ДББ

ДББ – это день блюющих бантиков. Наткнулся на такое определение «последнего звонка». Он уже прозвучал. Подумал: а ведь ничего не меняется. Что во время моего последнего звонка, что сегодня, спустя столько лет. Алкоголь, секс и предчувствие будущего. Очень мощное сочетание, которое рвет крышу раз в жизни. В мае месяце. Нет, можно, конечно, и повторить, но это уже будет не то. Запоминается навсегда.
Северный космодром. Город Мирный. «Шанхай». 25 мая. «Шанхаем» назывался район гаражей, который приткнулся на окраине военного городка. Когда стали выдавать талоны на приобретение дефицитных при союзе «Жигулей» (компенсация за тяжелые условия службы), возникла потребность в гаражах. Все-таки Север. Холодно. Или жарко. Правда, не долго. А строители были военными. Никто же не предусматривал, что возникнет потребность в гаражах. Тут хотя бы людей обеспечить жильем. Но нашелся прапорщик, который соорудил из подручных средств, в том числе и отработанных ступеней ракетоносителя, первое убежище для своей «копейки». И понеслось. Гаражи строились без всякой системы. В результате образовался запутанный лабиринт из разнообразных сараев и других построек того же типа, который и стал называться «Шанхаем». Почему – никто объяснить не в состоянии. Лучшего места для нанесения молодому организму тяжелого алкогольного отравления и не придумаешь. Где же отпраздновать по-человечески последний звонок? В городе баров тупо не было. Имелось два ресторана с космическими названиями – «Орбита» и «Звездный». Но нечего было даже и думать туда идти. Времена были другие. Еще могли и военному патрулю сдать. С алкоголем тоже было плохо. Водку разметали еще на подходах к магазинам. Классическим северным напитком был спирт, разведенный тертой клюквой. Спирта было много. Но хотелось праздника. Хотелось троим потенциальным выпускникам, которые дружили чуть ли не с первого класса: я, Звяга и Ероха. Моя кличка, естественно, была Зуб. По-моему, ни у кого даже тени сомнений не возникло в том, что на последний звонок надо нажраться. Это было так же естественно, как дышать. После сложных комбинаций, в которые были втянуты даже курсанты Рязанского воздушно-десантного училища, удалось раздобыть бутылку диковинного напитка: ром «Негро». Вот ее мы и несли, для конспирации завернутую в кучу газет, в один из «шанхайских» гаражей.

Думаю, по городу в то время шарилось немало троек, направляясь в загодя выбранные нычки. Сам звонок я помню плохо. Построили, провели по школе. Но нам было не до того. План был жесткий: бухать и дискотека. А там как карта ляжет. Тщательно проверившись на предмет хвоста (родители создавали целые бригады наружного наблюдения, пытаясь отследить перемещения молодняка), проникли в гараж Звяги. Но хвост все-таки был. Причем завернутый бубликом. Это псина с пиратской кличкой Флинт. Помесь лайки с кем-то. Все собаки в городке были с завернутыми хвостами. Фирменный генетический знак городка. Небольшого, правда. Тысяч 80. Зато расположенного в тайге, за колючей проволокой в два ряда.

Достигнув пункта назначения, в полной тишине стали раскладывать ингредиенты будущего праздника: бутылка с яркой этикеткой и вытянутым горлышком, банка соленых огурцов, шоколадка «Аленка» и надкусанная шаньга. Это такой северный вариант пиццы. Открытый пирог с начинкой. В данном случае с рыбой. Бывают и с вареньем. Брусничным. Звяга хозяйственно звякнул двумя припасенными стаканами. Флинт заявил права на шаньгу. И сожрал ее. Мы же все-таки бухать пришли, а не наедаться. С помощью двух стаканов быстро оприходовали емкость. Вкус – просто отвратительный. Пили в полной тишине, лишь изредка, копируя местных военных алконавтов, говорили какие-то тосты.

Надо сделать небольшое отступление, посвященное особенностям алкоголизма в условиях космодрома. Судя по сериалу «Школа» и невнятным рассказам подрастающего поколения, тинэйджеры сегодня пьют не особо. Пиво, слабоалкогольные напитки, реже вискарь. Причем, с двух банок джин-тоника их капитально тащит. У нас же с этим было как-то более сурово. Вот типичная картина подготовки к школьному вечеру в девятом классе. Поскольку мои родители уехали в загранкомандировку на полгода, хата была свободна. Уже в обед заваливает группа товарищей, которые под апельсинку приговаривают три емкости винища и, оставив меня на хозяйстве, отбывают выяснять отношения с первой школой. Затем прибегает опоздавший боец, молча садится на кухне перед бутылкой белого и в течение десяти минут деловито поглощает ее. Отказывается от апельсинки и отправляется догонять основную группу. Ближе к вечеру собираются все. Промывают разбитые носы водой, приводят в порядок одежду. Полируются остатками спиртного. Обсуждают нюансы столкновений с первой школой. Кто кому и как. Я поскуливаю, поскольку лишен такого удовольствия. Чувство отверженности и непричастности – самое болезненное. Мне объясняют, что хата такая одна, и палиться перед соседкой, которая патронирует мой скромный быт в отсутствии родаков, нельзя. Потом, сжалившись, обещают после дискача взять на разборки с Королем. Не важно, кто это, но я оживаю. Проблевавшись, мы отбываем в родную школу. Теперь вернемся в гараж.

