Записки свидетеля реформы

Наверное, имеет смысл еще раз внимательно проанализировать: что же произошло буквально за несколько минут до печального завершения конституционной реформы? Мнений экспертов, политологов и журналистов по этому поводу существует очень много. Но чего-то не хватает. Например, записок очевидца. Да еще не просто очевидца, а человека, разбирающегося в тонкостях конституционного процесса, знающего изнутри всю кухню принятия решения. Поэтому мы обратились за помощью к народному депутату Виктору Мусияке.

Он юрист и к тому же не голосовал за реформу по правовым соображениям. В результате возникла идея реализовать проект под условным названием "последние 10 минут реформы глазами парламентария". После непродолжительной дискуссии удалось убедить Виктора Лаврентьевича самому изложить свои мысли. К чему излишняя скромность? Он привык к юридическим формулировкам, и, учитывая деликатность и неоднозначный характер темы, было бы неплохо снизить уровень "информационного шума". Знаете, как бывает: хотел сказать одно, его поняли не так, а в результате получилось, как всегда. Признаемся, результатов "журналистского расследования" депутата Мусияки в редакции ждали с определенной тревогой. Успеет ли уложиться в достаточно сжатые сроки? И что в конце концов из этого получится? Ведь "шакалам пера" присущ определенный снобизм. Дескать, только они могут профессионально все изложить на бумаге, а остальные — просто любители. Особенно депутаты, которые, как правило, пишут длинные, скучные тексты, читать и править которые — сущее наказание.

Да и сам Мусияка волновался перед дебютом. Честно предлагал "убрать эмоции", "выжать воду". Но ничего такого делать не пришлось. Конечно, в тексте встречаются достаточно сложные фразеологические конструкции. Однако те, кому приходится иметь дело с юридическими текстами, понимают — это неизбежные издержки "правового производства". Без них ну никак не обойтись. Как и без привычки Виктора Лаврентьевича писать полное название всех законодательных актов. Журналисты предпочитают этого избегать, но у нас — совершенно особый случай. Появилась хорошая возможность сопоставить две точки зрения на одну конституционную проблему. Условно говоря, есть версия событий Виктора Мусияки и особое мнение Александра Мороза. Таким образом, выдержан базовый принцип редакционной политики "КТ": главное — это баланс. Кроме того, Виктору Лаврентьевичу представилась хорошая возможность для дебюта в качестве журналиста. Ведь он написал свою статью "под заказ" в очень сжатые сроки.

В последние минуты перед голосованием по внесению изменений в Конституцию Украины спрессовалось все напряжение почти полуторагодичных прений депутатов, различных политических и околополитических сил. Решающий день конституционной реформы начался в полном соответствии с постановлением Верховной Рады от 7 апреля 2004 года. Этим документом определялся порядок рассмотрения законопроекта №4105 "О внесении изменений в Конституцию Украины". Выступления сопредседателей Временной специальной комиссии (ВСК) ВР по доработке проектов законов Украины о внесении изменений в Конституцию Украины Степана Гавриша и Александра Мороза (с особым мнением). Затем — особые мнения депутатов Ивана Заеца и Николая Катеринчука. Традиционные выступления от фракций и депутатских групп.

Часть сессионного зала изображала толпу героев, играющих роль статистов. Другие внимали аргументам выступающих. Обычная вроде бы картина пленарного заседания. Но ощущалось, что многим непосвященным в некоторые детали конституционного процесса было нелегко понять мотивы поведения ряда главных "фигурантов" политической реформы, прежде всего — Александра Александровича Мороза.

Накануне на заседании ВСК проходили сложные прения вокруг двух основных вопросов:

1) обсуждать ли (и, главное, голосовать ли!) законопроект №4105 "постатейно" или "в целом";

2) если обсуждать постатейно, то допускать ли исключение тех или иных положений законопроекта из его текста? Часть членов ВСК (Иван Заец, Юрий Ключковский, Александр Мороз, ваш покорный слуга, Сергей Соболев, Сергей Шевчук) настаивали на постатейном голосовании законопроекта с возможностью исключения отдельных его положений с тем, чтобы не затрагивать при этом текст действующего Основного закона.

