Большие деньги любят Шума: Тайная жизнь "известного" психиатра

Большие деньги любят Шума: Тайная жизнь "известного" психиатра

Несмотря на свою говорящую фамилию, психиатр Сергей Шум прекрасно знает, что построить хорошую карьеру можно только не афишируя подробности личной жизни и трудовой деятельности. Этого правила Шум придерживается в последнее время особенно тщательно, ведь впереди грядет высокое назначение. Правда, события все чаще складываются не в его пользу, и кое-что из его тайной жизни время от времени предается огласке. В СМИ о Сергее Шуме заговорили после того, как он был замечен на похоронах убийцы основного свидетеля по делу Януковича − российского политика Вороненкова. Изучив подробнее профессиональную деятельность психиатра, оказалось, что его связь с криминалитетом гораздо сильнее, чем предполагалось вначале…

Публичная активность Сергея Шума до последнего времени выглядела безукоризненно: он один из авторитетов в команде реформаторов МОЗа, которому безоговорочно доверяет и.о. министра Ульяна Супрун во всех вопросах, связанных с психиатрией. Также Сергей Шум – активный борец за права сексуальных меньшинств в Украине, один из инициаторов изменения министерского приказа, который упростил смену половой принадлежности для тех, кто в этом нуждается по медико-биологическим и социально-психологическим показаниям: https://goo.gl/A15Jm3.

Психиатра с незапятнанной (до недавнего времени) репутацией в новой команде МОЗа рассматривают, как подходящую кандидатуру на стратегически важную должность директора ДУ "Український моніторинговий та медичний центр з наркотиків та алкоголю МОЗ України", и он уже прошел служебную проверку на эту должность. Однако нами проведено независимое расследование, результаты которого свидетельствуют, что у Сергея Шума немало тайн, и на его профессиональной репутации немало темных пятен.

Появление Сергея Шума на похоронах Павла Паршова, убийцы российского политика Дениса Вороненкова, − событие, которое вызвало широкий резонанс в СМИ. Что связывало психиатра и преступника, гадали многие журналисты. В частности, высказывалась мысль о том, что Сергей Шум мог работать с Паршовым, готовя его к совершению убийства, применяя специальные техники нейролингвистического программирования, которыми Шум профессионально владеет. Даже откровения самого Сергея Шума о причинах его появления на похоронах, опубликованные месяц спустя, не внесли ясность: психиатр рассказал, что был дружен с Паршовым с юности (очень темный период жизненного пути Сергея Шума, вызывающий улыбку и молчание на вопросы у его днепропетровских коллег), общался до 2008 года, пока не переехал в Киев (причины переезда и обстоятельства также загадочны) (Zik). Интересно, что короткий комментарий Шума оказался противоречивым: он подчеркивает, что не знал ничего о противоправной деятельности Паршова, но в то же время был в курсе того, что тот был в розыске с 2011 года.

Почему Сергей Шум так дорожил давно оборвавшейся, по его словам, дружбой − неясно. Почему именно ему было поручено организация похорон – неизвестно. Вместе с тем уже через неделю после похорон Сергей Шум получил повышение по службе − стал главным специалистом МОЗ по специальности "Судебно-психиатрическая" экспертиза.

В целом, Сергей Шум часто получает различного рода бенефиты от своей работы. Одним из выгодных направлений является оказание услуг независимой экспертизы психиатрического состояния преступников, отбывающих наказание в местах лишения свободы. Предприимчивый психиатр разработал схему, по которой правонарушителя можно в два счета освободить из колонии, при этом на вполне "законных" основаниях. Кто знает, сколько бы преступников оказалось таким путем на свободе, если бы среди "клиентов" Шума не оказался убийца, отбывавший срок за зверское избиение иностранного гражданина. Замять международный скандал оказалось непросто, и инцидент получил широкую огласку.

Итак, в октябре 2015 года следственным управлением г. Киева было начато криминальное дело, одним из фигурантов которого оказался наш «уважаемый» психиатр. Причиной расследования стал факт освобождения одного из преступников, который по обвинению в совершении преднамеренного убийства при сговоре группы лиц был приговорен к 13 годам заключения, но относительно скоро был признан психически больным, был направлен на психиатрическое лечение в больницу, а, спустя два года, и вовсе получил заключение, что может быть переведен на амбулаторное лечение на дому. Психическая экспертиза больного была проведена… Сергеем Шумом.

