Государево око

Отношения Украины с FATF прошли три этапа: легкомысленное пренебрежение к рекомендациям из Парижа, обеспокоенность угрозой санкций и, наконец, беспрекословное выполнение всех требований, поступающих как от самой организации, так и правительств входящих в нее стран. Одно из таких требований, высказанных во время визита украинской делегации в США – политическая независимость департамента финмониторинга. На практике это означает, что департамент вскоре может превратиться в центральный орган власти со специальным статусом.

Развод по согласию

Идея сделать финансовую разведку независимой структурой, а ее главу назначать парламентом по представлению президента появилась еще два года назад и даже нашла свое отражение в проекте закона депутата Юрия Кармазина. Но приравнять главного финансового разведчика по статусу к главе ФГИ или АМК на тот момент считалось слишком большой данью FATF. Кроме того, целый ряд ведомств пытались сделать антиотмывочную структуру своим “хоздвориком”, учитывая, что перед санкциями нам обещали деньги на борьбу с отмыванием и совсем немалые. Одно время подобное подразделение было при ГНАУ, потом его потребовал создать в Нацбанке тогдашний банкир №1 Владимир Стельмах (вместе с СНБО), не были против приютить финразведку МВД и СБУ.

Вопрос был решен после встречи президентов России и Украины: мы пошли путем северного соседа и сделали финразведку подразделением минфина. То, что департамент так и не стал разведкой – это отдельная "заслуга" дипломата Алексея Бережного, пролоббированного на должность второго госсекретаря тогдашним министром финансов Игорем Юшко. Но претензий к его "местонахождению" у FATF не было и, более того, нет и сейчас. Вопрос политической независимости финмониторинга никогда не ставился руководящими лицами организации, не поднимался на ее сессиях и не включался в список "ценных указаний". Фактически это "личная просьба" министерства финансов США, имеющая политический подтекст и родившаяся в результате контактов с представителями нашей же оппозиции. Скажу больше, по имеющейся у нас информации, незадолго до визита украинской правительственной делегации в Вашингтон, туда был направлен и проект закона Кармазина, проваленный парламентом: в качестве "пояснительной записки" для тех чиновников Госдепа, кто готовил американскую позицию на переговорах.

Поэтому не будем путать святое с праведным – требования FATF касаются только приведения законодательства в соответствие с международными стандартами и налаживания современной системы сбора и анализа информации, как это делает российский КМФ. Все остальное – это условия, при которых, скажем, правительство США даст указания своему представителю при FATF голосовать за отмену санкций против Украины.

Впрочем, сказать, что казавшаяся ранее нереальной идея "независимости финмониторинга" не воспринимается первыми лицами страны, значить погрешить против истины. На представлении минфину нового госсекретаря Федора Ярошенко, который, помимо прочего, будет курировать осиротевший после отставки Бережного департамент финмониторинга, источник в минфине сообщил агентству "Интерфакс-Украина", что на коллегии министерства в понедельник было объявлено о существенном изменении структуры минфина в недалеком будущем. К тому времени, когда такая корректировка состоится, думаю, будут подготовлены соответствующие законопроекты и финансовая разведка перестанет быть внутренним подразделением минфина. Ходят слухи, что на первое время ее могут ввести в состав Государственной комиссии по регулированию рынков финансовых услуг (но лишь при условии, что в эту же комиссию будет добавлен банковский надзор, "отпочкованный" от Нацбанка). Или предоставить статус агентства, как того хотел в своем законе депутат Кармазин. Однако, в любом случае, государево око не должно стать филиалом СБУ, ГНАУ или УБЭП. Почему? Честно говоря, не знаю, но так требуют американцы, а мы сейчас выполняем все их требования.

Мышь не проскочит

Старательность, с которой Украина выполняет рекомендации FATF и государств-членов, поражает так же, как раньше наплевательское отношения ко всем "фатфовским заморочкам". Правительство с охотой соглашается на изменения в закон "О банках и банковской деятельности", предусматривающие снижение порога операций, с которого начинается обязательный финансовый мониторинг денежных операций до 15 тыс. евро. А парламент вносит такие "усугубления" в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, что даже самые ярые борцы с отмыванием, типа американца Теодора Гринберга, начинают сомневаться, не перегнули ли мы палку суровости наказания.

