Прокрустова раскладушка

Итак, «изюминкой» модифицированного пакета неотложных законодательных инициатив гаранта является антитимошенковская версия закона о Кабмине. Сказать, что она не отвечает нормам Конституции – значит, ничего не сказать. Это своего рода псевдоправовые фантазии юристов из СП по мотивам эротических сновидений Виктора Андреевича: президент сверху – премьер снизу… Или что-то в этом духе.
Часть антитимошенковских положений новой редакции закона о КМ уже безнадежно устарела. В частности, речь идет о статье 8: порядок назначения на должность премьер-министра. Юлии Владимировне удалось проскочить сквозь полосу правовых рифов, щедро разбросанных специалистами из Секретариата. Хотя изначально предполагалось, что ее утверждение на должности главы правительства будет проходить по новому сценарию. Не случайно же в коалиционном соглашении, парафированном 17 октября прошлого года, отмечалось, что новую редакцию закона о правительстве следует принять до утверждения кандидатуры премьер-министра. Но не сложилось. А могло быть очень весело. Цитируем статью 8: «В случае нарушения требований Конституции и этого закона относительно внесения предложения касательно кандидатуры на пост премьера, по другим причинам, предусмотренным Конституцией, несоответствия предложенной кандидатуры требованиям к члену Кабинета министров, предусмотренных этим законом, президент информирует Верховную Раду о невозможности внесения представления относительно предложенной кандидатуры». Подобная формулировка, выписанная на основе эротических фантазий Ющенко, позволяет гаранту легко и непринужденно нарушать Конституцию. Захотел отклонить кандидатуру премьера – пожалуйста. Ведь есть некие «другие основания, предусмотренные Конституцией». Какие? А это уже вопрос к юристам из СП. Они с легкостью могут нарыть несколько очень «убедительных» причин. Благо, в умении манипулировать нормами Основного закона им не откажешь.

Вообще-то участие президента в процедуре назначения премьера сводится к формальному акту: получил от коалиции кандидатуру – внес представление. В свое время Ющенко очень возмущался по этому поводу. Дескать, я не почтовый ящик, чтобы действовать подобным образом. Получил – отослал. Тем не менее, в случае с Юлией Владимировной гарант действовал как образцовый почтальон. Внес представление на ее назначении в течение часа после получения официального обращения коалиции.

Поскольку Тимошенко прошла процедуру утверждения по старой схеме, то неконституционное усиление полномочий гаранта рассчитано на будущее. Наверное, Виктор Андреевич всерьез надеется, что ему еще не раз придется участвовать в назначении нового премьера. И его очень не устраивает нынешняя формулировка закона о Кабинете министров: «в случае непредставления президентом кандидатуры главы правительства вместо него это делает коалиция». А кто знает, какая коалиция может возникнуть… Только безнадежные оптимисты считают 227 депутатов «оплотом» политической стабильности. Да еще откровенно бездарная игра Партии регионов в оппозиции позволяет говорить об искусственном продлении срока политической жизни «демократов».

Право вето на выдвижении коалицией кандидатуры премьера делает президента чуть ли не ключевым игроком. Теоретически. Ведь он получает возможность единолично разыгрывать комбинацию с досрочным роспуском Верховной Рады. Имеется в виду конституционная норма о праве президента распустить Раду в случае, если на протяжении шестидесяти дней не будет сформирован новый состав Кабмина. Ну и как его сформировать, если кандидатура премьера будет постоянно отвергаться? Вопрос, понятное дело, чисто риторический.

Влияние гаранта на процедуру внесения кандидатуры премьера усиливает не только право вето, но и норма о подписях депутатов под соответствующим обращением. Это «модернизация» положения Конституции, в соответствии с которым коалиция просто вносит президенту кадровое предложение насчет главы правительства. Теперь для того, чтобы канцелярия Ющенко приняла к рассмотрению кандидатуру премьера, необходимо не менее 226 подписей под фамилией будущего шефа КМ. Естественно, подобная бюрократическая уловка, не предусмотренная Основным законом, открывает широкое поле для подковерных игр. Часть депутатов может отказаться от визирования представления, мотивируя данный шаг сложными нравственными терзаниями и глубоким внутренним миром. Вспомните ситуацию с так называемыми «неподписантами» коалиционного соглашения. Получается, что в большинстве вариантов формирования иного формата коалиции у Секретариата президента оказывается в руках дополнительный рычаг влияния на ситуацию.

Как видим, Юлия Владимировна очень удачно проскочила минное поле, подготовленное для нее клерками из Секретариата президента. Но это еще далеко не все сюрпризы, припасенные для нее по инициативе «морального авторитета нации». Новой редакцией закона о Кабинете министров вводится институт отставки правительства по инициативе президента. Само собой разумеется, что в Конституции вообще нет ни слова о подобном праве главы государства. Однако для чего в СП работают юристы? Чтобы фантазии Виктора Андреевича сделать суровой реальностью. Статья 14, пункт 1 гласит: «Верховная Рада по предложению президента может рассмотреть вопрос об ответственности Кабинета министров». Конечно, трудно себе представить, что президент, пребывая в здравом уме, сам инициирует отставку нынешнего правительства. Хотя от Виктора Андреевича можно ожидать всего, что угодно. Наверное, дело в другом. Данная норма проекта в извращенной форме закрепляет положение о том, что Кабмин несет ответственность не только перед коалицией, но и перед гарантом нации. В подтверждение данной гипотезы можно привести пункт первый статьи 26: «КМ несет ответственность перед президентом». Вот оно что… Правда, в Конституции насчет этого ничего не сказано. Зато есть юристы из СП, которые специализируются на толковании проявлений подсознания Виктора Андреевича. И чувствуется, что они преуспели в этом деле, поскольку положения законопроекта, неконституционным путем усиливающие влияние президента на деятельность правительства, выписаны с особой «любовью».


