Статьи
19.08.2005 15:22

Стая

Истина всегда где-то посередине. В оттенках, полутонах и нюансах. В разнице между стремлением казаться и быть. Это касается и отдельного человека, которому в отношении себя самого все же легче приводить в соответствие кажущееся и реальность. И целых групп людей. Объединенных некой корпоративной общностью в выборе рода занятий и принципов работы, но разделенных сиюминутной конъюнктурой и конкретно поставленными задачами, а посему лишенных возможности найти истину, приемлемую для всех. Или хотя бы для большинства. Украинского журналистского цеха это касается в первую очередь, что и подтвердил самый громкий скандал последних дней, непосредственно связанный с публикацией сведений о стиле и особенностях жизни сына Президента Виктора Ющенко и реакцией отца – главы государства – на опубликованное…

Скандал оставил после себя больше вопросов, чем ответов. Потому что до сих пор неясно, чем он закончится, когда и что станет его заключительным аккордом. А ведь все, казалось бы, предельно просто. Журналисты написали, что 19-летний сын Президента, мягко говоря, живет не по средствам. Не только своим личным, но и не по средствам отца, который сам публично задекларировал максимальную открытость жизни и финансовой деятельности. И своей, и высших должностных лиц страны. А потом, когда принцип транспаретности вроде бы сработал, Президент взял да и обиделся на журналиста. Обозвал его "нанятым киллером", а своему сыну, у которого "есть свое дело", предложил поставить "перед мордой" любознательного медийщика все счета из ресторанов. Журналисты тоже обиделись и в коллективном письме потребовали от Президента извинений. В первую очередь за грубость и отход от своих же принципов.

Итак, вопросы — политические, эмоционально-психологические, нравственные, чисто корпоративные, журналистские. Как сделать так, чтобы отношения СМИ и власти вошли в цивилизованное русло, а выступления журналистов не воспринимались власть предержащими как чистая заказуха или черный пиар, направленные на уничтожение конкурентов, разобщение элиты, подрыв институтов власти и общее загрязнение политической среды обитания? Это старая проблема Украины, где власть всегда болезненно относилась к критике со стороны журналистов и всеми правдами и неправдами старалась разделить медийное сообщество на "своих" и "чужих". Старой власти это удалось преотлично. Каждый мало-мальски заметный олигарх, политик и даже орган власти заимели прикормленные масс-медиа или отдельных журналистов, которых и бросали на всевозможные "амбразуры" в моменты обострения политического или межличностного противостояния. И сейчас власть новая, получается, пожинает плоды старых деяний и не может отойти от старых стереотипов восприятия? И опять хочет ручные СМИ? А как же обещания свободы слова и невмешательства в работу СМИ?

Как "разъединить" в одном субъекте журналистского внимания человека и политика или государственного деятеля? Как найти грань, за которой заканчивается политика или исполнение служебных обязанностей и начинается личная жизнь, невмешательство в которую гарантировано Конституцией, но которая, в соответствии с мировыми стандартами, должна быть максимально открытой?

Как помочь власть предержащим уразуметь, что в стране тотальной коррупции и всеобщего подсиживания у них и у их детей не может быть щедрых "друзей"? Как интегрировать в нормальную общественно-политическую жизнь отпрысков всех этих деятелей, чтобы это не вызывало нареканий со стороны людей, у которых нет таких финансовых возможностей, как у детей сильных мира сего, но которые — тоже граждане этой страны и хотят жить лучше?

Что должен делать Президент, которого оскорбили не как главу государства, а как отца? Ющенко справедливо напомнил, что и он сам, и члены его семьи в недалеком прошлом подвергались не просто психологическому давлению, но и угрозам физического устранения. Более того, они и стали жертвами покушений и наездов. Но дает ли это ему право именно так, как он это сделал, реагировать на критику СМИ?

Более того, уместно ли даже в пылу полемики и справедливой обиды обвинять в киллерстве журналиста, который еще совсем недавно был вместе с ним во всех "горячих точках" и так много сделал для его, Президента, победы? Вряд ли... Но с другой стороны, Президент — тоже человек, отец, мужчина, в конце концов, чья прямая, естественная, если хотите, обязанность — заботиться о детях, защищать их. Это его функция, заложенная природой. Как тут помочь политикой "подкорректировать" матушку-природу, чтобы и себе, и людям не обидно было? Как быть адекватным и понятным? Как выйти с наименьшими потерями и незапятнанной репутацией из этой "войны обид" так, чтобы в дальнейшем никому обидно не было — ни Президенту, ни журналистам? Как понять, что эмоции, конечно, определяют форму их выражения, но не должны этого делать, если ты облечен властью и у тебя гораздо больше возможностей поквитаться с обидчиком? А как быть тогда с риском нарваться на адекватную "ответку", но в другой, извращенной форме?

