"Трудно ожидать возврата к прошлому"

Южная Осетия на фоне других непризнанных республик выглядит очагом постоянной нестабильности. Такова ее плата за желание жить отдельно от Грузии. И несмотря на все проблемы, которые уже более десяти лет доставляет ей страна, в которой, по выражению грузинского министра внутренних дел, "демократии больше, чем в Москве", осетины несколько раз большинством голосов подтвердили свое желание жить отдельно. Имея при этом российское гражданство. О том, как долго еще может длиться противостояние, о перспективах развития республики и о том, как удается избежать войны, когда, казалось бы, она неизбежна, в интервью "Киевскому телеграфу" рассказал президент Южной Осетии Эдуард Кокойты.

Эдуард Джамбеевич, в чем основная причина существования острого конфликта с Грузией? Неужели исторические противоречия были настолько острыми, что без этого нельзя было обойтись?

— В конце 80-х годов прошлого века в Грузии начался подъем националистического движения, сопровождавшийся усилением дискриминации негрузинского населения. Националистическое движение, пользовавшееся поддержкой властей, выступило за ликвидацию автономных образований в составе Грузинской ССР. Был взят курс на выход из СССР и создание национального государства, в сознание народа активно и целенаправленно внедрялись идеи исключительности, "богоизбранности" грузинской нации, мысли о "коренном" и "некоренных" народах, о "гостях" и "оккупантах". Земля, ее богатства, вода, даже воздух объявлялись собственностью грузин. Активно стал пропагандироваться лозунг "Грузия — для грузин", звучали призывы к изгнанию или огрузиниванию негрузин, ликвидации автономной области, выводу советских "оккупационных" войск и т. д.

В условиях разгара анитиосетинской истерии в Грузии, учитывая правовую незащищенность автономной области, Чрезвычайная сессия Совета народных депутатов Южно-Осетинской АО 10 ноября 1989 года преобразовала автономную область в автономную республику в составе Грузинской ССР и обратилась в Верховный Совет ГССР с просьбой рассмотреть этот вопрос. Однако 16 ноября, не соблюдая даже нормативных формальностей, Президиум Верховного Совета ГССР отверг данное решение. Более того, была создана комиссия по изучению проблем, связанных со статусом Южно-Осетинской АО, что фактически было сигналом к ликвидации автономии. Такая позиция официальных коммунистических властей Грузии подтолкнула фашиствующих лидеров неформальных партий и движений к более решительным шагам и организации крестового похода на Цхинвал с целью проведения так называемого "мирного" митинга.

23 ноября 1989 года вошло в историю осетинского народа как одна из самых мрачных ее страниц. В этот день блок "Круглый стол" во главе с Гамсахурдиа и ряд других партий организовали многотысячный поход экстремистски настроенных участков грузинского национального движения со всей Грузии на Цхинвал. У въезда в город дорогу им преградила местная молодежь. "Митингующие" не смогли пройти в город, но последовавшие за этим события — военная блокада Южной Осетии, погромы, убийства, истязания, пропаганда насилия над осетинами, полное безразличие к происходящим событиям со стороны союзного руководства — были прелюдией к широкомасштабной военной агрессии.

В этой обстановке народ Южной Осетии, основываясь как на тогда еще действовавшем законодательстве СССР, так и на принципах международного права, воспользовался своим правом на самоопределение, провозгласив создание своей государственности в рамках СССР. Другого выбора перед угрозой геноцида и массовой этночистки у осетин не было.

9 декабря 1990 года были проведены выборы в Верховный Совет РЮО, а через два дня парламент Грузии по докладу Гамсахурдиа единогласно принял постановление об упразднении Южно-Осетинской Автономии. Сразу же начались провокации, экономическая, транспортная, информационная блокада, разрушение инфраструктуры. И все же главным козырем в арсенале гамсахурдиевских властей Грузии оставалась военно-политическая сила, перемешанная с уголовщиной.