Во-первых,
открытым текстом говорится о том, что КМ обеспечивает выполнение актов президента. Кстати, нигде в проекте закона не говорится о том, что такое «акты президента». Обращение президента к нации – это акт или не акт? Непонятно. Но правительство должно обеспечить выполнение. Без малейших колебаний и размышлений. А как же принцип контрассигнации? Это когда указы президента визируются премьером и министром, ответственным за их выполнение. «Воплотители желаний президента» решили данную проблему просто блестяще. «Акты главы государства неотложно скрепляются подписями премьера и министров». При подобной постановке вопроса ни у кого не должно возникнуть даже тени сомнения в необходимости выполнения прихотей (актов) гаранта. Тебе же, сука, сказано, что надо обеспечивать. Причем сразу же. Неотложно. Если же кто чего не понял, то повторяю для особо тупых: правительство не имеет права отказываться от выполнения распоряжений, пожеланий и помыслов президента. Получается, что формально институт контрассигнации существует, но по сути он отменен.


Во-вторых,
правительство «заводится» в сферу контроля со стороны СНБО. Совет национальной безопасности, возглавляемый опять-таки президентом, официально становится институтом, решения которого Кабмин обязан выполнять. А поскольку глава государства «накачал» Совбез подконтрольными ему людьми, в частности губернаторами, то данная структура ему полностью подконтрольна.


В-третьих,
авторы новой редакции закона о Кабинете министров откровенно нарушили принцип разделения властей, предусмотрев интеграцию правительственных чиновников в систему президентской власти. Цитируем статью 28: «Члены правительства, руководители других органов исполнительной власти … могут включаться в состав консультативных и других органов и служб, которые создаются президентом для осуществления своих полномочий». Это так называемый принцип двойного подчинения, абсолютно противоречащий Конституции.


В-четвертых,
существенному «апгрейду» подверглось право президента останавливать действие актов Кабинета министров. Конституционная формулировка «президент имеет право останавливать действие актов КМ с последующим направлением соответствующего обращения в Конституционный суд» была дополнена целым рядом уточнений. Естественно, играющих в пользу президента. Если гарант прибегает к подобной мере, то это «приводит к остановке совершения любыми органами, лицами действий, направленных на выполнение остановленных актов КМУ, осуществления полномочий, определенных этими актами». Короче говоря, все стоят и не дергаются. Методика «остановки» правительственных решений была отработана на правительстве Виктора Януковича. И что толку с того, что КС в 99% случаев отказал президенту в открытии производства по «остановочным» делам? Выполнение постановлений Кабинета министров все равно было блокировано. Причем, интересный момент: между направлением соответствующего представления президента и вынесением решения КС проходило от одного до двух месяцев.


В-пятых,
по умолчанию сотрудники СНБО и Секретариата президента получили право давать поручения правительству, обязательные для исполнения. Почему? Да потому что из текста новой редакции закона о правительстве данный запрет был удален. Ну а что не запрещено, то разрешено.

Мы привели только пять, самых, на наш взгляд, существенных новаций президентского варианта закона о Кабинете министров. На самом деле, норм, ограничивающих полномочия премьера и правительства, а также создающих благоприятные условия для того, чтобы вставлять палки в колеса телеги Тимошенко, гораздо больше.

В целом, предложенный гарантом законопроект представляет собой сборную псевдоюридическую солянку, написанную во времена премьерства Виктора Януковича и накануне вероятного прихода в правительство Юлии Тимошенко. Влияние этих двух фигур на творчество президентских юристов более чем заметно. В частности, под Виктора Федоровича писалось требование о несудимости кандидата в премьеры. Под приход Тимошенко – большинство других новаций. Мы имеем дело с классическим примером манипулирования законодательством под нужды конкретного лица. Не будем называть какого, хотя это был Виктор Ющенко.

Поможет ли ему принятие данного законодательного акта? Вряд ли. По одной простой причине: нормы закона – это одно, а их реальное выполнение – совсем другое дело. Юлия Тимошенко отказалась от открытой конфронтации с президентом, публично заявив, что БЮТ проголосует за вариант, разработанный в Секретариате президента. Тем самым она перевела борьбу за полномочия в совершенно иную плоскость – предвыборную. Должность премьера становится «вторичной»? Во-первых, это еще надо доказать. Во-вторых, появляется хороший стимул для борьбы за президентское кресло.

Вогнать Юлию Владимировну в прокрустово ложе нового закона о Кабмине у Ющенко все равно не получится. Она же действует вне правовых рамок, поскольку ведет свою избирательную кампанию. За счет государственных ресурсов. Ее рейтинг в три-четыре раза превышает электоральные показатели гаранта. Он обречен на проигрыш. Опыт политического кризиса прошлого года доказал, что право и законы в Украине вторичны. Первичны воля и политика.

54321
(Всего 0, Балл 0 из 5)
Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в linkedin
LinkedIn
Поделиться в twitter
Twitter

При полном или частичном использовании материалов сайта, ссылка на «Версии.com» обязательна.

Всі інформаційні повідомлення, що розміщені на цьому сайті із посиланням на агентство «Інтерфакс-Україна», не підлягають подальшому відтворенню та/чи розповсюдженню в будь-якій формі, інакше як з письмового дозволу агентства «Інтерфакс-Україна

Напишите нам