Украина – НАТО: выбора нет

Вокруг темы "евроатлантического выбора" Украины есть много спекуляций, нет главного – нормативно-правовой базы. За 15 лет независимости Украина так и не оформила законодательно свой "евроатлантический выбор". К тому же, по сути, этот выбор сделало не государство, а отдельные украинские политики, пришедшие на волне "оранжевой революции" к власти. Следуя "политкорректности", не будем называть и без того известные общественности фамилии…

Украина – нейтральная. Согласно п. 9 ч. 1 ст. 92 Конституции Украины, "основы внешней политики, а также внешнеэкономической деятельности и таможенного дела определяются исключительно законом". В свою очередь, закладывание законодательных основ – прерогатива Верховной Рады, являющейся, согласно ст. 75 Конституции, единственным законодательным органом страны.

Следует отметить: за 15 лет независимости на Украине закон, определяющий основы внешнеполитического развития страны, до сих пор не принят.

В этой связи вызывают как минимум удивление регулярные заявления президента Виктора Ющенко, а также министра иностранных дел Бориса Тарасюка и министра обороны Анатолия Гриценко во время их заграничных визитов о "необратимости" и "неизменности" "евроатлантического" выбора Украины.

Во-первых, как может курс страны быть необратимым и неизменным, если он до сих пор не определен?

Во-вторых, в силу действующего законодательства уж точно не президент и, тем более, не министр вправе этот курс определять. Этот курс определяется Законом, принимаемым Верховной Радой.

Согласно п. 3 ст. 106 Конституции Украины, президент руководит "внешнеполитической деятельностью Украины". Хотя в чем реально заключается такое "руководство" главы государства, если, согласно ст. 113 Конституции, высшим органом исполнительной власти Украины является Кабинет министров, одним из подчиненных которого является министр иностранных дел?

Однако есть еще одна важная конституционная норма: в соответствии с ч. 3 ст. 5 Конституции Украины, право определять и изменять конституционный строй на Украине принадлежит исключительно народу и не может быть узурпировано государством, его органами или должностными лицами.

В свою очередь, одним из неотъемлемых элементов конституционного строя, согласно Решению Конституционного Суда Украины № 6-рп05 от 5 октября 2005 года, является международная правосубъектность государства. В частности, внешнеполитический курс страны. Именно по этой причине вступление Украины в какой-либо международный союз или межгосударственное объединение, если это влечет некоторое "ущемление" суверенитета, в частности, перспектива вступления в НАТО и ЕС, возможно только при наличии положительных результатов соответствующего всеукраинского референдума.

Однако, даже если законопроект "Об основах внутренней и внешней политики Украины", в настоящее время подготавливаемый в стенах Кабинета министров, когда-нибудь и будет принят, вступление Украины в НАТО будет невозможно ввиду изначального противоречия такого вступления конституционным основам Украины. Точно так же, как, кстати, изначально неконституционны любые "попытки" интегрировать Украину в любой другой военный (военно-политический) союз. Например, в ОДКБ.

На основании Декларации о государственном суверенитете от 16 июля 1990 года Украина провозглашена государством постоянного нейтралитета. Согласно абзацу 5 Раздела IX "Внешняя и внутренняя безопасность" указанной Декларации, "Украина торжественно провозглашает о своем намерении стать в будущем постоянно нейтральным государством, которое не принимает участия в военных блоках и придерживается трех неядерных принципов: не принимать, не производить и не приобретать ядерного оружия".

Безусловно, Декларация о государственном суверенитете не является классическим нормативно-правовым актом. Однако безупречный факт: положения Декларации на Украине имеют высшую юридическую силу, являясь фундаментом национальной государственности. На основе Декларации о госсуверенитете принят Акт провозглашения независимости Украины от 24 августа 1991 года, который, в свою очередь, положен в основу действующей Конституции.

Таким образом, в случае вступления Украины в военно-политический блок НАТО будут нарушены положения Декларации о госсуверенитете, являющиеся фундаментом действующей Конституции.

Кстати, следует отметить, что постоянный нейтралитет Украины не противоречит евроинтеграции. В международном праве нейтральный статус подразумевает, прежде всего, невхождение страны в военные союзы, а также неразмещение на своей территории иностранных военных баз. Яркий пример – Австрия, которая, имея статус постоянно нейтрального государства, часть своего суверенитета делегировала Евросоюзу.

Известно ли о такой правовой позиции сторонникам "евроатлантического выбора"? Безусловно, да. Тем более, "евроатлантистам" об этом постоянно напоминают их политические оппоненты.

