«Голубые»» из ООН. Миссия невыполнима-2

«Голубые»» из ООН. Миссия невыполнима-2

Хронику югославских войн в общих чертах мы помним. Воевали все против всех, убивали по этническому признаку, но крайними сделали сербов. Их бомбило НАТО. Штаты были против Милошевича. Соответственно, командование “голубых касок” предвзято относилось к сербам. Даже там, где сербы были в меньшинстве и теснимы мусульманами, например, в Косово. А теперь вспомним две истории с разницей в 13 лет, в которых участвовали украинцы.

Как мы штурмовали суд в Косово

В 2008 году в Косовской Митровице погиб украинский милиционер (полиции у нас тогда не было) – 25-летний Игорь Кунал. Еще 14 украинских милиционеров были ранены. Из-за чего? Из-за желания американского военного руководителя миссии ООН Ларри Россина ООН в Косово (был еще гражданский – Иоахим Рюккер) “поставить на место зарвавшихся сербов”.

C момента одностороннего провозглашения независимости Косово 17 февраля 2008 года в Митровице, населенной преимущественно сербами, не утихали демонстрации и акции протеста. Местные жители отказывались подчиняться албанским властям Приштины.

В середине марта 2008 года уволенные в 1999 году сербские работники прокуратуры, окружного и общинного судов захватили здание суда в Косовской Митровице. После этого они подняли над зданием сербский национальный флаг и потребовали немедленной встречи с представителями миссии ООН. Требование своих коллег озвучил окружной прокурор Милан Бигович.

По его словам, протестующие намеревались дождаться вывоза архива миссии ООН из захваченного здания, а затем «приступить к работе по законам Республики Сербия». Однако руководители миссии проигнорировали требования и отказались вести переговоры с сербами-юристами, захватившими здание суда.

Через два дня украинских полицейских внезапно вывели с “домашней” базы в Гнилане и пригнали в Митровицу – участвовать в штурме здания суда. Всего на штурм были брошены около 500 полицейских ООН (в основном украинцев и поляков) и столько же военнослужащих НАТО из Франции.



Вся эта армада двинулась против сербов-активистов, среди которых были и женщины. 17 марта, в 6:30 утра, полиция взяла штурмом здание суда и вывела в наручниках более 50 человек. Но когда то ли наши, то ли поляки попытались на автомобилях вывезти из здания суда задержанных, несколько сотен сербов атаковали их, забросали машины камнями и бутылками с зажигательной смесью. Нападающим удалось поджечь несколько автомобилей конвоя UNMIK и освободить около двух десятков задержанных.

В ответ французы открыли огонь. Сербы начали отстреливаться и бросать гранаты. Завязался настоящий бой. Именно от гранаты погиб Игорь Кунал. Дипломат Александр Иванько, который много лет возглавлял информационный отдел миссии ООН в Косово, рассказывал, что раненный украинский милиционер два часа лежал на линии огня и просто истекал кровью. Ни поляки, ни французы, ни земляки не могли к нему подобраться.

Всего в этом бою пострадали 14 украинских миротворцев и 22 польских полицейских. Французы отделались “легким испугом” – 5 раненых. Убитых сербов никто толком не посчитал, раненых было восемьдесят.

Митровица после штурма суда еще долга горела, здание суда обмотали проволокой, беспорядки продолжались около двух недель. Краткий итог спецоперации Ларри Россина. Кстати, вскоре после этой эпопеи его уволили.

Как мы избежали Сребреницы №2

Другой эпизод. Произошел намного раньше – в 1995 году в Боснии. Речь идет о Сребренице, которая известна всему миру как пример фиаско сил ООН, и Жепе, где, пардон за каламбур, могла бы случится аналогичная жопа, но украинский контингент оказался хитрее голландского и Бог миловал.

Итак, детальнее. В тот момент два “клиента” Гаагского трибунала – президент Республики Сербской Радован Караджич и генерал Ратко Младич – занимались ликвидацией очагов сопротивления боснийских мусульман на сербской территории. На практике это выливалось в массовые расстрелы мужчин от 18 до 60 лет.

Боснийцы были компактно размещены в четырех анклавах, которые ООН объявило “зонами безопасности”. Крупнейшим из них была Сребреница, а одним из небольших – Жепа. Как мы уже писали в предыдущей части, специфика миротворческих сил ООН в том, что подразделения формируются не по смешанному принципу, как миссия ОБСЕ, а по мононациональному. Каждая страна контролирует свою зону ответственности.

