: в российской "Независимой газете" появилась статья Капустина "Антисемитизм детям".

– По поводу этой статьи Кондратенко в суд не обращался, – подчеркивает Капустин, – хотя там ясно написано, что речь идет именно о нем. Зато тогда же он еще раз доказал, что вводит суд в заблуждение, говоря о своей непричастности к антисемитизму. Он публично призвал ограничить деятельность евреев на жизнеобеспечивающих должностях и запретить принимать от них иски к украинским национально-культурным организациям. Это все опубликовано в "Городской газете" от 16 марта 2000-го года. Очень многие в городе были возмущены, но Киев никак не реагировал. Когда постоянная комиссия Харьковского горсовета по гуманитарным вопросам, в которую входил и я, направила письмо к премьер-министру Ющенко с просьбой рассмотреть целесообразность дальнейшего финансирования "Просвиты" из государственного бюджета, то ответа мы не получили – ни словом, ни делом. После этого обратился с открытым письмом к президенту Кучме (его перепечатала газета "Моя родина"), где попросил его вмешаться в ситуацию. При этом я напомнил Президенту, что 6 января 2000-го на встрече в Иерусалиме с руководством Ассоциации выходцев с Украины он заявлял, что намерен всячески бороться и пресекать любые случаи проявления антисемитизма на Украине. Но ответа не последовало.

В декабре 2000-го Киевский районный суд Харькова постановил взыскать с "Просвиты" 20 тыс. гривен и прекратить издание "Джерельца". Тем самым антисемитизм самого Кондратенко был де-факто признан. Однако Дзержинский суд, не обращая внимания на это обстоятельство, в феврале 2002-го удовлетворил иск главного "просвитянина" Харькова, постановив взыскать с Капустина 20 тысяч гривен в порядке возмещения морального ущерба. Апелляционный суд это решение отменил, постановив рассмотреть дело в новом составе суда. Протест, вынесенный истцом в Верховный суд, был отклонен. И дело начало слушаться по новой. Обновились и материальные претензии Кондратенко. Если ранее он требовал взыскать 450 тысяч с "Метро-пресс" и 150 тысяч с Капустина, то теперь замахнулся уже на 900 тысяч и с одного журналиста.

И решение, принятое на промежуточной стадии процесса, показывает, что лидер харьковской "Просвиты" не так уже далек от того, чтобы приблизиться к немногочисленной группе официальных украинских миллионеров. Но, как говорится, не в деньгах счастье. Ведь кто-нибудь подумал, что значит 150 тысяч часов, которые надо потратить Кондратенко для того, чтобы не осталось ни одного дезинформированного статьей Капустина? Ведь это – 17 лет и полтора месяца – если сделать занятие круглосуточным, без перерывов даже на сон. Конечно, можно допустить, что глава харьковской "Просвиты" для восстановления своего имени отказывается от сна. Но думаю, что почти все харьковчане в 2 часа ночи или в 5 утра хотят спать, а не узнавать опровержения пана Кондратенко. А коль для опровержений останется 16 часов из 24, то уже на них придется потратить 25 лет и около 7 месяцев. Как следует из иска, глава харьковской "Просвиты" стал давать разъяснения с конца 97-го, следовательно, завершить эту работу он сможет лишь в начале 2023 года, когда ему пойдет 88-й год.

Разве не стоит столь титанический труд 900 тысяч гривен, которые отсудить будет все-таки непросто. Арест на имущество журналиста пока не наложен, да и сам он может улизнуть за рубеж. Ведь суд не удовлетворил другое ходатайство Кондратенко – об изъятии у Капустина загранпаспорта и запрете выезда за границу. А вдруг еще и к следующему судебному заседанию – оно назначено на 14 марта – Верховная Рада примет инициированные парламентским комитетом по свободе слова изменения к законодательству о СМИ. И тогда заработать на восстановлении чести и достоинства будет намного сложнее. Вот профессор и суетится, спешит…