Тайны Ассоциации с ЕС. Да не судимы будете. В Гааге...

Тайны Ассоциации с ЕС. Да не судимы будете. В Гааге...

Римский статут – моя любимая тема. Помню, когда "еврооптимисты" проводили в Верховной Раде флешмоб за ратификацию Римского статута (там еще Света Залищук стояла с табличкой и улыбкой пираньи), я подумал: вам мало НАБУ, ГПУ, СБУ и международного суда ООН в Гааге? Очень хочется отправить героев АТО в МУС – давать показания? Хотя теперь выбора нет: в Соглашении об ассоциации с ЕС мы обязались ратифицировать все документы, связанные с Римским статутом.

Итак, о чем идет речь? Римский статут – договор об учреждении Международного уголовного суда. Принят на дипломатической конференции в Риме 17 июля 1998 года, потому и называется Римским. Вступил в силу с 1 июля 2002 года. Сам суд находится в Гааге, как и Международный суд ООН.



По состоянию на март 2016 года договор подписали 139 государств, в том числе и Украина, но ратифицировали только 124 – мы и тут в числе нератифицировавших. Компания “саботажников” подобралась знатная: США, Иран, Египет, Алжир и другие. Россия подписала статут 13 сентября 2000 года, но 16 ноября 2016 года президент Владимир Путин подписал распоряжение об отказе России участвовать в Римском статуте. Мотив странный – за 14 лет работы МУС вынес всего четыре приговора, потратив при этом более $1 млрд.

Дурная это привычка считать чужие деньги. Подумаешь, потратили $1 млрд. Но не просто же так потратили. В 2009 году МУС (или, как ласково называют его в дипломатических кругах, МУСя) выдал ордер на арест президента Судана Аль Башира, в частности по статье 8 Римского статута –"Военные преступления”.



Кстати, весьма некомфортная статья для всех стран, которые ведут военные действия на своей или чужой территории. Не случайно в 2015 году ее называли в качестве предлога отложить ратификацию Римского статута на 3 года и записать это в переходных положениях проекта изменений в Конституцию в части правосудия. В Администрации президента так и говорили: мол, признание юрисдикции МУС будет нести определенные риски "с точки зрения украинских военных".

Извините, но я процитирую эту самую ст. 8.

1. Суд обладает юрисдикцией в отношении военных преступлений, в частности когда они совершены в рамках плана или политики или при крупномасштабном совершении таких преступлений.

2. Для целей настоящего Статута военные преступления означают:

a) серьезные нарушения Женевских конвенций от 12 августа 1949 года, а именно любое из следующих деяний против лиц или имущества, охраняемых согласно положениям соответствующей Женевской конвенции:

i) умышленное убийство;

ii) пытки или бесчеловечное обращение, включая биологические эксперименты;

iii) умышленное причинение сильных страданий или серьезных телесных повреждений или ущерба здоровью;

iv) незаконное, бессмысленное и крупномасштабное уничтожение и присвоение имущества, не вызванное военной необходимостью;

v) принуждение военнопленного или другого охраняемого лица к службе в вооруженных силах неприятельской державы;

vi) умышленное лишение военнопленного или другого охраняемого лица права на справедливое и нормальное судопроизводство;

vii) незаконная депортация или перемещение или незаконное лишение свободы;

viii) взятие заложников;

b) другие серьезные нарушения законов и обычаев, применимых в международных вооруженных конфликтах в установленных рамках международного права, а именно любое из следующих деяний:

i) умышленные нападения на гражданское население как таковое или отдельных гражданских лиц, не принимающих непосредственного участия в военных действиях;

ii) умышленные нападения на гражданские объекты, т.е. объекты, которые не являются военными целями;

iii) умышленное нанесение ударов по персоналу, объектам, материалам, подразделениям или транспортным средствам, задействованным в оказании гуманитарной помощи или в миссии по поддержанию мира в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций, пока они имеют право на защиту, которой пользуются гражданские лица или гражданские объекты по международному праву вооруженных конфликтов;

iv) умышленное совершение нападения, когда известно, что такое нападение явится причиной случайной гибели или увечья гражданских лиц или ущерба гражданским объектам или обширного, долгосрочного и серьезного ущерба окружающей природной среде, который будет явно несоизмерим с конкретным и непосредственно ожидаемым общим военным превосходством;

v) нападение на незащищенные и не являющиеся военными целями города, деревни, жилища или здания или их обстрел с применением каких бы то ни было средств;

vi) убийство или ранение комбатанта, который, сложив оружие или не имея более средств защиты, безоговорочно сдался;

vii) ненадлежащее использование флага парламентера, флага или военных знаков различия и формы неприятеля или Организации Объединенных Наций, а так же отличительных эмблем, установленных Женевскими конвенциями, следствием которого является смерть или причинение ущерба личности;

viii) перемещение, прямо или косвенно, оккупирующей державой части ее собственного гражданского населения на оккупируемую ею территорию, или депортация или перемещение населения оккупируемой территории или отдельных частей его в пределах или за пределы этой территории;

ix) умышленное нанесение ударов по зданиям, предназначенным для целей религии, образования, искусства, науки или благотворительности, историческим памятникам, госпиталям и местам сосредоточения больных и раненых, при условии, что они не являются военными целями;

x) причинение лицам, которые находятся под властью противной стороны, физических увечий или совершение над ними медицинских или научных экспериментов любого рода, которые не оправданы необходимостью медицинского, зубоврачебного или больничного лечения соответствующего лица и не осуществляются в его интересах и которые вызывают смерть или серьезно угрожают здоровью такого лица или лиц;

xi) вероломное убийство или ранение лиц, принадлежащих к неприятельской нации или армии;

xii) заявление о том, что пощады не будет;