В Сребренице стоял голландский батальон – 600 человек, в Жепе – украинский отряд в 73 человека. В начале июля 1995 года сербы начали наступление на Сребреницу. Голландцы по идее должны были стать “панфиловцами” и ценой своей жизни спасти мусульман у себя за спиной. Но они совершенно не собирались умирать героями.

8 июля 1995 года голландский БТР был обстрелян сербами и отступил. 10 июля голландцы попытались «напугать» наступающих сербов, стреляя «поверх голов». Сами понимаете, с каким результатом. 11 июля они попросили НАТО разбомбить танки сербов. Но Ратко Младич обещал банально вырезать голландский контингент, и бомбардировку отменили.

В ближайшие последующие дни голландцы добровольно сдали оружие сербам. И безоружные по разрешению сербов провели эвакуацию женщин, детей и стариков из Сребреницы в Тузлу. Всего около 28-35 тыс. Мужчин отделили от семей: от 8 до 10 тыс. из них были расстреляны. Это и есть резня в Сребренице.

После нее правительство Голландии ушло в отставку и попросило освободить страну от миротворческой ноши в Боснии. Кто согласился заменить голландцев? Только украинцы.

Следом за наступлением боснийских сербов на Сребреницу началось и давление на анклав Жепа. Там проживали 2,5 тыс. мусульман. и стояли всего лишь 73 украинских миротворца. Если 600 голландцев оказались бессильны против сербской армии, то что могли сделать 73 украинца? Как что? Договориться с сербами.



Есть несколько версий того, что произошло летом 1995 года в Жепе. По словам командира украинского контингента полковника Николая Верхогляда, он встретился с генералом Младичем и уговорил его позволить выехать мирным жителям анклава вместе с миротворцами. Причем выпустить семьи целиком, не отделяя мужчин, как в Сребренице. С условием, что в каждый автобус с беженцами сядет украинский миротворец (так оно в результате и было).

В докладе ООН было сказано, что, в отличие от голландских миротворцев в Сребренице, придерживавшихся инструкций, украинцы в Жепе по требованию командира боснийских мусульман открыли склад оружия, которое перед этим сами отобрали у них, и в придачу подарили 5 бронетранспортеров. А с Младичем они договорились, что сербы выпустят из окружения украинцев с мирными жителями из Жепы в Сараево, а в обмен получат пленными боснийских военных. И это тоже соответствует тому, что произошло.

Вместо P.S.


Мне любопытно: когда озвучивалась идея завести “голубые каски” ООН на Донбасс, кто-то приглашал для консультаций непосредственных участников миротворческих операций? Того же дипломата Иванько, полковника Верхогляда и т.д.?

Почему мы слышим только голос бывшего посла Украины в России, а теперь представителя при ООН Владимира Ельченко, который собрался по заданию Климкина выдвигать какие-то ультиматумы Совбезу ООН? Это тот самый Ельченко, который во время операции в Жепе истерически орал в ООН: “Выведите украинских миротворцев из Жепы и Горажде. Украинские войска обезоружены и полностью беззащитны. Если их немедленно не вывести, произойдет огромная трагедия”. На что ему тогда сказали нечто из серии: “Мужчина, прекратите панику”.

Но даже без специальных консультаций опыта участия украинцев в миротворческих операциях достаточно, чтобы понять: контингенты ООН пытаются использовать как щит обе стороны конфликта. Боснийцы окружили базу и требовали оружия, которое, если верить ООН, они в итоге получили. Сербы прикрывались нашими хлопчиками от бомбардировок с воздуха. Нетрудно представить, как это будет выглядеть в нашем варианте.

И еще. Отстаивая идею, что контингент должен быть не с нашей стороны вдоль линии фронта, а обязательно со стороны ОРДЛО, мы наивно думаем, что миротворцы зайдут на территории ОРДЛО, пока недоступные нашим войскам, и расчистят там “поле для гольфа”. И что они будут стрелять только по сепаратистам. Но кто знает, как обернется боевая ситуация и не придется ли ВСУ, “ведя ответный огонь по противнику”, еще вести бои с миротворцами, которые окажутся по ту сторону линии разграничения. Об этом никто не задумался хотя бы на секунду?

Продолжение следует.