Вадим Колесниченко: «За этот период мы внесли и рассмотрели около 900 законопроектов».

Вадим Колесниченко: «За этот период мы внесли и рассмотрели около 900 законопроектов».

Верховная Рада Украины шестого созыва завершила 8-ю сессию и ушла на каникулы. В сессионный зал, если летом не возникнет необходимости созывать внеочередное заседание, народные депутаты Украины вернутся 6 сентября. День закрытия парламентской сессии в Украине считается завершением политического сезона, когда подводят итоги и делают прогнозы на будущее.

Наш гость: заместитель главы фракции Партии регионов, член парламентского комитета по вопросам правосудия, народный депутат Украины Вадим Колесниченко.

Как Вы оцениваете работу парламента во время этой сессии? Какие законодательные решения, принятые в этот период, считаете самыми важными?

Парламент не ушел на каникулы. Каникулы у нас начинаются через неделю. Следующая работа – это работа в комитетах. И работа над законопроектами, которые мы будем готовить к внесению на первую сессию после выхода из отпуска. Начиная с 5 сентября. Поэтому пока говорить об отпусках рано. За этот период мы внесли и рассмотрели около 900 законопроектов. Это очень высокая плотность. Особенно, если учесть, что каждая среда пленарной недели была бездарно потеряна. Это по взаимной договоренности, так называемый день оппозиции, когда представители меньшинства формировали повестку дня. К сожалению, и это было видно публично, представители оппозиции то ли блокировали этот день, то ли отказывались сами рассматривать свои законопроекты. Жаль бесцельно потерянного времени и денег налогоплательщиков. Поэтому с точки зрения взаимоотношения оппозиции мы очень надеемся, что все же появится какая-то объединенная оппозиция людей, которые исполняют роль оппозиции, а не борцов за власть. Людей, которые не борются, не воюют за власть, а конкурируют и делают какие-то альтернативные предложения. Сегодня кроме криков, скандалов, обвинений мы ничего не увидели.

Это очень мешало большинству работать?

Было бы сделано гораздо больше и эффективнее. Если в месяц у нас 2 пленарных недели, то из них 2 дня выпадают. Представляете, сколько потеряно и народных денег, и времени, за которое мы смогли бы рассмотреть гораздо больше законопроектов и гораздо больше вопросов. Мы могли бы выйти в режим обсуждения. Мы, как правило, работаем в режиме сокращенного времени. А обсуждение как таковое не происходит.

Это сказывается на качестве законопроектов, которые принимает Верховная Рада?

Для населения было бы более понятны причины принятия тех или иных законопроектов, если бы шло обсуждение в зале. А так оно, как правило, в комитетах. Эта форма дистанцирования от населения, и избиратели не всегда, не полностью могут адекватно реагировать на те или иные законодательные инициативы. В целом я должен позитивно отметить роботу сессии. Мы за это время сделали главное и то, чего не делали за последние 20 лет – мы заблаговременно определили дату выборов Верховной Рады Украины, парламента, президента и местных советов. Это первое. Второе: в первом чтении приняли закон «О местном референдуме». И осенью, я полагаю, мы с ним закончим, он будет реализован. Чтобы народ имел право на свою народную инициативу. Был принят законопроект, теперь это уже закон «О доступе к публичной информации», который очень серьезно усложняет работу органов власти, но очень многократно расширяет права граждан. К сожалению, голосуя за закон, который все хотели и все говорили, никто не представлял себе, какая материальная составляющая будет этого исполнения. Потому что параллельно государство затеяло административную реформу, где сокращение достигло почти половины органов власти. В итоге, с одной стороны, чиновники должны заниматься реорганизацией своих структур и реорганизацией организации бюджета и программы президента. А с другой стороны, массово начали поступать различного рода письма, на которые кто-то должен отвечать. Либо простые отписки, либо над этим работать. Я могу сказать, что у меня и так обращений хватало, в день приходило 30-50 обращений. В тяжелые дни до 100 писем в день. Это народный депутат, который, по сути, не является исполнителем власти. Можете представить, что происходит сейчас в органах исполнительной власти, когда люди реально не в состоянии переварить этот объем работы. Коль мы решили делать высокие стандарты, то мы по этим стандартам идем.