Бутылка была пуста, а нас не вставляло. Катастрофа. Звяга метнулся в угол гаража и вернулся с емкостью, наполненной красной жидкостью. Клюква на спирту. Отлил немного из отцовских запасов. Употребили. Задумчиво покурили. Все делалось в полной тишине. Особых подвижек в организме не было. Переглянувшись, решили выдвигаться. Ероха высказал мысль, что, возможно, удастся догнаться у Тартиллы. Это наш классный руководитель. Решила устроить небольшую вечеринку у себя для милых деток. Кстати, помните внешность Черномырдина? Теперь представьте себе женский вариант Виктора Степановича. Только толще, ниже и с каштановыми волосами. Один в один Тартилла. Я когда первый раз увидел по телевизору Черномырдина, то долго не мог отойти от шока.

И мы направились к Тартилле. Ярко светило редкое в этих краях северное солнце. Нагнулся завязать шнурок… И меня сразу же накрыло. Мир поплыл перед глазами. Откуда-то сбоку появилось удивленное лицо Ерохи. Потом он рассказывал, что попытался меня поднять, наклонился, и его тупо вырубило. Звяга, употребивший меньшую дозу, оттащил нас в кусты. Там мы лежали некоторое время, определяясь с ориентацией во времени и пространстве. Определились. Дальнейшие воспоминания дня последнего звонка оказались скомканными. Очнулся за столом. С двух сторон меня подпирали товарищи, поскольку штормило – мама не горюй. Тартилла, подозрительно посматривая на Ероху, задумчиво ковырявшего салат пальцем, предложила выпить немного шампанского. Ероха оживился и произнес бессмертную, как впоследствии оказалось, фразу: «О, мля, ща шампусиком догонимся!». Это сказал отличник (круглый), никогда не матерящийся, спортсмен (первый разряд по лыжам) и почти не пьющий староста класса. Возник эффект разорвавшейся бомбы. Я глупо заржал. Тартилла сделала вид, что ничего не произошло. Помню шампанское. Потом как-то сразу оказался на балконе в непринужденной позе. Ну как непринужденной… Перевесился через перила и поливаю цветочки под одобрительные крики двух летех. Третий этаж. Но все делаю так аккуратно, что даже не испачкался. Ероха стоит рядом с сигаретой, периодически похлопывая меня по спине. На фига? Загадка. Наши девочки обращаются с нами как с тяжело раненными. Водят под руки в туалет, умывают, заставляют пить какой-то сок.

Следующий эпизод: мы с одноклассниками уже идем по направлению к школе. Встречаем Тимоху с друзьями. Он уже год как выпустился. Я резко вспоминаю, как получил от него в торец на ровном месте. Становлюсь агрессивным. Пытаюсь зарядить ему в глаз. Промахиваюсь. Придя в себя, обнаруживаю, что Тимоха куда-то меня тащит, попутно восхищаясь моим непотребным состоянием. Оказалось, что тащит к заднему входу школы. Дотащил. Сели, поговорили, покурили. Мне стало грустно. Такой хороший пацан. А ведь я его больше не увижу. И Звягу. И Ероху. Кстати, где они? Тимоха протащил меня в туалет под восхищенные возгласы учащихся младших классов. Там уже отдыхали около унитаза Ероха, Звяга и многие мои такие родные одноклассники. В спортзале играла музыка. Периодически появлялись какие-то люди. Хлопали нас по плечам. Несколько раз выводили потанцевать. Танцы, я вам скажу, были еще те. Ероха полез выяснять с кем-то отношения. Смутно помню, что из-за девчонки. Естественно, мы со Звягой сразу же подписались на это святое дело. Бегали за кем-то по гулким школьным коридорам, иногда останавливаясь на перекур. Потом появились девчонки с дельной идеей прогуляться. На недостроенном вокзале в тайге (зачем его строили, если до ближайшей «железки» было километра полтора?) встречали рассвет. Было холодно, но так хорошо… Постепенно собрались все наши. Не бухали. Просто сидели и смотрели, как поднимается солнышко. Начиналась новая жизнь.

54321
(Всего 0, Балл 0 из 5)
Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в linkedin
LinkedIn
Поделиться в twitter
Twitter

При полном или частичном использовании материалов сайта, ссылка на «Версии.com» обязательна.

Всі інформаційні повідомлення, що розміщені на цьому сайті із посиланням на агентство «Інтерфакс-Україна», не підлягають подальшому відтворенню та/чи розповсюдженню в будь-якій формі, інакше як з письмового дозволу агентства «Інтерфакс-Україна

Напишите нам