В этих условиях очевидно, что, не имея абсолютно никаких правовых оснований апеллировать к выполнению закона, украинские "евроатлантисты" рассчитывают втиснуть Украину в НАТО, что называется, "по факту" или, как говорят юристы, в порядке ad hoc. Даже если для реализации ad hoc "потребуется" нарушить конституционные основы Украины. Тем самым, оставляя своим оппонентам формальное право на обжалование в суде. Отдельный вопрос: какая из международных судебных институций взяла бы на себя смелость рассмотривать такое "дело"?

В истории разных стран и народов давно подмечено: если бы все субъекты отношений исполняли законы, то никогда бы не происходило войн и революций. Например, на Украине в 2004 году не произошла бы "оранжевая революция", если бы каждая политическая сила соблюдала законы в ходе президентской избирательной кампании.

Однако, как известно, история не терпит сослагательного наклонения – "оранжевая революция" произошла, став частью национальной истории Украины. Хотя, с формальной точки зрения, есть все основания признать ее в судебном порядке, например, как "незаконный захват государственной власти". Правда, от этого герой "революции" Виктор Ющенко не перестанет быть президентом Украины – ход истории в обратную сторону повернуть невозможно.

По аналогии, точно таким же путем пытались сторонники "евроатлантического выбора" ввести Украину в НАТО: грубо попирая Конституцию и законы, злоупотребляя своей властью, неожиданно свалившейся на них после "революции" и прикрываясь общественной "смутой", являющейся неизменным последствием любых революций. В порыве своего энтузиазма украинские "евроатлантисты" даже на какой-то момент забыли тот факт, что в конечном итоге вступление Украины в НАТО зависит не столько от выполнения Киевом своих обязательств, сколько от наличия консенсуса по данному вопросу между всеми участниками Альянса.

Квазиосновы "евроатлантизма" Украины. "Правовой" базой, определяющей "евроатлантический курс" Украины, сторонники евроатлантизма называют Универсал национального единства Украины от 3 августа 2006 года, Закон Украины "Об основах национальной безопасности Украины" от 19 июня 2003 года № 964 – IV, а также официальные заявления президента Украины Виктора Ющенко, главы МИДа Бориса Тарасюка и министра обороны Анатолия Гриценко.

"Роль" официальных заявлений высших должностных лиц при определении внешнего курса Украины мы уже рассмотрели.

Что касается Универсала национального единства, то он не имеет силы нормативно-правового акта. Впрочем, этот факт отнюдь не освобождает его подписантов от выполнения взятых на себя обязательств. Правда, это уже показатель уровня политической культуры каждого подписанта. Точно так же, с точки зрения, политической культуры некорректно ссылаться на Универсал тем политикам, которые его не подписали.

Другое дело, что Универсал национального единства ничего не говорит о "неизменном" курсе Украины на вступление в НАТО. В действительности, подписав Универсал, украинские политики "подтвердили неизменность и необратимость внешнеполитического курса Украины, в том числе, на интеграцию в Европейский Союз".

Однако, как можно подтверждать внешнеполитический курс, если он до сих пор не определен базовым законом?

Кроме того, подписанты Универсала также "засвидетельствовали, что стержнем консолидации народа является соблюдение европейского выбора".

Однако, как можно говорить о консолидации народа, если относительно европейского и евроатлантического выбора народ Украины никто ни разу не спрашивал в порядке общегосударственного референдума?

В п. 25 Универсала только говорится о "продолжении курса евроинтеграции с перспективой вступления Украины в Европейский Союз". Что касается евроатлантического вектора, то согласно п. 27 Универсала, политики взяли обязательство на продолжение "взаимовыгодного сотрудничества Украины и НАТО в соответствии с Законом "Об основах нацбезопасности Украины". "Решение вопроса относительно вступления в НАТО по результатам референдума", – четко отмечается в Универсале. Хотя, с другой стороны, как можно выносить на референдум вопрос, изначально противоречащий конституционным основам Украины?

Обосновывать "евроатлантический выбор" Украины ссылкой на нормы Закона "Об основах национальной безопасности Украины", с юридической точки зрения, неуместно.

"Этот Закон в соответствии с п. 17 ч. 1 ст. 92 Конституции Украины определяет основы государственной политики, направленной на защиту национальных интересов и гарантирование на Украине безопасности личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз во всех сферах жизнедеятельности", – отмечается в преамбуле Закона "Об основах нацбезопасности".

Хотя вопрос вступления во внешнеполитические союзы – это вопросы внешней политики, а не нацбезопасности, и потому здесь ссылка уместна не на п. 17, а п. 9 ст. 92 Конституции Украины.

