Жизнь по уставу

Не зря, ох, не зря спикер Владимир Литвин отменил свой визит в Китай. Конечно, страна потеряла уникальную возможность совершить прорыв в отношениях с Пекином. Но депутаты – как дети малые: стоит только уехать, как тут же начинается форменный бардак. Никакой дисциплины. То законы норовят принять без всякого регламента или, что еще хуже, Конституцию надумают менять. И это при живом-то спикере! Точнее, во время его служебной командировки. Поэтому Литвин решил остаться и научить кое-кого уважать регламент. Ведь если бы не было регламента, то парламентарии, как обезьяны, сидели бы на фонарных столбах без всякой дисциплины.

Ведь что важнее всего в Верховной Раде? Неуклонное следование регламентным нормам. Уместно вспомнить знаменитое высказывание древних латышей. Точнее, изречение на латинском "Sic transit gloria mundi". В вольном переводе Владимира Михайловича это означает приблизительно следующее – мирская слава проходит, а регламент работы Верховной Рады, как и устав караульной службы, вечен. Помнится, стою я на боевом посту в учебке. Караулю какой-то склад, расположенный чуть ли не в центре части. Несу службу бдительно, поскольку до того меня месяц тренировали на знание устава в части обязанностей часового. Все уже отработано на уровне рефлексов: "Разводящий ко мне, остальные на месте!", "Стой, кто идет?", затем предупредительный выстрел вверх и далее по тексту. Но никто не предупредил меня, что днем на объект имеет право доступа целая туча народа. Заступил я на свой пост – будка со стеклянными окнами, которые не открываются, – учу регламент, то есть устав, и параллельно обдумываю концепцию дао в изложении Конфуция под редакцией Тихолаза. Последний произвел на меня неизгладимое впечатление во время экзамена в универе. Он сказал, что ни один студент не в состоянии понять дао. И был, в общем-то, прав. После этого случая я стал иногда подумывать о дао. В момент глубокого размышления мой внутренний взор зафиксировал прапора, который нагло вторгся на территорию вверенного мне объекта. Прекрасно помня, что часовой при исполнении, который замочит мерзавца, будет прав, я развил бурную деятельность. Во-первых, стал орать. Поскольку до прапора было далеко, а стекло здорово гасило звуковые вибрации, то военный даже ухом не повел. Во-вторых, снял автомат с предохранителя и передернул затвор. В-третьих, попытался связаться с разводящим по телефону. Поскольку проделывать все эти операции одновременно было крайне затруднительно, пришлось сосредоточиться на чем-то одном. А именно на предупредительном выстреле. Возникла серьезная проблема: покидать пост я не имел права, а палить в потолок – плохая примета. Пока мозг напряженно искал выход из сложившейся ситуации, прапорщик благополучно скрылся из зоны обстрела. В соответствии с регламентом караульной службы, это плохо. Очень плохо. Но судьба смилостивилась надо мной, послав целый выводок прапорщиков, беспечно пересекших границу поста. И я не растерялся. Не стал тратить время на связь с разводящим и бесполезные крики. Просто разбил стекло, высунул автомат наружу и с криком "Стоять, б…!" дал длинную предупредительную очередь вверх. Все залегли. Снимал меня с поста сам комбат, ласково называя при этом "сынком" и предлагая понести автомат. Прапоров откачали, а мне ничего не было. Регламент есть регламент, а с уставом не шутят.

Такое длинное предисловие понадобилось для того, чтобы подчеркнуть, насколько хорошо я понимаю состояние спикера. Ему, конечно, глубоко на(зачеркнуто) на данное понимание, и все же… У человека есть устав в виде регламента. А тут Гавриш нарушает служебную иерархию. Он что, разводящий? Нет, обычный координатор парламентского большинства. Отнюдь не разводящий со сменой. Вполне понятно, что спикер имеет полное моральное право произвести предупредительный выстрел в печень и ему ничего за это не будет. Что, собственно говоря, Владимир Михайлович и сделал в понедельник, 22 марта. Степан Богданович на согласительном совете депутатских групп и фракций бодро отрапортовал: так, мол, и так, конституционная комиссия ВР, не покладая рук работала над тремя законопроектами, принятие которых является условием для всеобщего парламентского одобрения конституционной реформы. Осталось всего ничего – проголосовать закон о выборах народных депутатов. Десять минут и все: путь к реформе открыт. Надо действовать быстро и решительно. Тогда 25 марта можно будет поставить точку. В хорошем смысле этого слова. И тут спикер справедливо заметил: здесь вам не тут. Хотите 23 марта принять закон о выборах? Тогда я для вас кто? Китайский болванчик, который головой кивает? Нет уж, дорогой товарищ Гавриш, учите матчасть в виде регламента работы Верховной Рады. Там все сказано. Депутаты имеют право на часовой перерыв для приема пищи? Нет, не то… Ах да: парламентарии должны на протяжении двух недель ознакомится с документом? Должны. Вот сидите и не высовывайтесь со своим законодательным актом. Ах, это не ваш акт? Тем более. Все будет происходить строго по регламенту. И никакой координатор не может действовать в обход своего прямого начальника-спикера. Упал-отжался. Вперед, в кулуары тренировать подход к начальнику.

Степана Богдановича, конечно, можно понять. Волею пославшего его Александра Волкова он сделал уникальную карьеру. Но спикер – не мальчик, которого можно игнорировать. Он зрелый муж. И не для того Литвин учил регламент ВР, чтобы его затем нарушать. Похоже, Владимир Михайлович решил научить депутатов любить дисциплину. Как показывает мой собственный опыт, если все делать по уставу, то очень устаешь. Зато появляются полезные навыки. Например, даже ефрейтор в состоянии насмерть затренировать как обычный телеграфный столб, так и кандидата политических наук. Без разницы. Судя по последним заявлениям спикера, он намерен провести образцово-показательное занятие с депутатами по знанию регламента в контексте конституционной реформы. Виктор Ющенко, который собрался организовывать массовые акции протеста под лозунгом "Не дадим трогать Конституцию – мать вашу!", может расслабиться и заняться более подходящим делом: исследованием особенностей гончарного производства лошадиных подков среди жителей Средней Азии в русле национального возрождения Украины. Владимир Литвин с помощью регламента работы ВР может работать не менее эффективно, чем хорошо смазанная сенокосилка. На основе повышенной любви спикера к регламентным работам можно сделать следующие выводы.

Во-первых, спикер с помощью регламента собирается показать, кто в Верховной Раде хозяин. В канун приближения конституционной реформы это достаточно смелый шаг, который уже привел к формальному противостоянию между координатором парламентского большинства и главой ВР. Но, с другой стороны, у Владимира Михайловича просто не было другого выхода. Оставаться вне игры нельзя.

Во-вторых, вероятность внесения изменений в Основной закон снижается прямо пропорционально тяге спикера к соблюдению регламентных норм. Поэтому особо рассчитывать на то, что 25 марта Верховная Рада проголосует за конституционный законопроект, не стоит.

В-третьих, именно Владимир Литвин стал ключевым звеном в реформаторском процессе. Не Ющенко, не большинство, не мажоритарщики. Он пытается сыграть свою игру.