То есть не жалеете что голосовали за этот законопроект?

Жалеть нет смысла. Потому что механизм запущен. В любом случае, он позволит активизировать работу. Да, будут где-то потери. Но другого варианта все равно нет. Потому что работа власти должна быть публичной. Чем более она будет публичной, тем меньше будет вопросов о непонимании. Самая большая проблема, когда люди не могут понять, почему это происходит, зачем и с какой целью. Вступил в действие закон «Об основах борьбы с коррупцией». Тяжелейший законопроект. Еще не совсем мы осознаем и понимаем, как его исполнять. Но это закон об очень высокой ответственности чиновников. При этом получается немного странная вилка, когда госслужащий получает заработную плату в райгосадминистрациях от 1200 грн., а решение нужно принимать, касающееся десятков и сотен тысяч гривен. Поэтому остается только уповать на их высокую нравственность и чистоту. При этом по заявлению представителя центрального органа землеустройства у нас ежемесячно задерживается за коррупционные деяния только в его системе до 70-ти чиновников.

Цифра эта стабильна, то есть не уменьшается?

Усредненная. Это то, что он сказал, когда пришел к органам управления, потому что для нас принципиально важно взаимоотношения в земельной сфере сделать максимально прозрачными и чтобы не было двойных стандартов. Поэтому нами утвержден закон «О земельном кадастре». Появляется единодержатель. И это позволяет путем захода в Интернет определить по базе цену земельного участка, наличие на нем отягощений, свободен или нет, кто является носителем какого числа актов землевладений или землепользований.

Вы сказали, что не совсем понятен механизм действия антикоррупционного законопроекта. Будет этот закон работать?

Он уже работает.

Эффективно, действенно работать? Что не понятно в механизме его реализации?

Например, вопрос подарков. Казалось бы, такая очень простая, стандартная процедура. Но, например, 1 июля у моего товарища, высокий чиновник, который находится на госслужбе, был День рождения. Я закончил поздравление только телефонным звонком только для того, чтобы до сих пор я не совсем могу понять, я ему дарю подарок и цена одного подарка должна быть не более чем пол минимальной заработной платы. Так, когда он получает подарок, он его должен декларировать?

А как написано в законе?

Сказано, что цена подарка не должна быть более, чем половина минимальной заработной платы. И за год я ему, по сути, могу подарить подарков не больше, чем на сумму не больше одной минимальной заработной платы. Но мы вроде бы с ним не находимся в подчиненных отношениях, с одной стороны. С другой стороны, он – госслужащий, и я – госслужащий. Принимая подарок, должен ли его декларировать? Если должен декларировать, то должен платить за него налог. Поэтому подарком я могу нанести ущерб финансовой составляющей моего товарища. Поэтому такие вопросы мне, даже как юристу, не совсем ясны.

Это означает, что закон не очень качественный?

Закон качественный. Надо понять, как его реализовывать. Потому что когда мы принимали, я четко своим коллегам говорил, что вся страна может попасть на крючок органов, которые этот вопрос проверяют. Например, когда работу парламента мы изучали, сенатов США, то у них специальный парламентский комитет. Депутат, которой возвращается, сенатор, после какой-то командировки или какой-то встречи, то он вплоть до мелких ручек или карандашей, которые ему подарили, сдает в свой сенатский комитет. Специальный комитет, который это контролирует. И если только через неделю станет известно, что не внес в список подарков и не передал в этот специальный комитет подарок, например, ручку, то это становится предметом серьезного и тяжелого рассмотрения. И в итоге, он может даже получать мандат сенатора.

Но там работает.