6 января 1991 года, в 4 часа утра, по сговору с руководством внутренних войск МВД СССР, находившихся в Цхинвале, около шести тысяч грузинских милиционеров и переодетых в униформу уголовников, выпущенных из тюрем Грузии, вошли в Цхинвал и оккупировали большую его часть, заняли все основные объекты жизнеобеспечения. Так началась широкомасштабная военная агрессия против Южной Осетии и осетинского народа, продолжавшаяся более полутора лет.

В ходе этой войны у Южной Осетии появились свой "блокадный Ленинград", "дорога жизни", свои "Хатыни" и ставшая известной всему миру Зарская трагедия. 20 мая 1992 года было совершено одно из самых чудовищных преступлений против осетинского народа. Хотели того власти Грузии или нет, но мир тогда узнал о ней, узнал о геноциде осетинского народа. Демократическая маска, под которой скрывался грузинский неофашизм, была сорвана. С 1989-го по 1992 год — более тысячи погибших, десятки тысяч раненых, сотни сожженных сел и т. д. После всего, что пережил осетинский народ, трудно ожидать возврата к прошлому.

Каковы особенности отношений с Грузией на текущем отрезке времени, действительно ли совместное политическое будущее исключено? В чем заключается, по вашему выражению, "феодально-вассальный синдром грузинского руководства"?

— В составе Грузии нам делать нечего. Это волеизъявление народа нашей республики, подтвержденное двумя референдумами. Грузия — не та страна, которая в состоянии нормально строить отношения с народами, по тем или иным причинам входившими или входящими в ее состав. Примеры: Южная Осетия, Абхазия, Джавахетия, где тоже имеет место межэтнический конфликт.

А по отношению к осетинам Грузия проявляла и проявляет особую жестокость. Суть же феодально-вассального синдрома в том, что Грузия не хочет видеть в осетинах равноправный народ со своей историей, менталитетом и желанием цивилизованного сосуществования со всеми. В советское время политическая иерархичность национальной структуры обнаружила и спровоцировала механизм давления и использования власти над теми, кто в иерархии был по статусу ниже.

Выработался средневековый характер построения отношений. Грузия — республика — нам все; Южная Осетия — автономная область — ей все, что останется, и то, что нам не нужно. Именно в советское время Грузия проводила "культурный" геноцид Осетии — меняла алфавит, преследовала и уничтожала интеллигенцию, не давала возможностей для развития инфраструктуры.

Еще в советский период Южная Осетия занимала в СССР второе место по миграции населения: горные села обезлюдели, поскольку республиканский бюджет не выделял средств на строительство дорог и социальных объектов. Грузинское лобби в коридорах советской власти уже тогда системно проводило антиосетинскую политику, в основе которой был феодальный принцип "сильный всегда прав". А сила была только в статусе союзной республики.

Чем занимается назначенная Грузией "альтернативная власть"? Действительно ли около трети жителей Южной Осетии поддерживают ее, как и федеративный вариант государственного устройства?

— Так называемая "временная администрация" в лице Дмитрия Санакоева и нескольких отщепенцев осетинского общества представляет собой марионеток, действующих по указке грузинских спецслужб, которые их и создали. Марионеточные правительства — не новшество, их использовали в разные времена страны, пытавшиеся силовым путем установить контроль над какой-либо территорией. Вспомнить хотя бы тот же сайгонский режим во Вьетнаме. Кстати, и во Вьетнаме, и у нас авторы технологии одни и те же. Но если там за проамериканскими властями стояла пусть и небольшая, но все же часть вьетнамского общества, то осетин — сторонников Санакоева можно пересчитать по пальцам одной руки. Их не поддерживает даже население грузинских сел, где располагается "временная администрация", а уж сунуться на осетинские территории они и не помышляют. В Осетии, как и на всем Кавказе, предательство считается тягчайшим преступлением, и "временные администраторы" это прекрасно сознают. То же можно сказать об их планах вхождения РЮО в состав Грузии. На референдуме 12 ноября 2006 года почти 100% населения проголосовали за независимость Южной Осетии. Комментарии здесь излишни.

