Взбесившийся бензин-2: «черное золото» Полуботка

Взбесившийся бензин-2: «черное золото» Полуботка

Это свершилось! Средняя стоимость бензина А-95 в крупнейших сетях АЗС преодолела психологическую отметку в 30 грн./литр. Вчера (29 января) и цена дизельного топлива перешагнула эту планку. Всем стало как-то не по себе. Очевидно, что ни бойкот заправок, ни привлечение Антимонопольного комитета, ни снижение покупательной способности масс не дают результатов. Противостоять нефтяным интригам Кремля можно лишь собственным бензином. Но где его взять?

Мы уже писали, что причины такого подорожания – девальвация гривны, рост мировых цен на импортные нефтепродукты, смена наследника престола в Саудовской Аравии и его преступный сговор с Путиным о сокращении добычи нефти и повышении цен, противоположный сговору предыдущего наследника с командой Барака Обамы, чтобы низкими ценами свалить экономику России.

Все эти геополитические нюансы нам мало интересны. Но перспективы роста цены на А-95 до 33 грн./литр, а затем и до 40 грн./литр, несмотря на незначительное укрепление гривны, которым так гордится Нацбанк, заставляют искать выход.

Выхода может быть два: либо нам повезет и топливо вдруг подешевеет на внешних рынках, либо мы что-то будем делать сами, чтобы снизить его цену на внутреннем рынке. Как вариант – можно уменьшить налоговую нагрузку. Мы уже писали, что структура розничной цены бензина А-95, к примеру, выглядит так: цена топлива на границе – 48%, налоги – 38%, затраты АЗС – 14%. Но снижать налоги мы не можем, это пошатнет бюджет, который принят, проголосован, согласован с МВФ и т.д. и т.п.

Когда очевидного способа быстро решить проблему нет, начинает бурно работать творческая мысль. Все знают, что Украина с недавних пор стала добывать много газа. И хотя на его цену для населения это не влияет (а могли бы без труда обеспечить потребности домохозяйств за счет внутренней добычи, – автор), все равно есть предмет для гордости.

Возникает вопрос: почему мы не добываем нефть? Или на худой конец – почему мы ее сами не перерабатываем в бензин, как делали это в 90-е и даже 2000-е? Ведь, казалось бы, все для этого есть: НПЗ – есть, скважины – есть, нефтедобывающая индустрия – есть. Где наша нефть и наш бензин?!

Начнем с того, что избавимся от иллюзий: Украина – не Саудовская Аравия и не Россия. Может, мы и великая аграрная держава, но уж точно не нефтяная. Ежегодно наша страна потребляет около 10 млн. тонн нефтепродуктов. Плюс-минус с учетом всех нюансов, включая боевые действия (танки очень “прожорливые ребята”), погодные условия, масштабы урожая и мобильность населения. Чем больше ездим, тем больше расходуем топлива. Это понятно.

Есть вариант закупать сырую нефть и самостоятельно ее перерабатывать – это дешевле, чем импортировать бензин и нефтепродукты. Почему не получается тут? Все очень банально: Украина имеет шесть нефтеперерабатывающих заводов, но работает, как сказано выше, только один – “приватовский” НПЗ «Укртатнафта»

Теперь зададимся вопросом, сколько мы же нефти добываем. Вопрос, конечно, интересный, как говорил классик. В старые времена (при антинародном режиме и даже до него) Украина ежегодно могла добыть до 3 млн. тонн нефти. В последние годы добыча неуклонно снижается. Для примера: в 2016 году она упала на 11,6% по сравнению с 2015 годом – до 1 млн. 596,7 тыс. тонн. В 2017-м добыли и того меньше.

Официальная причина: добыча нефти снижается вместе с ухудшением положения главного нефтедобытчика – полугосударственной "Укрнафты". А ухудшение это стало следствием целого ряда факторов.

Во-первых, у нас все очень плохо с так называемым “скважинным фондом”. По некоторым данным, из 1500 скважин реально существуют 1000, но и в тех нефти очень мало. Новых скважин почти нет. В 2014 году закончили строительство шести (из 12-ти запланированных) новых скважин, в 2015-м – шести из 10, а в 2016-м – четырех из пяти.

Во-вторых, добыча нефти упирается в личности фактических владельцев “Укрнафты” и единственного нефтеперерабатывающего завода в Кременчуге, которые принадлежат группе "Приват" Игоря Коломойского. Точнее, НПЗ принадлежит полностью, а в "Укрнафте" только часть акций. Но зато имело место полнейшее влияние на топ-менеджмент компании. С которым, начиная с 2015-го, боролись АП и Кабмин (помним эти ночные “штурмы” и обыски офиса “Укрнафты”, – автор) с переменным успехом.

А заодно пытались слупить с “Укрнафты” дивиденды за 2011-2013 годы и остановить рост налоговой задолженности компании. Для чего правительство Арсения Яценюка инициировало поднятие рентных платежей на нефть в 2014 году.