Там несколько иной механизм. У нас не та система учета и контроля. Если у них все находятся в системе компьютерного учета, контроля, все пользуются только электронными карточками, то у нас еще достаточно много проблем, связанных с доступом к информации и с ее реализацией. Я думаю, что эти вопросы мы пройдем. Ведь базовые законы, которые сейчас принимаются, это основа. Потом на них, как на иголку, будут нанизываться следующие нормативные акты, документы, которые будут понимать, расширять, позволять действовать. Ведь закон о борьбе с коррупцией еще ввел одну новацию – что сегодня чиновники, государственные служащие определенных категорий, обязаны декларировать доходы не только свои, но и членов семей, близких родственников, а также расходы. Это совершенно новое. И тут возникают вопросы. Эта норма будет применяться со следующего года. Мы наработаем механизм, будут круглые столы, будут исследования институтов. Мы сможем этот механизм доработать, и он будет выведен на логическое завершение.

Главным индикатором будет уровень уменьшения коррупции?

Определение уровня коррупции – это тоже очень субъективное. Мы можем это контролировать только по числу арестов или протоколов о коррупции. Судя по этому признаку, то у нас за прошлый год существенно, в разы увеличилось число арестованных, задержанных и осужденных за коррупционные деяния. Если исходить из этого примера, то как нам сказать? У нас увеличилась коррупция или уменьшилась. Либо власть стала с этим более жестко бороться. До настоящего момента уровень коррупционной опасности определялся так называемыми опросами, анонимными. Когда у человека без фамилии спрашивают: Вы даете взятки? Он говорит, да или нет. Вот таким образом определялся уровень коррупции. Поэтому такие исследования, которые говорят, что у нас самый высокий уровень коррумпированности. У нас 80% населения готовы брать, 75% населения готовы давать взятки, судя по социологии. Был принят закон о центральных органах исполнительной власти. Он существенно изменил структуру Кабинета министров, и эта структура двигается до низов. До местных органов власти и органов управления. Это опять экономия для бюджета, с одной стороны. А с другой – интенсификация работы самих органов власти. И повышение открытости. Колоссальное достижение. Это более 7 тыс. разрешительных процедур канули в Лету. Что такое коррупционная составляющая? Это тот забор, который создает чиновник для того, чтобы желающий получить услугу искал способ, как ему это сделать. В незаконный способ, как это сделать быстрее. Такова человеческая природа. Так сегодня таких процедур уже нет. Следовательно, и число чиновников нужно было сокращать. Потому что люди создавали вокруг себя работу, а это коррупционная нагрузка. Но планируется еще до 15 тыс. подобного типа согласовательных процедур устранить. Меняется система контролирующих органов власти. Это и в агропромышленном комплексе, и в МЧС. То есть власть намерена реформировать, реорганизовать всю страну. То, чего страна не делала за последние 20 лет. Плохо или хорошо, но мы обречены это сделать.

Лучше хорошо.

Плохо – для рейтингов. Хорошо – для будущего страны. Потому что если взять опыт и посмотреть, что происходит в соседних странах Европейского содружества, например Грецию, Испанию, Португалию, то страны поставлены на грань дефолта. Там массовые беспорядки, демонстрации. Урезают социальные выплаты, заработные платы, пенсии. Потому что нужно жить по доходам. Мы 20 лет успешно доедали то, что мы получили после распада Союза. Фактически ничего нового не построили, не сделали. Мы законсервировали постсоветскую структуру систему управления и обеспечения работы народнохозяйственного комплекса. Но жить решили и стали жить по европейским нормам. У нас практически каждая вторая семья имеет машины. У нас один или по два телевизора, холодильники, стиральные машины. То есть показатели уверенной жизни. Соответствовали ли те расходы уровню населения? По большому счету, нет. Но особенно за последние пять лет мы это увидели. У нас была замечательная украинская игра – выбери меня. Каждые полгода шли какие-то выборы. Очень хотелось нравиться избирателям. Очень хотелось им что-то раздавать. И это раздавалось. В итоге последние 2-3 года, когда уходила власть Ющенко и его команды, были вынуждены власть имущие, чтобы более нравиться населению, для организации выборной кампании брать колоссальные кредиты под колоссальные проценты и проедать их. Сегодня мы обречены эти долги платить. Мы их будем платить. У нас нет другого варианта. Но на этом фоне мы обязаны были реформировать судебную систему, административную, правоохранительную, пенсионную системы. Вопрос борьбы с коррупцией – это тоже вопрос устранения техосмотра для автомобилей, которые не занимаются коммерческим извозом.

