Нет, конечно. Мне ваше вступительное слово как, бальзам на душу. Мы должны поговорить о социально-экономических вопросах, которые касаются непосредственно жизни людей. А то мы как-то заигрались политиками и гневными словами.
Но вы же понимаете, насколько политика сейчас влияет на общество, на социально-экономическое развитие страны. Поэтому обойти этот вопрос никак не удается.
Политика не влияет. Она раздражает, на мой взгляд. Я сейчас постоянно в коллективах среди людей. А что касается того, что заседание правительства, которое лично вел глава нашего государства, не потому, что я хочу, чтобы кто-то в Администрации услышал, что я красиво сказал, а потому, что это правда, что мне нравится конструктив. Я всю жизнь работал, и в советские времена, в конструктиве. Я не считаю, что критическое замечание, даже главы государства, является чем-то трагическим или злым, или нехорошим. Наоборот, если мы соберемся, и президент будет по голове нас гладить и рассказывать, какие мы хорошие, то за нас люди пусть говорят. Пока еще они так не говорят. Значит, мы неважно работаем, и я в том числе. Так что увольнение губернатора – это элементарная рабочая обстановка. Здесь нет политики. Эти двое моих коллег, я уверен, пойдут на другую более легкую работу или, может быть, более трудную, но какая им больше нравится и зависит от их организаторских способностей. Мне бы очень хотелось, чтобы мы начали диалог в государстве с кадрами, что критика – не ссора, не ругань. А это помощь кадрам. Но тем, которые правильно понимают эту критику, анализируют себя после этого, в конце концов, делают лучше то, что должны делать хорошо.
В частности, на заседании больше внимания уделялось внедрению и реализации реформ. Было сделано серьезное замечание относительно того, что реформы выполняются только наполовину, чиновники не понимают, происходит сопротивление чиновников. Чем может похвастаться Житомирщина за этот год?
Что касается сопротивления, я и сегодня, едучи к вам, был в Администрации президента, у заместителей, у руководителей проектов и в Кабинете министров и вел определенную дискуссию по поводу видения подходов, как нам реализовать те критические замечания главы государства относительно хода реформ. Я не считаю, что параллельно можно делать и административную реформу, и земельную, и пенсионную, и медицинскую и другие. Реформа делается людьми, наиболее перспективными кадрами. И, возможно прежде всего, давайте проведем административную реформу, но будем подтягивать и готовить эти реформы. Потому что если мы посадим на чемоданы людей, что завтра тебя уволят, то не будет творчества, не будет желания работать. Это вопрос простой, но он оказывается сложным.
Вы считаете, что реформы все вместе не стоит делать, а нужно их проводить поочередно?
Прежде провести административную реформу, кадровый потенциал, научить кадры, чего и требует президент. А мы пока не тянем. Я много встречаю непрофессионализма.
Целесообразно ли внедрять уже с 2012 года свободный рынок земли?
Полностью свободным, как это многие понимают, что купил-продал, сделать его невозможно даже с большими усилиями. Это не нужно. Вместе с тем, государство передало людям землю, и эта старенькая бабушка хочет дожить, чтобы эта земля не пошла прахом. Она хочет передать детям наследство. Это уже движение земли. То есть рынок земли – это не обязательно купля-продажа. Есть движение земли. И передать в наследство – это тоже движение. Но самое лучшее движение – движение к эффективному хозяину. Более того, у нас в лесостепной, степной зоне все уже разделено. Везде аренда. У меня в области 6 районов, где полесская часть, зарастает сорняками. Правда. 95 тысяч мы вспахали. Рынок земли нужен. Но рынок цивилизованный. И в конце концов, я очень рад, что добился глава государства, что есть Земельный кодекс, кадастр. Это уже основа основ. Теперь нужно провести инвентаризацию, качественную оценку, денежную оценку земель. Только тогда будет рынок земли. Но перед этим нужно устроить и агентство земельных ресурсов, потому что еще не завершена административная реформа. Но есть еще один рычаг, о котором мало говорят. Государство также должно быть полноценным участником рынка земли. И брать активный пример с Англии и их параметров, когда должно быть больше земель запаса, больше земель коммунальной собственности, когда должны быть общественные угодья, луга, пруды, озера и т.п. Тогда никто не будет говорить, что нужно эту землю прихватить, и там никого не пускать и загородиться. Хотя много заборов уже настроили.
