Подземно-воздушные стрелочники

Когда новый генпрокурор Украины Святослав Пискун не просто стал сопровождать главу государства в поездках, но и при этом периодически оглашать суть своих инициатив, направленных на борьбу с недостатками, сначала подумалось: ну, вот, наконец-то, нашелся человек, хоть чуть-чуть зрящий в корень, а не скользящий беглым взглядом по верхам. А потом вспомнился анекдот о сантехнике, который попал в тюрьму как антисоветчик, потому что когда пытался отремонтировать у какого-то партийного бонзы течь в водопроводе, заявил, что нужно менять не кран, а всю систему. Тогда, дескать, и течи не будет. Имел он в виду водопроводную систему, а получил срок за систему политическую.

Уже сегодня есть большие подозрения, что Пискуну элементарно дадут чинить "краны" и наказывать ответственных за их поломку "крановщиков", но ни в коем случае не позволят трогать систему. А ведь именно систему и механизмы узаконенного (извините за тавтологию) нарушения закона вознамерился разрушить новый генпрокурор, когда заявил, что отныне в Украине за преступления будут садиться не только и не столько стрелочники (то есть непосредственно присутствовавшие при нарушениях второстепенные исполнители или просто причастные к ним по долгу службы), а люди, отвечающие за причины преступлений или порождающие, а то и охраняющие эти причины. Последние являются если не столбами существующей системы, то, во всяком случае, очень важными ее слагаемыми, можно сказать даже, неотъемлемыми ингредиентами.

Напомним события, повлекшие за собой небывалую активность Пискуна. В течение прошедшего июля произошли аварии на трех шахтах Донецкой ("Украина" и им. Засядько) и Днепропетровской ("Юбилейная") областей (это все – знаменитый Донбасс), а между ними смертельное авиашоу под Львовом, вместе унесшие жизни 146 человек. Еще несколько человек до сих пор находятся в реанимационных отделениях, и врачи осторожничают по поводу их утешительных перспектив. И генпрокурор взорвался: он заявил: хватит, мол, терпеть эти аварии со смертельными исходами, надо разобраться, куда идут деньги, выделенные на обеспечение и поддержание техники безопасности, на модернизацию оборудования, на дегазацию шахт и т. д. и т. п. Правильно, надо сказать, взорвался. Что-то похожее говорят и лидеры Независимого профсоюза горняков Украины (НПГУ), обвиняющие руководство шахт в забвении интересов простых рабочих забоя ради получения прибыли любой ценой. НПГУ обвинила в этом же даже Ефима Звягильского, которого многие в Донбассе почитают как "отца родного", но на "родной" шахте которого – им. Засядько, крупнейшая в Донбассе – в течение чуть менее года произошли уже две аварии с 75 смертями горняков.

Итак, остановимся на шахтерских делах. Сразу после аварий Пискуном были даже сделаны попытки арестовать не только непосредственных инженеров и третьеразрядных начальников, отвечающих за производственный процесс во время аварий (начальников участков, мастеров, горных инженеров и т.д.), но и руководство шахты "Украина". Генпрокурор на время проведения расследования решительно отстранил от выполнения обязанностей донецкого облпрокурора Виктора Пшонку, а ведать всем поставил своего заместителя Александра Медведько. Ну и что? – спросите вы. А ничего: суд отпустил начальников "Украины" под подписку о невыезде. И если бы не последующие аварии на "Юбилейной" и им. Засядько, то можно было бы быть процентов на 95 уверенным, что о вине этих начальников "забыли" бы.

И вот почему. Донбасс – это еще и арена своеобразной "войны" цифр общеукраинского масштаба, от предпочтения которых непосредственно и зависят людские жизни. С одной стороны, всего в Украине 290 угольных шахт, их них 75% относятся к опасным по взрывам метана, 36% – к опасным по взрывам угольной пыли. Средняя глубина разработки угля достигла уже достигла 700 метров, это значительно ниже, чем на многих шахтах мира. Без реконструкции более 20 лет работают 160 шахт, введены в эксплуатацию более 100 лет назад 50 шахт, более 100 шахт работают 45 лет, но за последние 20 лет реконструировано только 8 шахт. Итог такой, грубо говоря, угледобычи следующий: за последние 11 с небольшим лет на украинских шахтах погибло около 3700 шахтеров. По последним годам это выглядит так: 1996 г. – 340 шахтеров, 1997 г. – 260, 1998 г. – 360, 1999 г. – 297, 2000 г. – 318, 2001 г. – 250. В этом году погибло уже 166 горняков. Цена за 1 млн. тонн угля в человеческих жизнях выглядит так: в 1989 году это "стоило" 1,54 жизни, в 2000 году – 3,9, в 2001 году – 2,99. Для сравнения: в России это ужасающий показатель составляет 1,1 жизни за миллион тонн "черного золота", а в США – 0,03…

С другой стороны, Донбасс – это один из индустриально-финансовых столпов суверенной Украины. По данным Госкомстата Украины, Донецкая область, в которой находятся 70% всех украинских угольных шахт, – это 5 млн. человек населения и 20% ВВП страны, 58% – готового угля, 40% – электроэнергии, 45% – стали и чугуна. Что это значит для бюджета Украины, наверное, и объяснять не надо. Равно, как и не надо объяснять, что наполненный госбюджет за счет областей-доноров – это выплаченные зарплаты и пенсии, выполненные другие социальные программы в областях-реципиентах, запущенные и проплаченные другие общегосударственные программы и направления. Именно уголь (коксовый или энергетический – не так важно) является и одним из фундаментов финансового могущества донецкой промышленно-финансовой группировки или, если хотите, "клана донов".