Как вы относитесь к заявлениям о том, что "Кокойты не бывает в Цхинвале, а постоянно прячется в Москве".

— Я ни от кого не прячусь. Кокойты всегда рядом со своим народом. Спросите любого осетина, где бывает его президент во время обострений, и он вам ответит. А когда возникает необходимость, то я, как и любой другой руководитель, выезжаю за пределы республики, равно как и принимаю у себя гостей. Кстати, выезжаю я не только в Москву, но и в другие места. Ситуация складывается таким образом, что за признание нашей независимости приходится ежедневно бороться, и каждый день мы к этому делаем шаги. Приходится выезжать за пределы республики, например, в Абхазию, Приднестровье, Карачаево-Черкессию, в другие северо-кавказские республики. Мы укрепляем наши контакты. Так что это не совсем корректный вопрос. В свою очередь я могу сказать, что, наоборот, президент Грузии Михаил Саакашвили прячется от меня. Как только он пришел к власти, я предложил ему встречу, на которую он до сих пор не пошел, хотя это помогло бы решить многие проблемы. Я предлагал подписание Меморандума о неприменении силы и угрозы ее применения, но сегодня мы видим другое. После прихода Саакашвили к власти грузинской стороной каждое лето делаются попытки захватить Южную Осетию. Декларируя с высоких европейских трибун демократические принципы, на деле он пытается развязать войну.

Охарактеризуйте, пожалуйста, роль России в регионе. Влияет ли она реально на политические процессы? Действительно ли в правительстве республики работают граждане РФ?

— Граждане России работают не только в правительстве, но и во всех других учреждениях — как государственных, так и частных. Довожу до вашего сведения, что 98% населения Южной Осетии имеют двойное гражданство: Республики Южная Осетия и России. Как вы понимаете, Россия не может оставаться в стороне от происходящих в регионе событий. Сегодня она выступает как основной гарант мира на нашей земле. Благодаря российским миротворцам сохраняется статус-кво.

Насколько серьезными можно считать прошлогодние переговоры с РФ по поводу вступления Абхазии и Южной Осетии в СНГ вместо Украины и Грузии либо получения ассоциированного членства республики в составе РФ?

— Мы ведем борьбу за международное признание фактической независимости нашей республики и ко всем переговорам, ведущимся во имя этой цели, подходим с максимальной ответственностью. Это касается контактов с СНГ и тем более с Россией, в составе которой находится вторая часть нашего разделенного народа — Республика Северная Осетия-Алания. Объединиться — первоочередная национальная задача и на севере, и на юге Осетии.

Насколько глубок кризис, поразивший республику вследствие политических проблем? Что делается для его разрешения, например, в случае с блокадой поставок питьевой воды?

— Я бы не стал говорить о кризисе, поразившем нашу республику. Кризис скорее внешний, и порождает его давление со стороны Грузии. Делается все, чтобы парализовать жизнь в нашей республике, — от психологического давления и информационной агрессии до прямых вооруженных провокаций. Мы стараемся на них не поддаваться, но народ Южной Осетии готов к любому развитию событий и даст отпор любым агрессивным действиям.

В рамках того же психологического давления нам перекрыли воду, поступавшую в столицу РЮО Цхинвал, а, учитывая жаркое время года, это чревато гуманитарной катастрофой. Власти РЮО работают над решением этой проблемы. Кроме бурения артезианских скважин, планируется строительство нового водовода Эгра—Цхинвал, который будет полностью проложен на контролируемой осетинской стороной территории.

Насколько велик запас терпения у жителей республики, которым приходится жить в условиях постоянного напряжения?

— Конечно, за 17 лет агрессии населению РЮО пришлось трудно, но, с другой стороны, трудности закалили и характер, и волю к победе нашего народа. Мировой истории известны случаи, когда народы боролись и борются за свободу и независимость десятки лет, а осетинскому народу упорства и терпения не занимать.

Какова судьба обводного газопровода и ЛЭП — на каком этапе находится реализация этого проекта и дадут ли вам возможность довести его до конца?