Я зашла на сайт Житомирской обладминистрации, в частности сразу остановилась на тезисе президента выполнения программы президента Януковича «Украина для людей». Там по пунктам, как это происходит. Город Новоград-Волынский, Брусиловский район, Володарско-Волынский район, Житомирский район, Коростышевский район, Лугинский, Народницкий район. Первый тезис, который там стоит – это шаги по внедрению административной реформы, которая реализуется, и проблемы во время реализации. Какие проблемы во время реализации вообще? Насколько динамично и эффективно она реализуется именно на Житомирщине?
Этот процесс перманентный. Он как сама жизнь. Административная реформа, как таковая, была, есть и будет. Но у нее какие-то кульминационные моменты. Мы в области не страдаем и не говорим много об административной реформе. Административная реформа не ради этой реформы. А ради конкретных качественных и количественных показателей улучшения жизни людей. Я бы мог назвать целый ряд положительных цифр, но я очень сдержан всегда в оценках. Нам бы хотелось, чтобы уже люди почувствовали и сказали «да». Ребята Януковича таки понимают, что это лучше. Сама административная реформа и любая реформа, когда люди не ругают нас, а ощущают улучшение в своей жизни.
Если говорить о достижениях в АПК, Житомирщина в этом году на какие цифры должна выйти?
Мы уже на большинство вышли. Мы почти завершаем маркетинговый год. Что касается основного нашего богатства, зернового хозяйства, то мы с кукурузой еще 50 тысяч собрать ее. Мы не можем быстро собрать кукурузу, потому что мы создали 83 тыс. тонн новых хранилищ. Но создали за два последних месяца. Мы будем иметь в рамках 1,4 млн. тонн зерна. Это, наверное, будет рекорд за всю историю Житомирщины. Я сейчас больше с коллегами беспокоюсь, как эффективно использовать и не все продать за границу, а развивать животноводство и не только. У нас плодоовощная группа товара пошла, даже на капельном орошении выращиваем лук, и огурцы, и капусту, и перец И даже пастернак. Картошки 1,25 млн. тонн. Разных сортов, качественных. Сахара – в полтора раза больше. Отстроили завод – Корнинский. В конце концов, зарплата на 20% увеличилась. Промышленность – 12,5%. Это вообще самый большой показатель в стране. Индекс строительства – 45%.
Как в общем влияет на промышленность в области повышение цен на энергоносители?
Мы – очень хитрая область, у нас торфяников больше всего, леса – миллион семдесят тысяч гектаров. Мы перешли на ряд энергосберегающих технологий. Особенно в больницах, интернатах. У нас два котлозавода, которые производят котлы. Что касается перерабатывающей промышленности, где больше энергии, электроэнергии, газа, то у нас выросло количество убыточных предприятий и промышленности тоже. Это связано тоже с дороговизной энергетики. Мы над этим работаем. Это также программа об альтернативных источниках энергии.
Какие проблемы в районе?
У нас на тысячу жителей 740 неработающих. И 430 тыс. – пенсионеров, 26 тыс. – пенсионеров военных. Мы имеем 300 тыс. чернобыльцев. Всем нужно социально помочь. Вы видите, что по социальной помощи делается. Но в области более-менее спокойно. Потому что ставим по-другому вопрос. И наши 300 тыс. чернобыльцев нас понимают. Мы понимаем, что проедать государственные средства даже чернобыльцам не годится. Мы за то, чтобы была реабилитация этих территорий. Это проблема. Проблема охраны здоровья. Несмотря на то, что мы за последний год достроили и создали 3 центра матери и ребенка, мы в пяти районах уже устроили районные больницы, мы даже в числе первых пяти областей, которые сделают суперцентр для матери и ребенка, для новорожденных, это перинатальные центры. Но проблема в том, что каждый втрой – больной. Беда, когда областное управление охраны здоровья вынуждено выполнять функции лечения тяжело больных людей, а не охранять здоровье здоровых. Мы ведем большую борьбу за создание системы профилактики и охраны здоровья, диспансеризации. Где-то раз в 2-3 недели я где-то открываю, ленты перерезаю, когда мы ставим оборудование диагностическое. Потому что как же лечить здорового человека, как предотвратить его болезни, когда нет системы диагностики. Поставили задание бюджету, что мы сегодня из своих средств пока еще 40 млн. выделили на эти диагностические центры. Но пока это еще проблема. У нас большая программа, когда у молодых людей, женщин, мам отказывают почки. Мы уже поставили 31 место искусственной почки, на которых еженедельно спасаются мамы и отцы. 198 человек. 125 стоит в очереди, а мы их спасаем. Я об этом доложил министру внутренних дел. Это колоссальная проблема. Проблема детских садиков, которую мы решаем. Я вам скажу, что нет проблемы, которой мы бы не занимались. Но проблема в том, что это за день нельзя сделать. Потому что очень сильно отстали за все эти годы, пока ругались и не мирились.