"Доны" откровенно гордятся своими успехами. Губернатор Донецкой области Виктор Янукович промышленно-финансовый взлет области за последние несколько лет приписывает исключительно усилиям донецкой же руководящей элиты. По словам Януковича, в области был самостоятельно изобретен некий управленческий симбиоз, очень продуктивный при переходе от плановой экономики к рыночной. Это программно-целевой метод управления отраслями и предприятиями края, который и "позволил обнажать сильные и слабые звенья хозяйственного комплекса, более эффективно использовать возможности и резервы".

На практике применение этого метода вылилось в стремление максимально быстро собрать все предприятия региона либо в технологически объединенные финансово-промышленные холдинги типа "уголь – кокс – металл – металлопродукция" (на основе коксующегося угля), либо в вертикальные угольно-энергетические холдинги типа "энергетический уголь – ТЭС – энергораспределительные сети" (на основе энергетического угля). "Донам" это во многом удалось сделать отлично, и они приступили к пожинанию плодов. К тому же, пару лет назад им благоприятствовала и мировая конъюнктура – высокие цены на металл. А когда "рубят капусту", то, как известно, только качанчики и ошметки летят. Где уж тут думать о модернизации оборудования или об улучшении техники безопасности. Тем более что средств, выделенных из госбюджета на нормальную модернизацию или поддержание на должном уровне техники безопасности, все равно не хватило бы. А контроль над использованием этих бюджетных денег был, мягко говоря, минимальным. На "святое дело" получения прибыли, скорее всего, пошли и международные кредиты, выделенные на модернизацию или на закрытие шахт и перепрофилирование шахтеров.

Именно это и имел в виду генпрокурор Пискун, когда говорил, что надо, дескать, разобраться, куда пошли деньги, выделенные на технику безопасности, и кто из начальников виновен в том, что они "не дошли" и случились аварии там, где их и не должно было быть в принципе. Как на шахте "Украина", которая, по мнению специалистов, не пожароопасная, и пожар на ней, утверждал первый вице-премьер Олег Дубина, можно было бы потушить двумя ведрами. Но не нашлось ни ведер, ни огнетушителей, зато на гора "выдали" 35 трупов, а 48 детей остались сиротами…

Но ведь даже не это главное. Ну кто же кому-либо на Донбассе даст модернизировать шахты или останавливать вообще либо для улучшения техбезопасности, если рушится цепочка, по которой деньги текут? Правильно, никто не даст. И не дали. А средства пустили на интенсификацию угледобычи. И всему этому обеспечили мощнейшую политическую и лоббистскую поддержку на всех уровнях власти и во всех киевских кабинетах.

В полной мере все вышесказанное касается и виновных в трагедии на львовском авиашоу. Пискун пожелал посадить на скамью подсудимых не только летчиков, которые, судя по всему, таки лихачили над человеческим морем и не справились с управлением машиной. Пискун распорядился арестовать генералов, которые тешили свое командирское самолюбие дорогущим шоу на фоне всеобщей скудости материально-технического и финансового снабжения Вооруженных сил Украины вообще и авиации в частности. Были задержаны экс-командующий ВВС Украины Виктор Стрельников и еще три генерала. И появилось сообщение о том, что замглавнокомандующего ВВС Борис Коротков заявил: дескать, задержание Стрельникова "вызвало непонимание целесообразности этого шага в среде военных авиаторов, которые надеются, что это решение будет пересмотрено". Ни больше, ни меньше. Стрельникова обвинили по статье 425, часть 2, УК Украины (небрежное отношение военного лица к службе, которое повлекло тяжелые последствия), есть уже 85 погибших и умерших, а военные, видите ли, "не понимают" причины ареста и хотят все пересмотреть. Уж не затем ли, чтобы попробовать еще одно шоу и доказать, что летать умеем?

Но если перевести слова генерала Короткова на нормальный язык, то в них вполне можно услышать скрытую угрозу генералитета, спаянного корпоративной генеральской солидарностью, в адрес правоохранительных органов: отпустите "нашего", чтобы хуже не было. Ведь это в Украине действительно первая попытка не только отправить генерала в отставку за человеческие смерти, а и посадить его за решетку. Но генералам этого не понять, а они у нас – все-таки сила. И если хотят продемонстрировать эту силу, то делают это достаточно охотно. И к этому прислушиваются, на это рассчитывают. Вспомните, как в разгар антипрезидентских выступлений 2000-2001 годов министр обороны Александр Кузьмук заявил, что армия в политику не вмешается, но власть в обиду не даст. И это прозвучало, а то и стало холодным душем на многие разгоряченные головы. А Кузьмуку зато временно "забыли" полет ракеты в Бровары…

И потому если верховные власти захотят опереться на силу (или на невмешательство ее во внутриполитические разборки) армии и сейчас, когда оппозиция угрожает им осенним социальным взрывом и массовыми акциями гражданского неповиновения, то им вряд ли с руки ссориться с генералитетом. И такое поведение совершенно объективно выгодно для власти в любой стране. Но сейчас в конкретной Украине попытка обменять ослабление следовательского рвения на лояльность к власти может помешать конкретному генпрокурору объективно и глубоко разобраться в причинах аварии и объективно и справедливо наказать виновных в лампасах.

Хотя, если посмотреть на это с точки зрения умения власти защищаться, то власть свое умение демонстрирует прекрасно. Решительные действия правоохранителей по разбирательству трагических событий выбивают почву из-под ног противников власти, так как не позволяют им обвинять ее, власть, в попустительстве преступникам. Однако, с другой стороны, если опять будут наказаны только "подземно-воздушные стрелочники", то это станет очередным выстрелом власти в собственное будущее. И власть не может этого не понимать. А как будет на самом деле, покажет только время…