Информация об освобождении убийцы получила широкую огласку, поскольку за расследованием дела следил посол Республики Корея Сол Кён Хун, и он лично добивался обсуждения этого вопроса на заседании Верховной Рады Украины. Обеспокоенность происходящим в своих обращениях к депутатам Комитета по вопросам предотвращения и противодействия коррупции высказали и сотрудники Украинской психиатрической больницы со строгим наблюдением МОЗ Украины, которые знали, как протекает болезнь осужденного и понимали, что он не мог быть выписан без проведения полноценной экспертизы.

Двухэтапная схема по освобождению преступников проста: вначале нужно перевести заключенного из тюрьмы в больницу, а уже потом можно ставить такой диагноз, который позволяет проведение лечения на дому. Интересно, что Сергей Шум и сам рассказывает о том, как действует этот алгоритм в интервью изданию Гордон: "Есть негласное правило: чтобы пациент вышел из психбольницы, он в обязательном порядке должен быть сначала на строгом, потом на усиленном и в конце на общем режиме наблюдения. То есть все, кто был на строгом режиме, обязательно попадут на общий". Он также заявил, что МОЗ планирует создать региональные больницы для преступников, в каждой из которых предусмотрят все три режима наблюдения: строгий, усиленный, общий. Следовательно, преступник, признанный невменяемым, будет направляться в эту больницу и ждать скорейшего выхода на свободу. В очередном интервью Шум заявил, что МОЗ уже подготовил приказ о реформе судебной психиатрии и создании таких больниц (правда, никто не видел этот документ, об этой новации, как и о всех других реформаторских инициативах, медицинское сообщество скорее всего узнает уже после того, как решение будет принято), а также о новой аттестации врачей судебно-психиатрических экспертов, которую будет проводить комиссия во главе с самим Сергеем Шумом.

Проверить подлинность экспертных заключений при такой многоходовой схеме затруднительно, да и внимание к таким пациентам практически не привлекается, так как протекание болезни − это уже вопрос медицинский, а не уголовный.

Судя по всему, такая схема практиковалась Сергеем Шумом неоднократно. Договора на проведение подобной альтернативной экспертизы он заключал еще с четырьмя осужденными. И каждое из наблюдений было проведено с нарушениями процедуры. Закон предусматривает осмотр пациентов на протяжении полугода, что дает возможность сделать объективное заключение о состоянии их психического здоровья, однако Сергей Шум, не придерживаясь этого порядка, провел всего 2-3 осмотра, при этом на момент судебных заседаний информация, им предоставленная, была уже устаревшей, и характеристика состояния пациентов − необъективной. Документы были оформлены в свободной форме и заблаговременно не направлены в суд, а прикреплены к делу во время судебных заседаний. Кроме того, проводить экспертизу Сергей Шум не имел права даже формально, поскольку на тот момент у него отсутствовал сертификат врача-психиатра.

На то, что Сергей Шум планировал найти и новых "клиентов", косвенно указывает тот факт, что во время посещения Украинской психиатрической больницы со строгим наблюдением в качестве Уполномоченного ВРУ по правам человека он, нарушая правила доступа к конфиденциальной информации, копировал истории болезней и личные дела не только своих четырех "подопечных", но и еще 11 больных, которые соответствующего разрешения ему не давали.

Очевидно, что нескольких осмотров пациентов, о которых шла речь выше, было недостаточно, чтобы написать полное экспертное заключение, поэтому Шум воспользовался доступом к документации и восполнил недостающие данные.