Большинством голосов было принято решение предложить парламенту голосовать законопроект "в целом". Особо отмечу предложенное комиссией и принятое Верховной Радой положение, отраженное в тексте названного выше постановления от 07.04.2004 года: "Во время рассмотрения законопроекта дополнения к нему не вносятся, изъятия не допускаются". В этот момент заседания комиссии Александр Александрович Мороз заявил о своем желании выступить на пленарном заседании с особым мнением. О содержании этого мнения он не распространялся, поскольку, по его словам, в таком случае будет неинтересно в зале. Следует искренне отметить, что изложение непосредственно в зале пленарных заседаний особого мнения Александра Александровича сделало его действительно интересным с разных точек зрения. Сюрприз лидеру соцфракции удался на славу.

По существу, весь пленарный день 8 апреля стал бенефисом Александра Мороза. Он мастерски завладел вниманием коллег уже в процессе изложения особого мнения о том, что и как необходимо голосовать. Дело в том, что "довеском" к особому мнению Мороза был интересный документ, розданный депутатам утром в день голосования у столов регистрации. Этот документ был назван "Проект закона о порядке вступления в силу Закона Украины "О внесении изменений в Конституцию Украины" и шел в комплекте с "Предложениями к проекту закона №4105 (по тексту)". То есть под одним номером были зарегистрированы два проекта законов.

Но отдельно розданный законопроект с соответствующей сравнительной таблицей под названием "О внесении изменений в Конституцию Украины" имеет "оригинальный" номер регистрации — "К №4105. Дата — 07.04.2004". В таблице первая колонка содержала текст действующей Конституции Украины, средняя — редакцию законопроекта №4105, предложенную ВСК, третья колонка называется "редакция законопроекта №4105, предложенная народными депутатами Украины — членами ВСК для принятия Верховной Радой Украины (Вариант 2)". Как раз третья колонка и была тем сюрпризом, о котором в течение всего дня во всех своих выступлениях говорил Александр Александрович, называя его "мой проект", "мой закон"… Признаюсь, я испытал достаточно противоречивые чувства. При самом искреннем и глубочайшем уважении к Александру Александровичу не могу не сказать: на мой взгляд, это была абсолютно авантюрная затея. В парламенте нет другого человека, более искушенного в процедурах Регламента, чем Александр Мороз. Даже депутат-заднескамеечник (не по месту сидения!) знает, какова процедура подачи предложений к законопроекту, тем более, по внесению изменений в Конституцию Украины.

Более года работала ВСК парламента, из них более шести месяцев — над законопроектом №4105. И вот в день решающего, окончательного голосования сопредседатель комиссии вносит на голосование другой законопроект, который в соответствии со всеми формальными требованиями даже не должен был раздаваться народным избранникам. Такое мог позволить себе лишь дилетант в законодательном процессе, либо Александр Мороз. При всем моем неприятии проекта внесения изменений в Конституцию №4105 я все же пытался понять, что могло подвигнуть Александра Александровича на такой отчаянный шаг — попрать все условности процедуры и настойчиво убеждать, требовать последовать его призыву: голосовать именно за его вариант (№2) изменений Конституции. Мороз в течение всего дня, терпя и игнорируя обидные, оскорбительные и незаслуженные упреки недавних соратников, буквально вдалбливал в их невосприимчивое сознание приемлемость, прежде всего для них, "его" законопроекта. Чтобы хотя бы приблизиться к пониманию того, на чем основывается вера и убежденность Мороза, пришлось срочно, в "полевых" условиях пленарного заседания, изучать вариант №2.

