Саммит реинкарнации

За те пять лет, что существует ГУУАМ, за ним прочно закрепилась слава проекта, который "не использовал заложенный в нем потенциал". Участники этого объединения создали более-менее эффективный механизм политических консультаций, однако экономические, энергетические и транспортные проекты, – то, ради чего и появился собственно ГУУАМ, – так и остались нереализованными. Исправить ситуацию президенты гууамовских стран пытались на прошлой неделе, когда собрались в Ялте на ежегодный саммит объединения.

После того, как Узбекистан принял несколько неожиданное решение приостановить свое участие в "некоторых мероприятиях ГУУАМ", от оставшихся четырех его участников – Грузии, Украины, Азербайджана и Молдовы – ожидали быстрых и решительных мер, которые должным образом демонстрировали бы, что эта региональная организация вышла из кризиса и имеет серьезные перспективы в будущем.

И президенты этих четырех стран не обманули ожидания, подписав в Ялте девять документов, которые должны обеспечить "зданию ГУУАМ прочность и надежность". Во всяком случае, так следует из слов украинского президента.

Из подписанных документов ключевым было соглашение о зоне свободной торговли (ЗСТ), которому от президентов досталось очень много лестных эпитетов. По их словам, только зона свободной торговли сможет обеспечить реализацию проектов транспортировки каспийской нефти в Европу (нефтепровод Одесса–Броды–Плоцк–Гданьск – Евроазиатский нефтетранспортный коридор, который сегодня как никогда близок к осуществлению) и эффективную деятельность транспортных коридоров (TRACECA и INOGATE), а заодно "укрепить и существенно расширить торгово-экономические связи" государств организации.

Эйфорию президентов понять можно. Подписанное соглашение стало тем живительным соком, который подпитал переживающее сегодня кризис объединение: ЗСТ означает, что у ГУУАМ появилась реальная экономическая основа, а это гарантия его дальнейшего существования. Во всяком случае, из всех гууамовских проектов наиболее близко к реализации именно соглашение о ЗСТ.

Из прочих документов следует выделить соглашение о сотрудничестве в сфере борьбы с терроризмом и организованной преступностью, а также декларацию о совместных усилиях по обеспечению стабильности и безопасности в регионе. По большому счету, эти подписанные документы означают, что ГУУАМ превращается в нечто большее, чем просто объединение, которое создали для реализации энергетических и транспортных проектов, что у его членов есть амбиции.

Впрочем, ГУУАМ всегда был крайне амбициозным проектом. Ведь поначалу он создавался под протекторатом Вашингтона прозападно ориентированными странами именно для того, чтобы сдерживать доминирование России на постсоветском пространстве. Судя по всему, пока еще никто не отказался от этой задачи.

Правда, сегодня речь скорее идет о том, чтобы противостоять такому стремительно набирающему обороты объединению, как ЕврАзЭС. И в этом контексте слова российского посла Виктора Черномырдина, что ГУУАМ не является конкурентом ЕврАзЭС, воспринимаются с известной долей иронии.

Комментируя итоги саммита, президенты в своих оценках были очень и очень оптимистичны. Но на фоне заявлений Кучмы, Шеварднадзе, Алиева о "целесообразности объединения" пессимистично, хотя более точно было бы сказать – реалистично выглядит заявление Владимира Воронина о том, что "перспективы деятельности ГУУАМ туманны и очень плохо просматриваются".

Фраза, сказанная, правда, в преддверии саммита, тем не менее, довольно хорошо демонстрирует сомнения и скепсис, присутствующие даже у самых искренних и преданных сторонников ГУУАМ.

Да, будущее ГУУАМ туманно и непредсказуемо. Безусловно, хорошо, что в рамках этого объединения создана зона свободной торговли. Тем более что она не действует в рамках СНГ. И это должно стать серьезным стимулом для развития ГУУАМ. Как ранее стали стимулом его активизации решение Узбекистана приостановить участие в некоторых мероприятиях объединения и фактор ЕврАзЭС.

Но с другой стороны, настораживает то, что это региональное объединение имеет все те же проблемы, что и год назад: перманентные внутриполитические кризисы и экономические неурядицы, значительная зависимость его участников от российского фактора, отсутствие четко выраженного лидера. В конечном счете, все это сковывает деятельность ГУУАМ и ставит под сомнение его жизнеспособность в будущем.

К тому же внутри самой группы назревают серьезные противоречия, которые трудно не заметить. И связаны они, прежде всего, с Молдовой: Кишинев чувствует себя обойденным в энергетических и транспортных проектах, реализуемых в рамках ГУУАМ. Не случайно Воронин перед саммитом заявил, что едет в Ялту для того, чтобы поднять вопросы о роли и месте Молдовы в ГУУАМ.

И маловероятно, что Воронина мог успокоить утешительный приз в виде поступившего от Кучмы приглашения принять полноправное участие в международном консорциуме по использованию нефтепровода Одесса–Броды: Кишинев претендует на то, чтобы по молдавской земле шел нефтепровод… Надо признать, шансы на исполнение желания молдаван очень и очень низки.

Впрочем, участие в ГУУАМ Молдовы, равно как и Узбекистана, всегда было не столь уж и принципиальным для объединения. Куда важнее то, как поведут себя прозападно ориентированные Украина, Грузия и Азербайджан – три столба, на которых держится ГУУАМ. Как будут ими выполнятся подписанные в Ялте соглашения и реализовываться достигнутые на саммите договоренности. И, наконец, как это объединение будут воспринимать в Вашингтоне.

Сегодня Соединенные Штаты, патронирующие ГУУАМ с момента его создания, пока еще не намерены сбрасывать эту организацию со счетов. Координатор госдепартамента США по вопросам помощи новым независимым государствам Уильям Тейлор довольно оптимистично оценивал перспективы объединения и говорил о том, что Штаты даже готовы оказать финансовую помощь ряду проектов. Что ж, вполне возможно, это патронирование ГУУАМ Вашингтоном – сегодня главная гарантия того, что проект будет существовать. Но это не гарантия того, что ГУУАМ будет эффективно действовать.