xiii) уничтожение или захват имущества неприятеля, за исключением случаев, когда такое уничтожение или захват настоятельно диктуются военной необходимостью;

xiv) объявление отмененными, приостановленными или недопустимыми в суде прав и исков граждан противной стороны;

xv) принуждение граждан противной стороны к участию в военных

действиях против их собственной страны, даже если они находились на службе воюющей стороны до начала войны;

xvi) разграбление города или населенного пункта, даже если он захвачен штурмом;

xvii) применение яда или отравленного оружия;

xviii) применение удушающих, ядовитых или других газов и любых аналогичных жидкостей, материалов или средств;

xix) применение пуль, которые легко разрываются или сплющиваются в теле человека, таких, как оболочечные пули, твердая оболочка которых не покрывает всего сердечника или имеет надрезы;

xx) применение оружия, боеприпасов и техники, а также методов ведения войны такого характера, которые вызывают чрезмерные повреждения или ненужные страдания или которые являются неизбирательными по своей сути в нарушение норм международного права вооруженных конфликтов, при условии, что такое оружие, такие боеприпасы, такая техника и такие методы ведения войны являются предметом всеобъемлющего запрещения и включены в приложение к настоящему Статуту путем поправки согласно соответствующему положению, изложенному в статьях 121 и 123;

xxi) посягательство на человеческое достоинство, в частности оскорбительное и унижающее обращение;

xxii) изнасилование, обращение в сексуальное рабство, принуждение к проституции, принудительная беременность, как она определена в пункте 2(f) статьи 7,

принудительная стерилизация и любые другие виды сексуального насилия, также являющиеся грубым нарушением Женевских конвенций;

xxiii) использование присутствия гражданского лица или другого охраняемого лица для защиты от военных действий определенных пунктов, районов или вооруженных сил;

xxiv) умышленное нанесение ударов по зданиям, материалам, медицинским учреждениям и транспортным средствам, а также персоналу, использующим в соответствии с международным правом отличительные эмблемы, установленные Женевскими конвенциями;

xxv) умышленное совершение действий, подвергающих гражданское население голоду, в качестве способа ведения войны путем лишения его предметов, необходимых для выживания, включая умышленное создание препятствий для предоставления помощи, как это предусмотрено в Женевских конвенциях;

xxvi) набор или вербовка детей в возрасте до пятнадцати лет в состав национальных вооруженных сил или их использование для активного участия в боевых действиях.


Если бы Украина ратифицировала Римский статут в полном объеме, то нашим солдатушкам защищать страну, и правда, было бы некогда. Поверьте, Россия в контексте гибридной войны сумела бы организовать им групповые допросы в МУС, чтобы морально подавлять наше воинство.

Прицепиться можно к чему угодно. На войне ведь как на войне. Например, пункт “применение оружия, боеприпасов и техники, а также методов ведения войны такого характера, которые вызывают чрезмерные повреждения или ненужные страдания”. Это получается, что Римский статут возражает против нашей доблестной артиллерии?

Или схожий пункт – “нападение на незащищенные и не являющиеся военными целями города, деревни, жилища или здания или их обстрел с применением каких бы то ни было средств”. Сразу вспоминается “взрыв кондиционера в Луганске” с последующими жертвами.

А как понимать пункт “убийство или ранение комбатанта, который, сложив оружие или не имея более средств защиты, безоговорочно сдался”? Разве нельзя было немного достреливать противников? Ну и вообще вопиющий пункт – “заявление о том, что пощады не будет”. Мы же собрались зачистить Донбасс от сепаратистов. Какая уж тут пощада!

К счастью для нас, присоединение к Римскому статуту совпало по времени с протестными акциями “Украина без Кучмы” и печальной историей про голову Гонгадзе. Тогдашняя власть перестраховалась и во избежание выдачи себя любимой Международному уголовному суду (“играть в Милошевича” Леониду Кучме не хотелось) обзавелась решением Конституционного суда от 2001 года, что для ратификации Римского статута нужно внести изменения в Конституцию.

Более того, согласно последним внесенным изменениям в Конституцию Украины, в частности в часть 6 статьи 124, Украина может ратифицировать Римский статут не раньше конца июня 2019 года.

При этом наш Минюст и МИД трактуют ситуацию таким образом, что Украина и так взяла на себя все обязательства по Римскому статуту. Дескать, в Римском статуте есть положение в пункте 3 статьи 12, где говорится, что государство может признать юрисдикцию Международного уголовного суда и без ратификации Римского статута, что Украина и сделала. Поэтому Украина хоть и не является участником Римского статута, но как бы признает его юрисдикцию. И все в таком роде.

Но вот незадача, в ст. 8 Соглашения об ассоциации с ЕС четко сказано, что “сторони співробітничають з метою зміцнення миру та міжнародного правосуддя шляхом ратифікації та імплементації Римського статуту Міжнародного кримінального суду (МКС) 1998 року та пов’язаних з ним документів”.



Другими словами, от ратификации нам не отвертеться. Конечно, было бы неплохо дотянуть до 2019-го, если получится. Но тут буянят “еврооптимисты”, которых американские доноры сняли с грантового довольствия за “труды неправедные” по амбарной книге и Полу Манафорту в период избирательной кампании в США. Ну, вы понимаете, о чем я.

Так вот, группа "еврооптимистов" в парламенте анонсировала сбор подписей депутатов за изъятие упоминания о трехлетней отсрочке по законопроекту об изменениях в Конституцию в части правосудия. Не знаю, собрала она их или нет, но “шуршание” по данному поводу идет. А с вступившей в силу нормой Соглашения Украины с ЕС об ассоциации о том, что мы обязаны ратифицировать все документы по Римскому статуту, дестабилизировать ситуацию в парламенте силами "еврооптимистов" Кремлю будет вдвое проще.