В целом оказалось, что Александр Александрович несколько "подправил" ряд положений проекта №4105. Он возвратил четырехлетний срок полномочий парламента, уравняв его со сроками полномочий Верховного Совета Автономной Республики Крым и местных советов. Были оставлены все основания для прекращения полномочий народного депутата, в том числе и механизм действия императивного мандата. Регламент по-прежнему являлся внутренним актом парламента, утверждаемым постановлением ВР, а не законом. Способ создания парламентской коалиции также оставлен без изменений. Из пункта 12 статьи 85 изъяты полномочия Верховной Рады по назначению главы службы безопасности, но я почему-то так и не нашел этого права в разделе, где речь идет о полномочиях президента. Возможно, произошла техническая ошибка. Там вычеркнули, а в нужном месте вставить текст не успели. Идем дальше. Главе государства возвращено право освобождать Генерального прокурора без согласия Верховной Рады. Право назначения членов Конституционного суда поделено поровну между парламентом и президентом. Главе государства оставлено право вносить предложение Верховной Раде об ответственности Кабинета министров. Как и в "каноническом" варианте №4105, названы те же три основания для досрочного прекращения полномочий парламента. Президенту оставлено право вносить представление Верховной Раде о назначении министров обороны и иностранных дел. Напомню, где-то еще "затерялся" глава Службы безопасности. Главе государства также оставлено достаточно спорное право останавливать действие актов Кабинета министров Украины в случае несоответствия их не только Конституции, но и законам, актам президента с одновременным обращением в КС относительно их конституционности. Оставлен тот же объем (и те же пути реализации) полномочий, предусмотренных ст. 106 Конституции, которая требует контрассигнации. Сохранены "старый" механизм формирования Кабинета министров; содержание соответствующих пунктов ст. 116, дающих право КМ создавать, реорганизовывать и ликвидировать министерства и другие центральные органы исполнительной власти, а также право назначать и освобождать руководителей исполнительной власти и глав местных госадминистраций. Осталось и право членов Кабинета министров совмещать свой пост с мандатом народного депутата Украины.

Убран пункт 5 ст. 121, предоставляющий право осуществлять общий надзор прокуратуре. Судьи Верховного и Конституционного судов, по проекту Александра Александровича, могут пребывать на своем посту до достижения 70-летнего возраста. Заключительные положения в редакции Александра Мороза претерпели наиболее серьезные изменения. Вместо четырех пунктов раздела проекта №4105 в варианте Александра Александровича предложена формулировка, отсылающая к Закону "О порядке введения в действие Закона "О внесении изменений в Конституцию", который должны принимать 2/3 народных депутатов от конституционного состава Верховной Рады.

Что получилось в итоге? Некоторое усиление полномочий президента (в сравнении с законопроектом №4105). Оставлены все одиозные, неприемлемые или спорные положения, касающиеся императивного мандата, механизм освобождения Генерального прокурора, назначения главы Службы безопасности, членов Конституционного суда. Оставлен тот же "железобетонный" механизм импичмента при реальном праве президента распускать парламент. Никуда не исчезла неприемлемая технология отмены актов Кабинета министров. Более чем спорным выглядит право Кабмина создавать, реорганизовывать и ликвидировать министерства и ведомства. Вы не будете успевать загибать пальцы, пересчитывая новые министерства и ведомства. Изъят пресловутый пункт 5 статьи 121. Кстати, от имени "Нашей Украины" Николай Катеринчук абсолютно негативно отзывался о праве членов Кабинета министров иметь мандат народного депутата, что закреплено в проекте №4105. Но это право сохраняется в варианте, который предложил Александр Александрович.

В целом данный проект изменения Конституции, на мой взгляд, является еще менее приемлемым, чем "первозданный" №4105. Однако если к технологии "чистки" основного текста ("тела!") проекта №4105 особых претензий нет (хотя пункт 12 статьи 85 так изменять нельзя, не имея соответствующего вывода Конституционного суда), то "Заключительные положения" в новой редакции, безусловно, требуют нового вывода КС.

Можно было вообще убрать "Заключительные положения" и предложить отдельный Закон "О введении закона №4105 в действие". Хотя и здесь есть незначительный дефект. Последняя часть ст. 94 Конституции Украины гласит "Закон вступает в силу через 10 дней со дня его официального опубликования, если иное не предусмотрено в самом (!) законе, но не раньше дня его опубликования". То есть время введения в действие закона "О внесении изменений в Конституцию" должно быть указано в самом законе о таких изменениях.