Относительно пенсионной реформы, жирная точка, можно сказать, что, по крайней мере, в сессионной работе парламента. Абсолютно разные оценки. Как Вы считаете, это большое достижение парламента? Это большая потеря рейтингов тех, кто писал?

Это потеря рейтинга. Мы в этом и не сомневались. Мы обоснованно шли на это шаг. Сегодня мы вышли на момент, когда на одного работающего приходится один пенсионер. В общей сложности мы имеем солидарную систему пенсионного обеспечения. То есть работающие обеспечивают пенсию нашим пенсионерам. При этом постоянный дефицит Пенсионного фонда увеличивался. Сегодня, в среднем, работающий должен 1200-1300 грн. платить пенсионеру. Если бы мы ничего не делали, то через год-два работающий должен давать 2300 грн. на пенсионера. Как человек должен работать, чтобы при средней заработной плате около 3000 грн. 80% своих денег отдавать пенсионеру. При этом число работоспособности у нас не увеличивается. Этот абсурд привел бы страну просто к краху и устранению Украины как таковой. Поэтому, хотели мы или нет, но, понимая, что на нас лежит ответственность за будущее страны, мы пошли на эту реформу. При этом это только базовый закон. Это мы заложили основу. В итоге, начиная с осени, будут пересматриваться механизмы, способы социальной защиты мало защищенных слоев населения. В целом, уже сейчас будет готовиться проект закона, который обеспечит увеличение пенсий тем, кто имеет пенсию менее 1000 грн. А у нас это 60% пенсионеров в стране. И пенсии будут, в среднем, увеличены на 100 грн. в итоге, мы все равно идем от уравниловки. Но мы делаем, таким образом, наполнение Пенсионного фонда, что молодежь, правда, это вопрос уже более далекого будущего, вопрос второго уровня пенсионного страхования вне государственной системе, не коснется нас и тех, кого ближайшие 5-10 лет будут уходить на пенсию. Он будет касаться людей, которым до 30 лет. И эта система коммерческих фондов будет работать после 4-5 лет после того, как мы выйдем на бездефицитный Пенсионный фонд.

Известный экономист и политик Виктор Пынзенык сказал, что главным недостатком принятого документа о пенсионной реформе является то, что он не позволяет решить фундаментальную проблему солидарной системы. «Всем гражданам пенсия должна назначаться по стажу и возрасту. К сожалению, эта проблема не решена. Закон оставляет специальные пенсии», – сказал экс-министр. Вы согласны, что несправедливость осталась?

Несправедливость была, и она гарантирована Конституцией. В рамках неизмененной Конституции, а мы себя перепрыгнуть не можем. При этом я прекрасно понимаю Пинзеныка, по должности он должен этот вопрос критиковать. При этом, даже имея тут составляющую, как три решения Конституционного суда, которые не разрешают уменьшать пенсии, мы пошли на интересную формулу, которая позволит уменьшить пенсии депутатам в два раза. И это исходя из того законодательства, которое есть. Вы затронули интересную тему. Она последние полгода очень активно спекулировалась теми, кто себе называет оппозицией, по поводу того, что у нас есть люди, которые получают пенсии по 100 тыс. грн. И в этом обвиняли, например, Стельмаха, бывшего главу Нацбанка. Так вот, вчера было официальное заявление, мне было приятно, когда опозорили наших так называемых правдолюбцев, которые постоянно поливали помоями и власть, и тех людей, которые ушли на пенсию, по заявлению пенсия господина Стельмаха – 10 тыс. грн. самая высокая пенсия в Украине – это пенсия героя Украины, летчика-испытателя, чернобыльца – 41 тыс. грн.