В итоге выбить Коломойского из нефтедобычи не удалось, нефтепереработки тем более, но остальные нефтегазодобывающие компании, пострадали рикошетом от повышения рентных платежей и снизили добычу нефти, которая и так у них была смешная – от одной до 15 тыс. тонн в год. Всего “малыши” добыли за год около 50,3 тыс. тонн нефти, но это капля в море, совершенно не влияющая на цену бензина в Украине.

Итак, с нефтедобычей у нас не сложилось. Но есть вариант закупать сырую нефть и самостоятельно ее перерабатывать – это дешевле, чем импортировать бензин и нефтепродукты. Почему не получается тут? Все очень банально: Украина имеет шесть нефтеперерабатывающих заводов, но работает, как сказано выше, только один – “приватовский” НПЗ «Укртатнафта».

Что же с остальными пятью НПЗ? Как отмечают специалисты, Надворянский, Дрогобычский и Херсонский НПЗ нужно просто забыть и вычеркнуть из текущих реалий. Они были остановлены еще в 2005-2007 годах, поскольку ни экономическая эффективность, ни качество выпускаемого ими топлива уже тогда не отвечали минимальным требованиям времени. И нет дурака, согласного вложить в них в общей сложности $1 млрд. инвестиций. Вмерло, так вмерло.
Все это – воздушные замки. Гипотетически мы можем вс. Практически – ничего. И зависимость от импорта на 88% (плюс единственный работающий НПЗ, находящийся в руках недружественной к власти ФПГ) – это факт, с которым надо смириться. Остальное фантазии. Такие же, как золото Полуботка

А вот Лисичанский НПЗ вполне перспективен. Он является самым «молодым» из украинских нефтеперерабатывающих предприятий. Его общая мощность – около 7 млн. тонн нефтяного сырья в год. Завод способен выпускать топливо стандарта Евро-4, а также ДТ стандарта Евро-5. Был в собственности ТНК-BP и "Роснефти". Предприятие остановлено в 2012 году по причине убыточности. Совсем недавно, в январе 2018-го, стало известно, что швейцарская Glusco Energy купила его у кипрского филиала “Роснефти” (Rosneft Management Company Limited Кипр). Купила, но пока не запустила. И непонятно, собирается ли запускать вообще. Учитывая, что до линии фронта с мятежным Донбассом там “два лаптя по карте”. И снаряды долетают как раз до резервуаров...

Остается Одесский НПЗ, который мы конфисковали судом в пользу Кабмина у “пособника антинародного режима” Курченко и оформили в ГП "Одесский нефтеперерабатывающий завод", основанный Фондом государственного имущества. На этом пока все. Но есть мечта, чтобы НПЗ заработал и тем самым сбил цены на бензин.

У мечты есть аргументация: в отличие от Херсонского или Дрогобычского “коллег”, одесский завод остановлен сравнительно недавно – в начале 2014 года. И хотя он был довольно низкоэффективным (выход светлых нефтепродуктов ниже 50% при норме 75%), приспособить его хотя бы под выпуск дизтоплива можно. А учитывая, как дорожает это самое ДТ, то и очень желательно.

Осталось решить практическую задачу – обеспечение НПЗ сырьем. Где взять нефть? В России? Не выйдет. И не потому, что агрессор (неприлично как-то покупать), а потому что Россия на конфискованный НПЗ и капли не даст.

Белорусы могли быть продать. Но есть существенная логистическая проблема. Хотя Джен Псаки и “посылала” шестой флот США к берегам Белоруссии, но моря у сябров нет. А доставка из Мозыря и Новополоцкого необходимого объема нефти (для запуска на полную мощность надо ее свыше 3,5 млн. тонн в год) напрягает железную дорогу. У нее столько цистерн, как оказывается, просто нет.

Теоретически можно купить в Азербайджане. Опыт есть. "Укртатнафта" подписала контракт с азербайджанской компанией Socar Trading на ежегодную поставку 1,3 млн. тонн и заявила о намерении увеличить производство более чем на 41%. Тем более удобно поставлять азербайджанскую нефть в Одессу морем.

Но и тут возникает проблема. Если пригнать из Баку большой танкер (а только так доставка оправдана по цене), нефть надо немедленно разгрузить. А на Одесском НПЗ нет достаточного количества резервуаров, чтобы хранить большой запас нефти. Максимальный объем – до 200 тыс. тонн. И мест под новые резервуары нет, кругом – курортный город.

В общем, бедному жениться – ночь короткая. Плохому танцору что-то постоянно мешает. Ужасно хочется сбить цены на бензин. Красиво звучит, что “в Украине есть шесть НПЗ”. А еще красивее фраза: “мы способны обеспечить себя собственной нефтью и нефтепродуктами”. Но все это – воздушные замки. Гипотетически мы можем вс. Практически – ничего. И зависимость от импорта на 88% (плюс единственный работающий НПЗ, находящийся в руках недружественной к власти ФПГ) – это факт, с которым надо смириться. Остальное фантазии. Такие же, как золото Полуботка.