Проблема общего характера – для всей страны, в частности, если учитывать экспертное мнение, то речь идет о том, что до сих пор не происходит задекларированная и провозглашенная децентрализация власти и децентрализация бюджета. Вы ощущаете эту проблему остро?
Это вопрос, который прямо мне на мозоль. Конечно, и в том вся сложная ситуация беседы, которая была на последнем заседании Кабмина. А это основная претензия была у главы государства ко всем нам, размежевать власть. Нужно начать не с того, что людям понятно, а с того, что нужно. Если говорить о продовольственной безопасности, то это серьезно. О доступности товара – серьезно. Дело Кабинета министров – это продовольственное зерно, молоко, мясо, хлеб и растительное масло. Моя губернаторская проблема – это картошка, овощи, крупы – все, что каждый день. Потому что если правительство будет заниматься этим всем, то не хватит. А мы чем тогда будем заниматься? Другие вопросы и контрольно-инспектируемые. Ну это вообще достает. Контрольно-разрешительная система в этом году по городу Житомиру «угробила» инвестиций на 240 млн. грн. Таким образом, что если бы мы параллельно оформляли документы и сваи забивали, то мы бы уже имели еще 2 предприятия, где было по 3,5 тыс. работников. А так мы возимся с оформлением документов. Потому что все эти контролирующие и инспектирующие органы подконтрольны министерству. А министерство сегодня функционального типа. Оно не может оперативно управлять.
Как происходит освоение бюджетных средств? Успеваете или нет? Потому что многие жалуются на то, что просто не успевают освоить бюджетные средства. Только на конец года, когда их выбрасывают, тогда возникают определенные проблемы у органов местной власти.
Мы в Житомире – немного хитрее. Потому что я много лет работал в правительстве. Мы не только осваиваем то, что нам дают, а еще и забираем то, что кто-то не осваивает. Почему 45% плюс строительство – потому что там уже сидят. Но прогнозируемый бюджет этого года и областной, и государственный намного лучше, и от этого нам есть показатели. Каким образом? Мы и государство перестали разбазаривать средства и обозначили приоритеты. Я раз 5-6 был в Министерстве финансов, Министерстве экономики, Администрации президента, когда мы прогнозировали бюджетные показатели, то лично защищал их на самом высоком уровне. Это все опекал лично глава государства и время для этого нашел. Но когда хорошо сложили план, то его легче выполнять, каким бы он не был напряженным. В чем аккумуляция средств? Мы выбрали все строительные, социально значимые объекты, которые много лет стояли недостроенными. Например, детская городская больница Житомира. С 1992 года 20 млн. вложили, и так застряло. Она сейчас готова к открытию. Еще 4 больницы, еще 5 школ, включая даже музыкальную школу. На строительство идут люди, особенно чернобыльцы. Им положены по закону квартиры. Мы сейчас 18 многоэтажных домов завершаем и заложили на 80 тыс. кв. метров новое жилье. Правда, мы работаем с бюджетом, и я еще не знаю, как сделать, чтобы общее финансирование было такое, чтобы бедные люди получали там социальное жилье. Мы к этому вопросу не доработали. Строить жилье мы уже начали активно. Из всех бюджетов идет финансирование: районного, местного и государственного. Софинансирование – это толковая вещь. Но олигархи себе уже накупили квартир, богатые люди – тоже, а средний обыватель, который торгует морковью, или бедный, многодетная семья – когда она купит. Мы сейчас формируем бюджет, чтобы хотя бы, когда кредит возьмет человек, компенсировать проценты. Но давать эти квартиры. Но это проблема, решением которой я пока еще похвастаться не могу. Но мы ее решим.
Сегодня в одной из наших программ мы говорили, что в Закарпатье реализовывается программа «Собственный дом». Там предоставляются льготные кредиты под 3% годовых на 20 лет. Возможно ли такое уже на Житомирщине?
Мы это делаем, но масштабы не такие, чтобы люди сказали спасибо. Вернемся к земельной реформе, на которой настаивает президент. Глава государства имеет в виду не только сельхозугодия, где сеют и пашут. А те, чтобы каждый человек, который хочет построиться, не ждал годами выделения земельного участка для строительства. У нас это происходит. Мы сегодня ставим очень трудный вопрос: изменить рамки города Житомира, города Коростеня, чтобы людям для строительства дать бесплатно собственную землю, и пусть они там строятся. Мы, Житомирщина – колыбель индустрии строительных материалов. У нас свой песок, свой кирпич, лес, стеновые материалы, кровельные материалы, деревообрабатывающая промышленность, бетонные заводы – все у нас есть. Мы сегодня строим на 30% дешевле за счет этого.