Показательно, что в отчете по результатам проверки, полноценная информация о состоянии больницы предоставлена не была, факты жестокого обращения с пациентами не выявлены, а все замечания касались в основном проблем, связанных с низким финансированием больницы и недоукомплектованностью штата сотрудников. В целом, это была формальная отписка, а рабочую поездку в статусе Уполномоченного ВРУ по правам человека психиатр использовал для решения личных вопросов. Проверки Украинской психиатрической больницы со строгим наблюдением в г. Днепропетровске участились, когда Сергей Шум занял должность советника и.о. министра (правда, подтверждающего документа никто не видел, а в интервью телеканалу Zik он и вовсе официально заявил, что не занимает эту должность). Больницу Сергей Шум вместе с Ульяной Супрун посещал трижды. В результате ими были изъяты 12396 историй болезней, которые сейчас, согласно официальному письму Прокуратуры Днепропетровской области, были отданы главному специалисту отдела электронного реестра и работы с документами. Для чего советнику-самозванцу и.о. министра Ульяны Супрун понадобились эти истории болезней, пока открытый вопрос. Где сейчас находятся изъятые документы, и кто имеет к ним доступ в "закрытых на сегодня лабиринтах Минздрава", тоже неясно. Остается только предполагать, как может быть использована эта конфиденциальная информация.

Впрочем, есть и еще одно направление деятельности психиатров в Украине, о котором говорит сам Сергей Шум в интервью телеканалу Zik. Психиатр отмечает, что в нашей стране нет контроля за теми ситуациями, когда здорового человека могут упрятать в психиатрическую больницу с целью завладения его имуществом, это может быть также изоляция неугодного общественного деятеля или "ликвидация" бизнес-конкурента. Шум признает, что в таких схемах обычно задействованы врачи и медперсонал, и, есть подозрения, что такой ситуацией вседозволенности он и пользуется.

Например, в отчете Уполномоченного по правам человека за 2010 год отмечается, что в Украине фиксируются многочисленные случаи, когда под видом необходимости лечения психического заболевания принудительно госпитализируют в психиатрические лечебные учреждения здоровых людей (отчет, стр. 80: https://goo.gl/F22wty). В частности, речь идет о преследовании правоохранителя из Винницкой области Андрея Бондаренко, который был "неудобен" работникам местной прокуратуры, поскольку проводил расследования коррупционных схем.

Еще один громкий случай имел место уже в 2014 году. Омбудсмен Валерия Лутковская через Конституционный Суд Украины добилась реабилитации общественной активистки Раисы Радченко из г. Запорожье (https://goo.gl/QjuyuV). Радченко принудительна прошла психиатрический осмотр и курс лечения, так она поплатилась за то, что, будучи главой домового комитета, пыталась бороться с частными предпринимателями, которые сделали невозможным комфортное проживание в доме.

К сожалению, до настоящего времени в Украине любой вопрос можно решить при помощи принудительного помещения в психиатрическую больницу. И, естественно, на этом зарабатывают эксперты, которые подписывают фальсифицированные данные медицинских осмотров.

Итак, тайны психиатра Сергея Шума оказались очень любопытными: здесь и незаконное получение доходов, и содействие освобождению правонарушителей, совершивших особо тяжелые преступления, и фиктивные психиатрические экспертизы, и многое другое, что никак не соотносится с высокой должностью, которую вот-вот должен занять «известный психиатр» и надежда реформаторской команды МОЗа, как награду за преданное служение Ульяне Супрун.

Мониторинговые центры, директором которого планируется назначить Сергея Шума, существуют во многих странах. Наиболее развитый – European Monitoring Center for Drugs and Drug Addiction, который находится в Лиссабоне и является структурой Совета Европы. В подобных центрах работают три основных типа специалистов: специалисты в медицине зависимостей, эпидемиологи и токсикологи. Ни одной из этих специальностей у Сергея Шума нет, не говоря уже хотя бы о минимальном опыте работы в этих областях. А был ли объявлен конкурс на эту должность? Каковы критерии отбора? Проведена ли независимая оценка программ кандидатов? И самое интересное, куда исчез действующий руководитель мониторингового центра? Все это выглядит очень нелогично и туманно, учитывая чистоту и бескорыстие работы и.о. министра Ульяны Супрун на ниве украинской медицины.

И самое интересное. Монотиринговые центры, кроме всего прочего, занимаются анализом потока наркотических веществ, т.е. имеют доступ к информации, которой располагают силовые структуры и структуры национальной безопасности. Ни это ли привлекает "известного" психиатра Сергея Шума, с темными пятнами на автобиографии? Ведь за такое преданное служение Ульяне Супрун можно получить хорошую награду…