Кстати, согласно документу, подписанному президентом сегодня, проведение финансовой операции (подписание соглашения) со средствами или другим имуществом, полученным в результате совершения общественно опасного, противоправного деяния, которое предшествовало легализации (отмыванию) доходов карается лишением свободы на срок 3-6 лет с лишением права занимать определенные должности (заниматься определенной деятельностью) на срок до 2 лет с конфискацией средств или имущества, полученных преступным путем. Повторное совершение таких действий, совершение их по предварительному сговору с группой лиц либо в крупных размерах карается лишением свободы на срок 7-12 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в течение 3 лет с конфискацией средств или другого имущества, полученных преступным путем и с конфискацией имущества. Эти же действия, совершенные или организованные группой лиц или в особо крупных размерах, караются лишением свободы до 8-15 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в течение 3 лет с конфискацией средств или другого имущества, полученных преступным путем.

Общественно опасным противоправным действием, предшествовавшим легализации доходов, является деяние, за которое УК предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 3 и более лет, или которое наряду с украинскими признается преступлением уголовным законами другого государства, если в результате совершения такого деяния получен доход.

Законом определено, что легализация доходов, полученных преступным путем, признается совершенной в крупном размере, если предметом преступления были средства или другое имущество на сумму более 6 тыс. необлагаемых налогом минимумов доходов граждан; в особо крупном размере – более 18 тыс. необлагаемых налогом минимумов доходов граждан. Размещение средств, полученных от незаконного оборота наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов или прекурсоров в банках, на предприятиях, в учреждениях, организациях и их подразделениях; использование таких средств для приобретения объектов имущества, подлежащих приватизации, с целью продолжения связанной с наркобизнесом деятельности карается штрафом в размере 2-3 тыс. необлагаемых налогом минимумов доходов граждан, либо ограничением свободы на срок до 3 лет, либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 5 лет.

Теперь, когда законодательство подкорректировано, осталось дело за малым: создать структуру, которая действительно будет отлавливать грязные деньги, а не накапливать ценную коммерческую информацию для дальнейшей передачи заинтересованным лицам. Российский пример показывает, что финмониторинг – супероружие против строптивых олигархов и криминальных капиталистов, если, конечно, применять его с умом. В ином случае это бумеранг, ибо как только один "денежный мешок" протопчет дорожку к базе данных финразведки, по его следам побегут и другие. И ситуация станет напоминать ту, в которой оказался майор Мельниченко и его "дублеры": каждый олигарх, кто хочет купировать неприемлемые места в поддиванных записях, имеет возможность выкупить их для дальнейшей утилизации. Другими словами, от людей, принимающих решения по структурной перестройке в минфине, зависит, чтобы финансовая разведка стала именно "государевым оком" (в смысле общегосударственном), а не "дверным глазком" группы олигархов.

При этом проблема кадрового наполнения "ока", точнее вопрос, кто будет руководить структурой, выходит на первый план, даже по сравнению с политической независимостью. Если с натаскиванием специалистов все решается просто – госсекретарь МИД по вопросам евроинтеграции Александр Чалый недавно сообщил, что уже сегодня компетентные органы Испании заявили о готовности представить помощь в обучении украинских специалистов финансовому мониторингу, плюс такую же помощь готова оказать Германия, Нидерланды и США, – то с их подбором могут возникнуть трудности. Знаете ли, неподкупных людей у нас не так уж много, особенно в сфере финансов. Впрочем, знающие люди говорят, что Николай Янович Азаров имеет на примете уже несколько "незаангажированных" кандидатур и довольно скоро мы узнаем их имена. А пока финансовой разведкой, от которой в сложившейся ситуации не зависит перспектива отмены или пролонгации санкций, на сессии FATF 12-14 февраля в оперативном плане поруководит генерал Валерий Диесперов, а в плане стратегическом – проверенный госменеджер Федор Ярошенко.