Выходит, а чего нет? Нет земли, на которой строили? И нет денег?
Нет. Я никогда не скажу, что нет денег. Еще 2 года назад не было денег в Житомирской области. Сейчас мы дополнительно зарабатываем десятки миллионов за счет перевыполнения бюджета. Откуда они взялись? Организация дела, концентрация усилий, сосуществование региональной и центральной властей. Это не означает, что мы не ссоримся каждый день. Но мы мщем истину и находим ее. То, что президент ставит вопрос. Здесь как раз административная реформа тормозит. Разрешительная система не использована. Много чиновников стоит. Почему? Он не только взятку хочет. Может, хочет. Но у него инструкция так написана, что вы будете ходить 2-3 года, чтобы взять земельный участок. Более того, у нас затягивается реформирование областных управлений земельных ресурсов. Там не руководитель – начальник. Там глава ликвидационной комиссии. У него сохранились такие паки, с которыми он не может справиться, потому что это не его функция. Вот почему в среду был такой жестокий Кабмин. Потому что наши чиновники – неповоротливые в этом плане, и мы не можем справиться с потоком проблем, который на нас нахлынул.
Житомирская область – на втором месте в Украине по темпами строительных работ.
Слушатель: Леонид, Киев. Известно, что в советские времена в Коростышевском районе, в селе Стрижевка работал угольный разрез по добыванию бурого угля, и работала брикетная фабрика, которая фактически обеспечивала область дешевым топливом. Но так сложилась судьба, что его кто-то выкупил, уничтожили, и сейчас альтернативного топлива в Житомирской области не существует. Не рассматривался ли у вас вопрос о возобновлении добычи бурого угля и производства того же брикета для обеспечения области дешевым топливом? Вы говорите, что у вас деньги есть. А если нет, то можно было бы их привлечь через объявление конкурса для лучшего инвестора для строительства такого предприятия.
Рассматривалось и рассматривается. Если еще 1,5-2 года назад это считалось невыгодным, то сегодня, учитывая все проблемы газовой энергетики, это выгодно. Более того, мы рассматриваем это в контексте наших больших запасов не только бурого угля, и как раз торфяников. В области даже существует Укрторф. Но он существует как государственное предприятие. Я поставил вопрос перед правительством, министерством, министром Бойко. Мы ведем переговоры, чтобы передать это в коммунальную собственность, разгосударствовать. Это сказал глава государства, и в список это включается. За это спасибо. С тем, чтобы инвестор пришел. А он тогда придет, когда будет уверен, что он не закопает деньги. Инвестор никогда с государством не хочет и не будет иметь деньги. Мы поставили вопрос эти все объекты разгосударствовать и передать в частные руки.
Я знаю, что 14 сентября в Киеве была презентация инвестиционного потенциала Житомирской области. Потенциал действительно большой. Что мешает его полноценной реализации?
Пока еще ничего не мешает. Мы это реализуем. Спасибо министру Константину Грищенко, что он нас увидел. И когда в Министерстве иностранных дел дипломатической академии собрались представители и послы 52 стран. Мы отработали уже на 4,3 млрд. инвестиционных предложений по 182 объектам. Я каждый день принимаю инвесторов, мы ведем переговоры и общие мероприятия разрабатываем. Я сейчас нарасхват ехать за границу. Вынужден был даже в Индонезию ехать. И они обещают приехать. То есть идет расстановка, аккумуляция сил и ресурсов, и инвесторы нас изучают, насколько мы серьезные и надежные партнеры. Выходит это. Мы не «пасем задних» в развитии инвестиционных программ. Мы уже научились строить заводы от идеи до первой продукции за 9 месяцев. Это уже классно. И люди в селе получают по 6-7 тыс. зарплаты, нет безработных. В селе уже асфальт, освещенная улица, магазин, школа. Это у нас такие островки свободы появились.
Слушатель: Слушая вашего гостя, я удивляюсь. Мне показалось, что я живу не в Украине, а в Советском Союзе 70-х годов, где одни лозунги, но на самом деле все наоборот.
Не верят в то, что вы говорите.