Теперь будет 7 тыс.

Вадим Колесниченко: К сожалению, да. Мы ее будем резать в связи с теми законами, которые мы приняли. Другого варианта тоже нет.

Вы сказали, что надеетесь, что удастся отстоять в Конституционном суде. То есть Вы уверены, что будут обращения в Конституционный суд?

Те, кто называют себя оппозицией, им все не нравится. Они заявили, что мы будем блокировать принятие этого закона обращением в Конституционный суд. Вместо того, чтобы объединится в борьбе за будущее государства, потому что они приложили руку к уничтожению собственности нашей страны, будущего нашей страны, сегодня мы вылезаем из той ямы, в которую нас загнали, нам объясняют, что Вам не удастся выйти из этой ямы, мы будем там Вас держать, потому что мы хотим прийти к власти. Такая аргументация напоминает детей в детском саду, которые дергаются и кричат в песочнице, у кого чья пасочка. Для меня важно, понимая то тяжелое положение, в котором находится страна, как минимум, надо объединять усилия, слышать и поддерживать друг друга в борьбе с теми хлопотами, проблемами, которые совместно в стране оставили.

Заместитель главы Верховной Рады Николай Томенко заявил, что у оппозиции есть основания обратиться в Конституционный суд по поводу пенсионной реформы, потому что этот закон фактически принят не более чем 143 народными депутатами. «За реформу в компьютере проголосовало 248 народных депутатов. Однако согласно письменной регистрации в сессионном зале было 143 депутата. Это очень серьезный аргумент для вето президента, для Конституционного суда». Это является аргументом?

Абсолютно не аргумент. Это повод для болтовни. Более сложный аргумент другой, о котором постоянно говорили во время обсуждения – это ссылка на три решения Конституционного суда, который не позволяет уменьшать имеющиеся социальные выплаты. В первую очередь, это касается депутатов и чиновников высшего ранга.

А количество тех, кто работает в сессионном зале? Эта тема настолько уже заговорена.

Она не имеет ни малейшего отношения к сути принятого законопроекта. В данном случае, фракция «Регионов» была практически в полном составе. Обсуждение шло. За отдельные поправки голосовало более 300 человек.

И все были в сессионном зале?

У меня возникает вопрос. В Партии регионов 188 человек, откуда взялось 300? Поэтому эти спекуляции и «кисель по тарелке» абсолютно никому не интересны. Есть сложившаяся практика, есть требования по Конституции. Мы постоянно увеличиваем число присутствующих в зале. А для оппозиции нет необходимости работать. Она полностью отсутствует. Что нам бегать за представителями оппозиции, которые кого-то пытаются в чем-то обвинить. Надо бы им, наверно, в зеркало посмотреть перед тем, как кого-то в чем-то обвинять.

Но у большинства есть возможность принудить оппозиционеров, по крайней мере, приходить в сессионный зал. Если сделать обязательное присутствие и регистрацию.

Нет у нас таких возможностей, оснований. Обязательность определена Конституцией. На сегодня за то, что депутаты не присутствовали на сессионных заседаниях, не расписывались, бюджет сохранил около 5 млн. грн. Это та заработная плата, которой не досчитались депутаты, которые не регистрировались в сессионном зале. Вот процедура, которая есть и реально используется.

То, что люди видят, когда идет трансляция по телевизору, работу парламента, что на самом деле депутаты бегают и голосуют за соседей, это не вызывает никаких проблем?

Меня не интересует ни форма, ни то, что об этом говорят. Меня интересует то, что мы реально работаем, принимаем законы и реально число депутатов от Партии регионов – самое большое в парламенте и в зале. Я не собираюсь отвечать за БЮТ, который вчера присутствовал 12 людьми, за НУНС – 11 людьми. Это проблемы не мои, а этих фракций, которые даже не желают работать. Они пытаются все время кого-то обвинять. Если ты хочешь работать, то ты работаешь. Если ты хочешь «байдики бити», то это, что нам демонстрируют те, кто сегодня себя называют оппозицией. Ничего не предлагая, а только критикуя. Берите лопаты в руки и копайте ямы, в конце концов, если что-то хотите сделать. Нужен конструктив, нужны взаимные усилия. Потому что мы сегодня, увы, исправляем не свои ошибки, мы исправляем ошибки и этой власти, которая сегодня в оппозиции.

