Александр Красовицкий: на украинском рынке не может быть бестселлеров

Александр Красовицкий – генеральный директор и владелец харьковского издательства «Фолио», которое он основал и возглавил в 1990 году. Издательство «Фолио» – одно из крупнейших в Украине. Первая книга вышла в 1992 году. В его структуру входит типография (в Дергачевском районе Харьковской области), семь книжных магазинов в Киеве, Харькове, Львове, а также книжный клуб «Фолио» (продажа книг почтой). За все время существования издательства вышло более 15 млн. экземпляров изданий. Книги продаются в Украине, России, дальнем зарубежье. Доля издательства «Фолио» на украинском рынке по количеству выпускаемых книг составляет около 4%.

В январе-феврале 2011 года на украинском языке было выпущено 30 наименований общим тиражом 54755 экземпляров. На русском языке было издано 43 наименования общим тиражом 66045 экземпляров.

Александр Витальевич, как украинский книжный рынок сегодня «держит удар» от последствий растущего рынка электронных изданий и Интернет-библиотек?

Прежде всего, я хотел бы отметить, что украинский книжный рынок не существует отдельно от российского, который и определяет политику. Мы не можем влиять на общие тенденции на рынке, как то – ценообразование, регулирование книжной торговли, которая практически вся находится в руках зарубежных хозяев. Это либо российские владельцы – сеть «Читай-город», «Литера», либо польские – «Эмпик», либо австрийские – «Книгарня «Є».

Почему иностранцам выгодно заниматься в Украине книготорговлей?

В случае с россиянами – понятно, поскольку их магазины в Украине – это практически филиалы российских сетей. С поляками тоже понятно, им только кризис помешал, поскольку если бы их книготорговая сеть вышла на наш рынок, то вместо 18 магазинов мы бы имели порядка 70. Что касается «Книгарні «Є», то точно их резонов не знаю, но понимаю, что по нормам Евросоюза в нашей стране книжных магазинов в 14 раз меньше, чем должно быть по количеству населения, и, соответственно, потенциал украинского рынка – колоссальный.

Книга – это товар, который покупается чаще всего, если магазин находится в удобном месте. Например, в Польше и Германии значительная часть книг продается в больших гипермаркетах, поскольку положить книжку в тележку к остальным покупкам – проще простого.

Регламентируется ли на сегодняшний день законодательно проблема Интернет-пиратства?

На сегодня в Росси не регламентирована ответственность за нарушение авторских прав при размещении литературных текстов в Интернете. Соответственно, российские книгоиздатели несут большие убытки за незаконное распространение и копирование того, что произведено трудом авторов, переводчиков. Хотя в большинстве стран за Интернет-пиратство законодательством предусмотрена уголовная ответственность. До тех пор, пока в России не появятся законы на эту тему, украинские читатели, у которых меньше денег, чем у российских, будут ходить на соответствующие российские сайты и пользоваться литературой бесплатно, тем самым нанося ущерб не только книгоиздателям, но и торговле. Пока у книготорговцев будет конкуренция в виде бесплатного Интернета, продажи книг в Украине будут плохими, соответственно, доля украинских издателей останется на прежнем уровне, а та же доля от большого количества и от маленького – это разные вещи. А, значит, денег на этом рынке будет мало. Выжить сможет издательство, выпускающее продукцию, с которой Интернет не конкурирует, а таковой достаточно. Либо то, которое успевает выпустить и продать бестселлеры быстрее, чем их копируют и выкладывают в Интернете.

Какова продукция, с которой не может конкурировать Интернет?

«Фолио» активно идет по этому пути. Понятно, что в ближайшее время ждать решения проблемы с Интернет-пиратством не следует, а электронные книги как законный способ не будут всерьез востребованы, поскольку опять же существуют бесплатные. Поэтому мы активно работаем в двух крайних нишах. Во-первых, это очень дорогие подарочные издания – в этом случае книга стоит от 1700 до 200 тысяч гривен. И Интернет здесь не конкурент, там она не появится. Очень маленький тираж, бумага ручной работы, переплет из натуральной кожи. Например «История России» Соловьева в 15 томах стоимостью 205 тысяч гривен. На сегодня выпущено 25 экземпляров комплекта, из них 9 продано. Тираж допечатываем по мере потребностей.