Пусть приедут и посмотрят. Если ехать до Житомира, то сегодня от Новограда и до развязки до Киева не хуже дорога, чем до Борисполя. Я не хочу показаться каким-то хвастуном. Я только хочу показать, что делают наши люди. Это же не я сделал. И не чиновники. Мы только организуем. Но если у нас высокая безработица, если зарплата на 25% ниже, чем в среднем по государству, но темпы роста зарплаты превышают темпы по стране. Если у нас сегодня меньше смертность детей, если мы профилактикой охраны здоровья людей занимаемся, и они благодарят, если строятся школы. Вчера в Черняхове весь педагогический коллектив меня встречал, что мы им не соврали. Потому что им десять лет все обещали, что будет школа. А сейчас там утепление ведется. У нас привыкли что-то черное видеть, хотеть. Давайте уже понемногу переставать. Если плохо о себе думаешь, то можно и наговорить. Если хорошо, то давайте скажем об этом. Если есть плохое, то я говорю, что мне не нравится, что область имеет только лишь 17 млрд. годового валового регионального продукта. Моя задача, чтобы было хотя бы 634 млрд. на начало 2013 года. Мы на это идем, потому что не могу разбазаривать свои усилия как руководитель. Когда меня на местном радио или телевидении спрашивают, что у человека в подвале труба течет, когда сделаете это. А никогда не сделаем. Я кадры буду воспитывать, чтобы там не текло. Вы меня спрашиваете, почему низкий валовый региональный продукт, почему область еще не вырвалась из когтей репрессивности, но мы движемся вперед. Мы показываем людям, что мы делаем.
Слушатель: Николай, Киев. Мне за державу обидно. Есть Попильнянский район, село Парипсы, там очень богатые колхозы. Было овощеводство, зерноводство. Люди жили, работали. Колхозы уничтожили. Там как будто Мамай прошел – одни фундаменты. Какая-то «Алена» арендует и сеет кукурузу и сою. Земли истощаются, вывозятся на биотопливо. Людям платят копейки. Как может быть такая бесхозяйственность в наше время?
Это ошибки реформы 1999 года от 3 декабря. В этом году именно в Попильне мы кое-что сделали, начиная с того, что восстановили сахарный завод на 680 работников. В этом году посеяли не только рапс и подсолнечник, а и сахарную свеклу. Мы создаем сегодня фермы. И мы пошли путем не латифундий и олигархии сельского хозяйства. Мы выделили в 10 раз больше средств на развитие фермерского хозяйства. Сегодня что-то может не выполняться не потому, что средств нет, а просто фермеры не успевают освоить эти средства. Потому что нужно начинать с нуля, с минуса. Просто так деньги мы не даем. Это вопрос времени. Но мы идем путем ликвидации того, о чем вы сказали.
Слушатель: Тамара, Киев. Недавно весь мир праздновал появление 7-миллиардного жителя земли. Говорят, что в 2025 году с такими темпами будет уже 8 млрд. А в 2100 году будет аж 15 млрд. Природа человека такова, что им каждый день надо кушать. Поэтому наша украинская земля действительно будет житницей. Почему крестьянин до этого времени не почувствовал себя хозяином? Потому что только приходит весна, дизельное топливо сразу подскакивает в цене, сразу проценты в банке, приходит урожай – возникают квоты и не может продать. Все наживаются на этом крестьянине. Когда государство даст крестьянину почувствовать себя хозяином и за свой труд заработать как нужно?
Два с половиной столетия формировались 6 миллиардов людей. А сейчас за два десятка лет – 7 млрд. Мир имеет 0,24 пахотной плодородной земли на одного жителя. Украина имеет 0,85. То есть в 4 раза больше. Наша задача – развернуть оглобли таким образом, чтобы все общество поняло, критикуя друг дурга, желая свободы, воли и благополучия, что наша земля тем уникальна, что мы должны дать энергию с этих 0,85. Дать энергию живому организму и бензобаку трактора и автомобиля за счет альтернативных источников. Не нужно критиковать за рапс. Пока будет колебание цен и будут вывозить, ничего не будет. А если сегодня Верховная Рада и наши энергетики согласились хотя бы 6,3% к нынешней солярке позволили добавлять биодизельного топлива, то сегодня мы бы не имели такого дефицита топлива. Если у нас хотя 69% в структуре посевных площадей иметь рапса – это 9 млн. тонн, то из них можно сделать 2,5 млн. тонн биодизельного топлива. Это 100% потребность государства. Плюс солома – 27 млн. тонн – это работа 54 шахт нашей страны. А их меньше 200. Я в свое время и рапсоводство и кукурузу, и сою – эти программы реализовал. Остается теперь не сырье вывозить, а делать готовый продукт.