Вам действительно для этого нужна помощь оппозиции? Вы можете предлагать и поддерживать свои законы?

Конечно. Мы выделяем государственные деньги, деньги налогоплательщиков на специальный день, чтобы оппозиция не говорила, что ее никто не слышит. Среда, когда они сами формируют повестку дня, сами вносят свои законопроекты. Полюбопытствуйте, мало того, что они не приходят на эти заседания, так они и не голосуют за свои законопроекты. Для чего тогда тратятся деньги налогоплательщиков? Для чего мы «откладываем в долгий ящик» законопроекты, которые вносят президент, правительство, которые необходимы для нашего народно-хозяйственного комплекса? Для того, чтобы дать возможность людям одуматься и работать, а не болтать.

О том, что «отложили в долгий ящик» – с этого сейчас и начнем говорить о следующей сессии парламента. Глава Верховной Рады Владимир Литвин заявил, что следующая сессия парламента начнется с вопроса о внесении изменений к Налоговому кодексу в части упрощенной системы налогообложения. Спикер сказал: «Скажу открыто, что его рассмотрение искусственно сдерживают, потому что есть соответствующие обязательства Украины, соответствующее сотрудничество и необходимость удержать бюджет и потерять доходы в государственный бюджет». Почему же парламент не принял, давно обещанный упрощенцам, закон? Кто его искусственно задерживает?

Парламент делает все, от него зависящее, чтобы жизнь страны не была парализована. Благодаря действиям парламента, правительства, президента за полгода мы получили дополнительно к бюджету более 14 млрд. грн., которые направлены в регионы на повышение зарплат и пенсий. Это притом, что два года назад мы, по сути, находились на грани дефолта. За это же время нам удалось большую часть кредитов, которое взяло правительство Тимошенко под 25-30%, диверсифицировать. Практически все эти кредиты мы поменяли. Сегодня в основной массе у нас кредиты под 5-7%. Это колоссальное вливание в нашу экономику. У нас реально растет ВВП. Вот почему мы должны делать не то, чтобы кому-то понравиться, а для того чтобы сохранить стабильность, вселить веру людей в то, что они могут влиять на экономику страны и рост своего собственного благосостояния. Поэтому все необходимые законопроекты будут приняты для того, чтобы они активизировали саму экономику и желание людей работать. Я помню, как в прошлом году все переживали и возмущались вопросами, связанными с ужесточением режима таможенных служб, обвиняли, в чем попало. За то время таможня принесла доход в 8 млрд. грн. А что у нас экспорт исчез или импорт? Все осталось. Эта большая часть денег пришла из ниоткуда. Просто люди стали платить налоги.

Но принятие этого законопроекта обещал упрощенцам президент, и в Кабмине обещали до 1 апреля.

Никто ни от чего не отказывается. У нас есть «замечательная» оппозиция, которая регулярно блокирует заседание сессии, которая реально вносит политическую трескотню и реально не желает работать. Потому что они понимают, что позитивные сдвиги в работе правящего большинства, президента и правительства лишают их навсегда вероятности вернуться к власти. Вот и все. Мы видим спектакль под названием «Политические репрессии», так называемые.

То есть оппозиция помешала принять этот закон?