И вторая ниша – это книги очень дешевые, которые не отражаются на бюджете покупателя. Например, стихи Райнера Марии Рильке, изданные микроминиатюрой. Понятно, что тот, кто захочет купить Рильке в таком формате, не будет распечатывать текст. К тому же стоит такая крошечная книжечка 10 гривен. Эти две крайности в любом случае не подвергаются конкуренции со стороны Интернета. Есть еще одна категория, которая безопасна для нас, – это издания, выходящие тиражом до 1,5 тысячи. Например, современная переводная литература. Поскольку это не массовая литература, на которую ориентирован Интернет, и ее невыгодно копировать и, соответственно, размещать в Интернете. Угроза электронного пиратства книг если и существует, то в далекой перспективе, и главное определиться, в какой нише работать. Так что могу заявить, что от конкуренции с Интернетом «Фолио» не зависит.

А насколько «грозит» аудиокнига бумажной «сестре»?

Аудиокнига тоже во всем мире не конкурент традиционной книге. Это отдельный сегмент рынка, и он скорее составляет конкуренцию музыкальной продукции, но не книге, поскольку аудиокниги слушают в машинах, там, где их невозможно читать. Это даже скорее реклама традиционной книге.

Есть три жанровых ниши – энциклопедии, путеводители и вузовские учебники, в которых электронная книга победила бумажную. Известно, что немецкий книжный рынок за последние два года по этим категориям упал на 43%. Но это падение заместил рост продаж бестселлеров художественной литературы, которые выросли на то же количество экземпляров. То есть покупатель перестал тратить деньги на одну литературу, но потратил на другую.

В Украине соблюдается авторское право в Сети?

Нет. Все понимают, что этого делать нельзя, но все равно делают, и при наличии российского пиратского рынка борьба с этим явлением бесперспективна, поскольку основное пиратство не на украинских сайтах, а на российских. Пока в России не примут соответствующее законодательство, в Украине принимать какие-либо шаги бесполезно.

Каково участие государства в издательской политике?

Я бы сказал, что последние три года в Украине, независимо от того, какое правительство, ни вреда, ни пользы от государства в нашей отрасли нет. А самая главная для нас проблема: не выделяются деньги для библиотек. Например, Хорватия покупает 500 экземпляров каждой книжки для библиотек. Или, скажем, Норвегия покупает количество экземпляров в зависимости от жанра: то ли это научная литература, художественная и т.д. Это означает, что в каждом тираже есть гарантированный заказ, и, естественно, в тех странах, где заказчиками выступают библиотеки – там есть книгоиздание. Так что, прежде всего, помощь от государства нужна библиотекам.

Каковы основные тенденции в книгоиздательском деле в посткризисный период?

Книжный рынок – инерционный. Общий экономический кризис начался в 2008 году и в 2009 завершился, а на книжном рынке кризис только начал набирать обороты. В позапрошлом году падение было с 56 до 49 млн., а в прошлом с 49 до 39 млн. экземпляров. И в этом году ожидается еще большее сокращение объемов производства, так как ускоряются темпы падения. Но, поскольку «Фолио» не традиционное, а многопрофильное издательство, то мы увеличили количество наименований и уменьшили тираж.

Как вы считаете, столь немногочисленное количество книжных магазинов в стране соответствует ситуации в обществе? Может, нам больше и не надо?

Нет, конечно. Это соответствует той политике, которую проводит государство. Например, в России при малой приватизации сохранили все государственные книжные магазины, запретив менять профиль торговых площадей, и впоследствии к ним добавились новые точки. У нас же, в Украине, книжные магазины имеют по законодательству право на льготную аренду, но только в помещениях государственной собственности, а они все заняты. В результате книжные магазины вынуждены искать себе помещения, и, конечно, в не самых удобных местах. Во Франции и других странах книжные магазины имеют право на льготную аренду, а для того, чтобы они могли располагаться удобнее, – государство доплачивает разницу между льготной и рыночной ставкой. Подобная ситуация в Германии. В разных землях разное законодательство, но везде у книжных магазинов есть возможность находиться в центре города. Иная ситуация только в Англии и Америке, там нет льгот у книжной торговли, но там книжные традиции настолько сильны, что их объемы продаж позволяет им располагаться в центре города.

С чего сегодня начинается проработка годового издательского плана?

«Фолио» практически не рассматривает рукописи таких жанров, как детективы, женские романы, фэнтези, детскую литературу и еще некоторые массовые жанры. Остальные – почему бы и нет. Потому что в этом сегменте высокая конкуренция с российской книжкой, которой мы не выдержим. Мы работаем со своим кругом авторов, потому что знаем, как и над чем они работают. Выпуск нехудожественной книги планируем, исходя из определенного бюджета, технических характеристик, и предлагаем авторам над ней поработать на определенных условиях. «Фолио» – структура, которая работает по собственному внутреннему распорядку, вне зависимости от того, что происходит на украинском творческом рынке. Мы издаем безрисковых авторов, так как понятно, что, скажем, Кафка, Толстой… рано или поздно будут раскуплены.