Надо ли понимать и прощать сына Президента, совсем еще молодого человека, перед которым открылись новые возможности в личной жизни и образовалась новая, доселе неведомая, нравственно-психологическая среда? Да, похоже, "занесло" сына Президента, не совладал он с новыми обстоятельствами, возможно, с первой любовью, во имя которой хочется не то что машину неправильно припарковать или в ресторане расщедриться, но и горы свернуть. И как нужно поступать отцу, обществу, журналистам — входить в его положение, воспитывать или жестко критиковать, опускаясь до откровенной травли? Кажется, нужно делать все понемногу и ни в коем случае не доводить до психологического срыва. Но как это сделать и открыто, и разумно, и толерантно, когда есть только "голая" наука об этом, но практический опыт отсутствует?

И наконец, как наладить нормальный диалог власти и СМИ? Журналистика в Украине однозначно задержалась в своем становлении самостоятельного института открытого демократического гражданского общества. Она до сих пор ищет свое классическое место в жизни страны, когда можно быть одновременно и плюралистической, и объективной, и содержательной. Быть такой на самом деле, а не казаться. Служить обществу, а не прислуживать отдельным его деятелям. Не получается пока, не получается…

Вот в этих условиях как найти ту подлинную причину, которая позволит отдельно взятым "цепным псам демократии" демонстрировать корпоративную солидарность для защиты интересов каждого журналиста, невзирая на политические или иные предпочтения, а не превращаться в стаю шакалов, готовых подкормиться с брошенного в корыто. Есть это в Украине? Нет. В прежней журналистской жизни борьба за свободу слова на всех не распространялась, а "работала" только в отношении "своих". Так однозначно было при старом режиме, так, похоже, продолжается и при новом. Где было пресловутое "корпоративное братство", когда травили "Киевский телеграф", ТРК "Эра" и массу других центральных или региональных СМИ? Неужели никто не знал, что "Киевский телеграф" смог выстоять в 22 (!!!) судах, которые проходили одновременно в 11 регионах Украины, и отстоять правоту своей информации, а значит, и позиции? Что, тогда команды не было поддерживать "не свои" СМИ, и вовсю работал выборочный принцип?

Почему слово "морда" так обидело журналистов, когда так устами нового Президента обозвали лицо одного из них, но не вызвало никаких чувств, когда президент старый в мае 2003 года разрешал всем желающим "дать в морду" журналистам и владельцам "Киевского телеграфа"? А ведь Виктор Андреевич таким образом защищал имя и репутацию своего сына, а Леонид Данилович предлагал при помощи кулаков разобраться за статью о Тарасе Шевченко, кстати, написанную реальным автором, высказавшим свое личное мнение открыто, а не писакой, трусливо скрывающимся за гнусненьким псевдонимом? "КТ" тогда дал возможность высказаться на эту тему "шевченкиады" всем, кто имел противоположную точку зрения, но корпоративной защиты так и не дождался. Как не дождался он ее и во время травли его "дядьками из СБУ", на которых намекал в данном случае нынешний Президент и которые при прежнем главе государства позволяли себе "жать на прессу" и таскать ее по судам по полной программе. Что, сейчас тогдашние "дядьки" стали более актуальными или просто разрешили говорить о них, а несколько месяцев назад боязно было? Мы, если честно, ожидали поддержки, хоть и не очень на нее надеялись. Ведь мы у себя в газете, через своих партнеров на Би-Би-Си, на ТРК "Эра" устами Сергея Набоки рассказывали о неблаговидных деяниях министров и высокопоставленных чиновников Евгения Марчука, Георгия Кирпы, Сергея Тулуба, которые наносили вред всей стране и ее имиджу. Но все молчали. И так называемые "прогрессивные СМИ", и фонды, созданные для защиты свободы слова, ее утверждения в Украине, защиты прав каждого журналиста, подвергающегося "наездам" со стороны власти, и всевозможные корпоративные этические комиссии, призванные следить за соблюдением журналистских стандартов в работе. И мы со своими проблемами справились сами. А сейчас просто интересно знать, не повторится ли это "молчание ягнят" снова, когда изменятся команды или командиры?..

