В воскресное утро Лукашенко, заявил, что протестующие действовали согласно указаниям, выданным в столицах некоторых зарубежных стран, желающих опустить Белоруссию на колени и разрушить столь тяжело доставшуюся независимость.
Успешно используя подобную риторику в прошлом, президент осознает, что его время в Минске истекает. В группе протестующих, зарегистрированной на российском социальном сайте «ВКонтакте», состоит около 200 тысяч пользователей, в ней публикуются места проведения следующих акций, а пользователи обмениваются советами по тому, как избежать задержания.
Гостю Минска можно легко забыть, каким образом функционирует режим. Городские широкие проспекты обрамлены зданиями сталинской эпохи, на тротуарах нет мусора, а повсеместные клумбы украшены ровными орнаментами цветов. Семьи гуляют на солнце, группы молодых людей пьют пиво в милых летних кафе, что мешает восприятию этой страны как жестокой диктатуры.
В определенные критичные моменты, например, во время выборов, произошла серия громких арестов, избиений и подозрительных смертей, но большую часть правления Лукашенко режим почти не ощущался, заявил западный дипломат, живущий в Минске.
Сотрудники государственных компаний работают на годовых контрактах, и от них легко избавляются, если они начинают протестовать против политики компании. То же самое происходит со студентами. Тем не менее, количество людей, рискующих своими работами и учебой, встречаются, чтобы их голос был услышан. Независимые опросы показывают, что рейтинг популярности Лукашенко сильно упал, но несмотря на количество и частоту протестов, критическая масса для революции еще не достигнута, хотя общественное мнение и меняется.
«Еще год назад я была крайне аполитичной», — заявила 26-летний бухгалтер Женя, чья история кажется типичной для минской молодежи, газете The Independent. Но чем больше внимания уделяешь происходящему в стране и читаешь новости в интернете, тем яснее стновится необходимость изменений».
Девальвация белорусского рубля вместе с растущей инфляцией привела к тому, что на среднюю белорусскую зарплату можно было себе позволить ровно половину того, что можно было в январе 2010 года. Валюта почти исчезла при возврате страны к советской системе. В обменных пунктах и банкоматах не осталось ни евро, ни американских долларов.
Столь восхваляемая экономическая стабильность Лукашенко, приносившая ему поддержу населения в течение многих лет, испарилась.
Население медленно начинает осознавать, что никакой стабильности никогда не было, был лишь миф, считает журналист Ирина Халип, работающая на российскую газету «Новая газета». Муж Халип, Андрей Санников, выступал против Лукашенко на президентских выборах в декабре. Усатый президент набрал большинство голосов, хотя международные наблюдатели заявили, что выборы были несвободными и нечестными, и тысячи людей вышли на митинги 19 декабря. Сотни были задержаны, включая Санникова и его жену.
Халип провела несколько недель в тюрьме и несколько месяцев под домашним арестом. Сейчас ей вынесли условное наказание, но в течение двух лет ей запрещено покидать Минск и находиться не дома позже 10 вечера. Вместо пятилетнего президентского срока Санников был приговорен к пяти года лишения свободы за организацию несанкционированных протестов.
Во время встречи в субботу в кафе в Минске со слезами на глазах Халип открыла письмо мужа, которое было проштамповано тюремным цензором. Некоторые политические наблюдения написаны в аллегориях, чтобы запутать цензора. Он также пишет, что думает о жене все время, и что ему тяжело находиться без их сына.
Халип борется со слезами. По ее слова, муж часто посылает истории, написанные для их сына. Речь всегда идет о геройском мышонке, который борется против злой огромной крысы. Параллель вполне понятна, считает Халип.
После окончания парада Лукашенко пожал руки военных генералов, в то время как его сын Коля с важным видом расхаживал среди свиты. В последнее время его сын сопровождает его на всех государственных мероприятиях, и Лукашенко неоднократно намекал, что готовит его себе в преемники. Это для многих белорусов стало подтверждением того, насколько оторванным от реальности стал их президент.
Уважение к Лукашенко растворилось. Режим обеспокоен перспективой того, что экономическое недовольство может привести к политическому, и тогда продолжение воскресного протеста станет невозможно разогнать.
Лучше всего было бы, если бы он ушел по собственной воле прежде, чем случится сценарий Чаушеску, считает Халип, но он этого не сделает.
Шон Уокер (Shaun Walker)