Однако даже при всем этом в законе "Об основах нацбезопасности" ничего не сказано о перспективе вступления Украины в НАТО. Есть только расплывчатая формулировка в ст. 6, устанавливающей приоритеты национальных интересов Украины.

Самым последним (десятым) "приоритетом нацинтересов" является "интеграция Украины в европейское политическое, экономическое, правовое пространство и в евроатлантическое пространство безопасности".

Как известно, юриспруденция всегда любит точность. В связи с этим можно ли отождествлять общее по содержанию понятие "европейское пространство безопасности" с конкретным понятием "Северо-Атлантический альянс НАТО"? И как в таком случае быть, если на политической карте мира появится еще одно "евроатлантическое пространство безопасности", как к этому призывают сторонники создания самостоятельных Вооруженных Сил Евросоюза?

"Туманные" стандарты НАТО. Евроатлантическая интеграция всегда предполагает двусторонний процесс. С одной стороны, страна-кандидат должна выполнить определенный перечень обязательств. С другой стороны, страны-члены НАТО должны всесторонне, полно и объективно оценить выполнение этих обязательств и только после этого вынести свой "вердикт". Брюссельские заявления Виктора Януковича вызвали шквал критики со стороны украинских "евроатлантистов", пытающиеся повесить на премьера все собственные просчеты и провалы.

При этом игнорируется тот факт, что именно Вашингтон после того, как потерпела крах "оранжевая коалиция", решил временно не приглашать Украину к подписанию ПДЧ. Отметим: это произошло бы в любом случае, независимо от степени выполнения Киевом Плана действий "Украина – НАТО". Причина – расплывчатость "критериев" приобретения членства в Альянсе.

Более того, ни в базовом Североатлантическом договоре 1949 года, ни в других договорах НАТО нет "универсальных критериев" членства в НАТО. Например, таких, каковыми являются "копенгагенские критерии", являющиеся обязательной "программой-минимум" для каждого кандидата на членство в ЕС.

В принципе, на основании ст. 10 базового Североатлантического договора 1949 года вступить в НАТО может "любое государство". Список условий для этого – минимален.

Во-первых, государство-претендент должно быть "европейским". Например, таким "европейским" государством, как Турция, являющаяся более полувека полноправным членом Альянса.

Во-вторых, "европейское государство" должно быть "способно реализовывать принципы НАТО и способствовать безопасности в Североатлантическом регионе".

В-третьих, вступление "новичка" в Альянс должно быть предварительно одобрено всеми действующими странами-членами. При этом свое решение каждая страна принимает, прежде всего, исходя из своих национальных интересов.

Существующий нормативный пробел более четких критериев членства за 57 лет существования НАТО восполнила практика. Ввиду того, что по своему статусу Северо-Атлантический альянс является военно-политической организацией, все критерии членства в нем можно разделить на 3 основные группы: сугубо военная реформа, политические реформы (демократизация общественной жизни, построение правового государства и становление гражданского общества, борьба с коррупцией), а также построение рыночной экономики.

Однако в любом случае конкретный план евроатлантической интеграции НАТО и страна-кандидат согласовывают в индивидуальном порядке.

Кстати, нормативная размытость критериев членства в НАТО значительно политизирует процесс евроатлантической интеграции. Одной из "жертв" такой политизации стала Хорватия, уже около пяти лет ожидающая заслуженного вступления в Альянс.

Говоря о "готовности" Украины ко вступлению в НАТО, с точки зрения соответствия военным критериям, следует отметить, что за время военной "реформы" обороноспособность украинской армии катастрофически снизилась, сделав ее опасной для мирного населения. Примеров "общественной опасности" армии Украины уже накопилось достаточно: сбитый ракетой над Черным морем во время учений Ту-154, направляющийся из Новосибирска в Тель-Авив – в 2000 году, расстрелянный танковым "залпом" жилой дом в Борисполе под Киевом – в 2001 году, авиатрагедия под Скниловом – в 2002 году...

Не лучше дела обстоят в продвижении демократических реформ: за 15 лет государственная власть на Украине до сих пор не сбалансирована, в результате чего общество периодически сотрясает перманентный политический кризис.

Что касается экономических реформ, то главным их результатом остается продолжающееся стремительное обедненение населения. Несмотря на формально функционирующие госпрограммы по борьбе с бедностью.

Кстати, в разряд бедных в современной Украине попали, в том числе, военные офицеры, которым государство в начале армейской карьеры выделяет денежное довольствие в сумме, не превышающей $200. А при галопирующем росте цен на недвижимость, украинский офицер абсолютно не имеет даже теоретических шансов за всю свою жизнь приобрести собственное жилье.