Безусловно. И она в том числе. Есть физические возможности и время работы. Когда специально блокируется принятие закона внесением тысячи поправок, которые мы обязаны по регламенту обсуждать. За которые сами те, кто их вносят, не голосуют. Но присутствуют, потому что есть рабочий график. Мы регулярно задерживаемся до 7-8 часов вечера, нарушая при этом регламент Верховного Совета. Но мы вынуждены это делать, потому что у нас не хватает времени. Мы должны обсуждать незначимые вопросы – «законодательный мусор». Сколько времени мы потратили в парламенте за последнее время для того, чтобы обсуждать то, чего в принципе нет. Самым ярким является циничное отношение госпожи Тимошенко к действующему закону, циничное пренебрежение нормами закона. Это попытка сорвать судебный процесс, когда осенью прошлого года она твердила, что она хочет в суд, чтобы доказать свою невиновность. Сегодня, как я полагаю, разработан стандартный план по затягиванию возможности получить приговор, обвинительный или оправдательный. В начале это были игры с адвокатами, сегодня один адвокат отсутствует, второй – якобы, заболел. Послезавтра объявится 3-й адвокат, которому опять понадобится время для того, чтобы ознакомиться с делом. Это все называется процессуальной диверсией. Для того чтобы не допустить суд до конкретного рассмотрения дела по существу. До настоящего момента дело по существу даже не рассматривалось. А страну уже три месяца лихорадит рассказами о политических репрессиях.

Будет трясти еще летом, чтобы не было скучно. С какими еще законопроектами придется уже в первые дни встретиться в парламенте следующей сессии?

Нам необходимо будет принимать закон о государственной службе во втором чтении, чтобы поставить точку в правах и обязанностях работников госслужбы. Чтобы было понятно, чем они занимаются. Придется принимать законопроекты, которые будут реализовывать основы пенсионной реформы, которую мы сегодня проголосовали. Нам необходимо будет принимать закон о выборах, тоже конфликтный и сложный. Задачи Налогового кодекса, реформирование медицинского обеспечения нашего населения, вопрос реформы закона о высшем образовании. Это проблемы, которые лежат на поверхности, которые мы обязаны решать и затягивать мы это не можем. Наконец, буде работать уже Конституционная ассамблея, которая начнет нарабатывать материалы и документы к возможной конституционной реформе, которая, я думаю, будет запущена через год-два. Сначала нужно получить какие-то предложения. После этого необходимо дать возможность народу обсудить, специалистам дать свои заключения, чтобы выйти на какой-то сбалансированный документ. Нам необходимо проводить следующий этап судебной реформы, принятие Уголовно-процессуального кодекса. Это революционный документ, потому что до настоящего момента мы работали в рамках кодекса 1960 года. Кодекс карательной системы, который, по сути, очень реально загружал работу судов. Если нам удастся этот кодекс принять, тем более, что у нас есть обязательства перед Советом Европы, то мы де-юре и де-факто уравняем права прокурора и адвоката в суде. Сейчас вводятся так называемые новеллы, которые во всем мире давно существуют – договорные решения. По малому объему преступлений, нарушений, проступков сторона сознается и признает свою вину, и определяется с прокуратурой, какая мера наказания мера компенсации виновной стороне выносится. Суд только утверждает это решение. По более серьезным преступлениям, где подобные соглашения не допускаются, стороне в случае сотрудничества для раскрытия более серьезного преступления уменьшается срок либо увеличивается срок некой компенсации. Это решение тоже утверждается судом. Это позволяет максимально освободить работу судов, потому что огромное число судебных споров, которые сегодня в суде, просто загружают работой. А это судебный хлам. Мы еще до сих пор также не закончили вопрос относительно возвращения к идее мировых судей. Когда мелкие споры, стоимость которых не более 1-2 тыс. грн., может рассматриваться в последней первой инстанции, как это делается во всем мире. Кстати, опыт России очень хорош в этом. Этого судью можно избирать населением, даже не прибегая к необходимости утверждения через Высший совет юстиции и в этот сложный механизм управления. Следовательно, у нас уменьшится финансовая нагрузка на суды, увеличится качество рассмотрения дел, потому что судья сегодня, в принципе, может рассматривать до 50-ти дел в день.

Вы, как борец с законностью, член парламентского комитета по правосудию, должны знать, что существует решение Конституционного суда, которое дает основание признать неконституционными законы, которые были приняты с нарушением правил голосования, когда депутаты голосуют не за себя, а за другого.