— Строительство газопровода Дзуарикау—Цхинвал идет полным ходом по сходящимся направлениям. Ветку газопровода тянут и из России, и из РЮО. Стыковка намечена на 2008 год, и в Южную Осетию напрямую поступит российский газ. Что же касается обводной ЛЭП, то эта задача будет решена в более быстрые сроки, так как протяженность линии составляет всего 20 км, и работы будут окончены к концу этого года.

В каком сейчас состоянии находится бальнеологический курорт Джава? Можно ли рассчитывать, что когда-либо Южная Осетия сможет развивать туристический бизнес?

— Южная Осетия — одно из красивейших мест в мире с уникальной природой и климатом. Во времена существования Советского Союза сюда съезжались туристы со всей страны. Естественно, события, развернувшиеся у нас после развала СССР, не очень-то способствовали развитию туризма, поэтому развитая некогда туристическая инфраструктура пришла в упадок, в том числе и Джавские курорты. Тем не менее мы сознаем, что в будущем туризм будет одним из основных источников доходов республики, и уже сейчас намечен комплекс мероприятий по восстановлению наших турбаз и курортов. Как только наша независимость будет признана, у нас не будет недостатка ни в туристах, ни в инвестициях в туристическую индустрию.

Существует ли какое-то сотрудничество между непризнанными республиками, возможны ли некие совместные действия в случае прямой агрессии либо координация при решении общих проблем?

— Южная Осетия активно контактирует со многими непризнанными республиками мира, в первую очередь с Абхазией и Приднестровьем. С ними у нас существуют договоры о взаимопомощи, в том числе и военной. В 2006 году между РЮО, РА и ПМР было достигнуто соглашение о создании Межпарламентской ассамблеи "За демократию и права народов". Кроме того, министерства иностранных дел наших республик поддерживают постоянный контакт и периодически собираются для обсуждения текущих проблем.

Может ли "косовский прецедент" быть перенесен на осетинские реалии, если он состоится, и что будет дальше?

— Безусловно, если Косово признают независимым государством, это станет прецедентом, хотят того на Западе и в Грузии или нет. Тем более что Южная Осетия имеет более веские, чем Косово, основания, чтобы претендовать на международное признание своей независимости. И хотя я думаю, что косовский прецедент в случае его положительного исхода поможет нам в решении наших статусных проблем, все же залогом нашего будущего признания было и остается стремление народа Южной Осетии к свободе и независимости.

Каким образом удалось в последний раз воспрепятствовать переходу границы грузинскими войсками и избежать боевого столкновения? Нас интересует сам механизм "кнопки", выключающей вроде бы явную агрессию. Как и с кем ведутся столь быстрые и эффективные переговоры?

— Последнее обострение обстановки в зоне грузино-осетинского конфликта — не первая подобная ситуация и, к сожалению, не последняя. Грузинская сторона применяет тактику психологического давления на Южную Осетию. Обычно кризис начинается с какого-либо нарушения грузинскими силовиками ранее достигнутых договоренностей. Естественно, мы так или иначе реагируем на это, и тогда зона конфликта буквально наводняется военными подразделениями Грузии. Все это сопровождается соответствующей риторикой грузинских властей и СМИ, обвиняющих южноосетинскую сторону в стремлении развязать новую войну. Учитывая, что население Южной Осетии составляет около 70 тысяч человек, а в Грузии проживает 3,5 миллиона, обвинение более чем нелепое. В Южной Осетии понимают, что подобные провокации — это проверка на прочность, и если мы прореагируем недостаточно жестко, для грузинского руководства это станет сигналом к началу полномасштабных боевых действий. Так как мы реагируем достаточно адекватно, грузинская сторона дает уговорить себя миротворческим силам и Миссии ОБСЕ восстановить статус-кво. До следующего кризиса. Так что обычно речь идет о временной стабилизации. К сказанному следует добавить, что такая тактика в Южной Осетии не работает и не сработает. На карту поставлено само существование южноосетинского народа, и мы полны решимости дать отпор любым агрессивным действиям сопредельной стороны.

Подготовил Дмитрий Заборин