Сейчас опять "модно" говорить о корпоративной солидарности, о единых стандартах журналистской работы, о свободе слова. Но еще несколько месяцев назад многие сегодняшние поборники этой свободы и слышать не хотели о тех, кто придерживался другой точки зрения на происходящие события. Кто не боялся ее высказывать хотя бы для того, чтобы представлять и другую сторону политического противостояния и давать возможность говорить и ее сторонникам. Как только не называли "оранжевые" журналисты своих "бело-голубых" коллег! А сейчас призывают "дружить домами", потому что их, видите ли, обидели. И дружить, несомненно, надо. Но где гарантия, что следующая политическая кампания — парламентские выборы-2006 — вновь не разведет медийщиков по разные стороны баррикад? Откуда черпать уверенность, что власть и те, кто ее еще совсем недавно поддерживал, а сейчас "резко критикует", не будут и впредь действовать заодно, в том числе и против своих оппонентов из СМИ, потому что нынешние события и разногласия — это только классическое "милые бранятся — только тешатся"? Вызывает, как минимум, недоумение и такой вопрос: как так получилось, что к ультимативному требованию к Президенту извиниться за несдержанное поведение приплюсовываются совсем не имеющие к этому отношения проблемы, например, нежелание создавать общественное телевидение, попытки поставить под контроль интернет-издания или запретить журналистам касаться предвыборных программ партий и блоков на предстоящих парламентских выборах? Да, эти "непонятки" в исполнении власти, похоже, действительно свидетельствуют о нездоровой тенденции установления более жесткого контроля над СМИ. Но по каждой из этих проблем необходимо отдельное заявление с четким изложением своей аргументации, анализа мирового опыта и прогнозов насчет последствий таких шагов для имиджа и власти, и страны. А так получается, как в поговорке: "Пойдем в баню — заодно и помоемся"...

Сейчас СМИ стало работать свободнее. Это факт. Общество имеет право на получение информации, и сегодня оно ее получает. Но оправдывает ли цель средства, которыми эта информация добывается и доносится? Очищает ли это общество грязь, которая льется из масс-медиа и популяризируется в них? И как сделать всеобщим понимание того, что свобода слова, цензура, как и самоцензура, определяются не только и не столько законами или конституционными нормами, сколько внутренним состоянием каждого, его тактом и воспитанием, подсказывающими, что горбатому нельзя говорить, что он горбатый, только потому, что это стыдно и недостойно? Ведь подлинно свободный человек — не тот, кому дали свободу сверху или снизу, а освобожденный самостоятельно, внутри себя убивший раба, самая сладкая мечта которого — самому себе выбирать хозяина. Хозяин у журналиста один. На все времена и у всех народов. Это общество, в котором он, журналист, живет и которому он должен служить. Потому что работа у него такая. И общество, конечно, тоже можно СМЕНИТЬ. Но какое это, наверное, сладостное чувство — понимать, что ты хоть частично это общество ИЗМЕНИЛ. И изменился сам, может быть. Это, кстати, и должно быть той суперзадачей, тем краеугольным камнем и той центральной идеей, которая может сплотить журналистское сообщество и помочь ему выполнить свою функцию…

…Сегодня можно констатировать, что украинское общество по-прежнему больно. Социальным неравенством. Отчуждением между властью и собственным народом. Разобщенностью элит, "заряженных" на взаимное уничтожение любой ценой. И потому возникает еще вопрос: кто станет следующей жертвой борьбы за свободу слова в таком виде, как сейчас, когда нужная обществу, журналистскому сообществу, власти дискуссия вылилась во взаимные оскорбления и упреки? Чьим еще детям, матерям и женам, братьям и сестрам придется "отвечать" за то, что их родственники занимаются политикой или находятся на руководящих постах во власти? Обществу и стране нужно оздоровление. Но перед этим необходимо поставить правильный диагноз. Всем. "Полечимся" же вместе, авось что-то и получится…

Коллектив "Киевского телеграфа"

При полном или частичном использовании материалов сайта, ссылка на "Версии.com" обязательна.

Всі інформаційні повідомлення, що розміщені на цьому сайті із посиланням на агентство "Інтерфакс-Україна", не підлягають подальшому відтворенню та/чи розповсюдженню в будь-якій формі, інакше як з письмового дозволу агентства "Інтерфакс-Україна