А во что обходится покупка права на перевод? Например, того же Мураками?

Не скажу. В среднем авторское право колеблется от 300 долларов до 2000. Кстати, того же Мураками, последний его роман в трех книгах, мы уже полностью перевели на украинский, причем раньше россиян. У них перевод до сих пор не вышел.

Как вы уравновешиваете языковую политику? Украинский – русский языки? Соответствует ли действительности миф о том, что Западная Украина не читает книжки на русском языке?

Книги на русском продаются лучше, чем на украинском, но права на перевод на русский практически недоступны. Книги в нашей стране покупают, в первую очередь, глядя на цену, а во вторую – на обложку. Поэтому продукция в книжных магазинах «Фолио» как в Харькове, так и во Львове хорошо расходится на обоих языках. Мы видим реально двуязычие образованного читателя. Во Львове и на русском, и на украинском книги расходятся одинаково – 50 на 50, притом, что в ассортименте около 70% книг на украинском. В Харькове – 90% ассортимента на русском, и продажи соответствует примерно этому соотношению: 90 на 10. Было бы больше продукции на украинском языке, и доля украиноязычных книг на рынке была бы больше. Спрос есть – нет предложения книг на украинском. Например, тот же львовский читатель практически не делает различия в языке при выборе книги: если это та, которая ему нужна, и она дешевле – он выберет дешевле, а не потому, что она на определенном языке.

Какова на сегодняшний день тиражная политика «Фолио»?

Тиражной политики нет. Так же, как нет маркетинга на этом рынке не только здесь, но и в России, Польши, Германии… Поэтому сейчас все предпочитают иметь максимальное количество наименований на складе, а потом в случае необходимости – допечатывать. Обычно это 1,5 тысячи, которых хватает на 1,5 года. Эта цифра для рынка, безусловно, неудовлетворительная. Но есть авторы, которых можно сразу печатать большим тиражом. Например, Жадан выходит в 5 тысячах.

Кого из советской «обоймы» вы сейчас печатаете?

Мушкетик, Иванычук, Загребельный, Чемерис и некоторые другие – они востребованы на уровне 1,5-2 тыс. экземпляров, которые продаются стабильно. А книги Иванычука продаются и большими тиражами.

Издаете ли поэзию?

Прежде всего, классическую – Есенин, Цветаева, зарубежные переводы на грантовых основаниях. А из украинских современных – Андрухович, Жадан. Но как массового явления современной украинской поэзии нет. Нет современной поэзии в интересах читателя.

Если не секрет, сколько вам нужно прочитать страниц рукописи, чтобы понять: стоит ее читать дальше или нет?

Пятнадцати страниц достаточно.

Есть ли у вас свое определение слова «бестселлер»? Можете ли вы назвать среди выпущенных издательством «Фолио» таковые, и какой максимальный тираж?

На украинском рынке не может быть бестселлеров, потому что нет книжной торговли. Есть хорошо продаваемая книга, независимо от того, художественная она или нет. У нас нет миллионных продаж. Хотя Украина – очень читающая страна. А так мы понимаем, что, скажем, книжка Лузиной за несколько лет может достигнуть тиража в 30 тысяч, и по нашим меркам – это бестселлер. Или книжка Шкляра, которую я раскрутил, – разошлась тиражом 47 тысяч. Научно-популярная книга «Сто загадок истории» за несколько лет выдержала тираж 100 тысяч. Или книга Дмитрия Табачника «Утиный суп по-украински» была издана тиражом 14 тысяч, а это просто публицистика. Так что из книг «Фолио» бестселлерами являются отнюдь не художественные книги.

Кто из молодых украинских авторов сейчас активно переводится за рубежом?

Жадан, Карпа, Малярчук, Сняданко… Но раскрутка украинских авторов за рубежом – это скорее случайность, чем запланированный ход.

Беседовала Елена Настюк

Фото: Ольга Якимович

Источник: Версии
54321
(Всего 0, Балл 0 из 5)
Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в linkedin
LinkedIn
Поделиться в twitter
Twitter

При полном или частичном использовании материалов сайта, ссылка на «Версии.com» обязательна.

Всі інформаційні повідомлення, що розміщені на цьому сайті із посиланням на агентство «Інтерфакс-Україна», не підлягають подальшому відтворенню та/чи розповсюдженню в будь-якій формі, інакше як з письмового дозволу агентства «Інтерфакс-Україна

Напишите нам