Чего же, в таком случае, добивался Александр Александрович, постоянно твердя о том, что его законопроект устроит всех, что именно он необходим стране, приглашая, прежде всего, "нашеукраинцев", "бютовцев", коммунистов голосовать именно за вариант №2? Морозу отказали в поддержке, потому что каждая из этих политических сил могла найти в его законопроекте положения, которые их не устраивали: одних — императивный мандат, других — нарушение договоренностей; третьих — неприемлемость вообще каких бы то ни было изменений к Конституции; четвертые (большинство) уже были сориентированы на конкретный проект №4105. Даже новые переходные положения не соблазнили "нашеукраинцев". Именно стремление максимально гармонизировать потери всех потенциальных участников конституционного процесса могли подвигнуть Александра Александровича Мороза к принятию изменений в Конституцию, пренебрегая регламентными процедурами. Иного объяснения таким действиям Александра Александровича я не нахожу.

Апогей всего этого действа — финальные 10 минут. Сегодня они тщательно исследуются, особенно теми, кто обязался обеспечить позитивное завершение конституционного процесса. Сложилось впечатление, что руководители фракций, взвесив перспективы голосования, пришли к выводу: единственным способом обеспечить его позитивное завершение является путь, озвученный председателем Верховной Рады. Совет руководителей фракций должен был понимать, что уполномочивая Владимира Литвина поставить на голосование проект закона, в котором указан момент введения в действие изменений к Конституции, совпадающий со временем вступления в должность новоизбранного президента, они дают спикеру карт-бланш на нарушение ч. I п. 7 и ч. IV п. 5 постановления о порядке рассмотрения законопроекта №4105 от 07.04.2004 г. Напоминаю, что этими положениями постановления предусмотрено голосование законопроекта "в целом, без дополнений и изъятий". Литвин не мог не понимать, что в его действиях, скажем так, "присутствует изъян". Он — последняя инстанция под куполом на Грушевского, 5; и последнее слово всегда остается за ним, но в этот вечер он решил следовать решению Совета руководителей фракций, который взял на себя львиную долю ответственности за процесс принятия изменений в Конституцию. Меня тоже сначала смутила формулировка Литвина, предложенная для голосования. Я сигнализировал председателю, предполагая уточнить — какой законопроект поставлен на голосование; но машина уже была запущена. Текст, который произнес Владимир Литвин, был роздан депутатам за несколько минут до голосования. В нем в скобках был указан номер 4105, на табло тоже появился №4105. В этот момент я понимал, что голосуется, хотя сам и не участвовал в голосовании. Сомнений у меня на этот счет нет. Хотя и нет сомнений в очевидном нарушении специального постановления Верховной Рады Украины от 07.04.2004 г. Вместе с тем сегодня следует признать, что процесс внесения изменений в Конституцию Украины по законопроекту №4105 завершен и к нему применены в полной мере положения ст. 158 Конституции Украины: "Законопроект рассматривался Верховной Радой Украины и закон не был принят". Почему он не был принят — отдельный вопрос.

Каким бы странным это ни казалось, но основные действующие лица процесса конституционной реформы своими действиями объективно обусловили полученный результат. Все завершилось абсолютно логично. Воистину: если бы не было того, что было, было бы то, чего не могло не быть…

Что дальше? Продолжение обязательно последует. Не стоит особенно расстраиваться тем, кто стремился к победному финишу любой ценой, предвкушая грядущую достойную награду. Нельзя забывать, что если каждому будет воздаваться по заслугам, то у многих знаки отличия будут не спереди, а сзади. До последнего времени работа над изменениями в Конституцию шла по принципу "ничто так не объединяет белых и красных, как ненависть к рыжим". Сегодня этот принцип даже для самых рьяных неактуален. Теперь все участники политической реформы могут искренне демонстрировать и реализовывать стремление к проекту, максимально приемлемому для всего украинского общества.

Опыт работы ВСК достаточен для скорейшей подготовки нового законопроекта. За основу можно взять один из двух проектов, уже прошедших Конституционный суд: №3207-1 и №4180. Не исключено обращение и к законопроекту Александра Мороза, поскольку все равно придется обращаться в Конституционный суд. Проект №4105 "почил"… Да здравствует проект №…?!