Такого решение суда нет. И такого решения не будет. Это не является основанием для признания самого закона неконституционным. Может быть основанием только нарушение Конституции либо ограничение тех прав, которые нельзя ограничивать. Это является основанием для отмены закона либо той части закона, которая является неконституционной.

Властное большинство приняло антинародный и драконовский закон о пенсионной реформе. Народный депутат Андрей Парубий заявил, что подаст прошение в Конституционный суд на конституционность. Но мы знаем, что конституционный суд, как и Генеральная прокуратура подчинены президентской администрации. И против воли «царя-государя» никогда не пойдет. Вам не обидно, что Конституционный суд стал «мальчиком прислуги»?

К сожалению, Вы очень ошибаетесь. Конституционный суд – это отдельный конституционный орган, который подчиняется только Конституции. Права судей защищены Конституцией. И президент Виктор Янукович в отличие от предыдущего президента никоим образом никогда не вмешивался в работу Конституционного суда. Я этим горжусь. Я уверен, что так и будет дальше. Вы в своем выступлении снова продемонстрировали, что главное для вас не то, что нас объединяет, и как мы должны выходить из этой неприятной ситуации, в которой находится наше государство. Вы поддерживаете депутата, который даже за свои поправки не голосовал, а для него важна тема, как себя продемонстрировать обществу, как показать, что он что-то защищает. Это не защита интересов народа и не защита интересов Украины. Я считаю, что человек, который должен что-то защищать, он должен что-то делать, а не делить, не разрешать или защищать.

Я всю жизнь учила детей одному языку, я никогда в жизни не имела врагов. Сейчас у меня враг – это депутат Вадим Колесниченко, потому что он враг моему языку.

Я очень благодарен что Вы показали свои нацистские взгляды, потому что государство, которое должно быть демократичным, обязывает граждан с уважением относиться к каждому гражданину нашего государства. Между прочим, права гражданина разговаривать на родном языке защищены Конституцией, законами Украины и международными обязательствами Украины. Я очень сочувствую этим детям, которых Вы учите, потому что Вы им не привили толерантности, взаимоуважения. А то, о чем Вы сказали, это пример ксенофобии, нетолерантности и расизма. Это то, за что Украину ругают в последние несколько лет все международные инстанции. Это Комитет министров Совета Европы, комиссия по расизму, департамент по делам ребенка ООН. Они четко указывают на то, что в Украине не обеспечены права детей и человека на обучение и изучение родного языка.

Будучи в оппозиции, Партия регионов и Виктор Янукович требовали отдать оппозиции должность руководителя Счетной палаты. Поддержит ли сейчас эту идею Партия регионов?

Начнется сессия, будут рассматриваться предложения, будет рассмотрена и назначена та кандидатура, которая будет соответствовать по своим профессиональным, деловым качествам этой высокой и очень значимой должности.

В свете Вашей реплики по поводу двух телевизоров и одной машины в семьях, я хотел бы узнать, как с этим связывается количество миллионеров в нашей стране, растущее постоянно, темпы роста их доходов? Почему не проголосовали за ликвидацию оффшорных зон?

Мне неизвестно количество миллионеров в стране, потому что это меня не очень беспокоило. С другой стороны, я очень рад, что люди сегодня выходят из тени и пытаются вести легальный бизнес. Потому что я полагаю, что это деньги, которые были в теневом обороте. Власти и правительство делают все, чтобы у нас не было денег в теневом обороте, а они шли только через бюджет. Это позволяет и повышать пенсии населению, потому что, я убежден, в ближайшие год-два, мы сделаем все, чтобы заработных плат в конвертах не выплачивали. Это те инструменты, которые мы рассчитываем, будут работать. Рассказы различных журналов о неких колоссальных состояниях наших украинских депутатов, парламентариев – это мнение отдельных граждан, которые ничем не подтверждены. Речь идет о котировках акций на биржах. Она зависит не от украинского правительства, не от тендерных комитетов. Эти деньги в руки эти люди никогда в жизни не получали и не получат.