В прокате новый фильм Франсуа Озона «Молода и прекрасна» — лучший фильм режиссера за последние годы, который поэтизирует молодость, проституцию и фотомодель Марину Вакт. Изабель (Марина Вакт), семнадцатилетняя неземная красавица с меланхоличным выражением лица, целенаправленно лишается девственности во время семейных каникул, с вовремя подвернувшимся парнем на ночном пляже.
Изабель секс не понравился, но по приезду она регистрируется на сайте для проституток и начинает встречаться с клиентами, как правило, пожилыми. Ее семья, счастливая и хорошо обеспеченная, конечно, не в курсе – младший брат еще мало что понимает, мама с отчимом заняты друг другом и романами на стороне. Так бы все и продолжалось, если бы однажды один из старичков не умер прямо во время секса с Изабель – пожилому сердцу обычно строго противопоказаны виагра и несовершеннолетние красотки.
В случае с картиной «Молода и прекрасна» Озона можно, как минимум, поздравить с обретением новой музы.
Лицо двадцатитрехлетней Марины Вакт – чувственное, но в то же время разящее ледяным величием – находка для режиссера, захотевшего снять фильм о детской проституции. Фотомоделью, у которой до этого было всего несколько эпизодических ролей, Озон заполняет все пространство фильма — львиная доля происходящего разворачивается в непроницаемых глазах молчаливой Изабель. Скорее всего, Вакт мы увидим у Озона еще не раз, она сможет легко занять место другой его музы, Шарлотты Рэмплинг, с годами, к сожалению, не молодеющей. Не зря Озон сводит их в фильме «Молода и прекрасна» в одном кадре – и становится очевидно, что в их лицах можно спрятать интригу для десятка детективов и триллеров разом.
Почти 70-летняя Рэмплинг, играющая в этой картине Озона вдову любвеобильного старика, помогает вспомнить «Ночного портье», фильм, принесший ей известность и ставший визитной карточкой актрисы.
Именно томная старушка сообщает Изабель, что все женщины в глубине души мечтают быть проститутками, но у них не хватает смелости.
К диспуту на тему продажной любви невольно присоединяются все герои фильма – осторожный отчим предполагает, что Изабель занимается проституцией, потому что природа сделала ее очень красивой. Один из клиентов вспоминает поговорку: «шлюха на час, шлюха навсегда», намекая на то, что истинной проститутке нужно только начать. Психолог Изабель объясняет ее матери, что необходимо отдать дочери отобранные деньги, потому что она их честно заработала. К диспуту не присоединяется только сама Изабель – она несет на себе социальный статус проститутки как корону, как достойную окантовку собственной красоты и молодости. Наверное, именно поэтому окружение беспомощно разводит руками – все-таки этот образ ей чертовски идет.
«Странная у тебя сестра», — печально констатирует случайный знакомый с пляжа младшему брату главной героини; он быстро оказывается не у дел — Изабель расстается с ним слишком быстро даже для курортного романа. Ее престарелые клиенты не сводят с нее глаз, готовые платить все больше и больше. Ее не выбирают, она сама выбирает тех, кого осчастливить.
В этом смысле бытие проститутки, по всей видимости, не разрушит ее, и хотя бы в ближайшем будущем Изабель не ждут трассы, героиновые притоны и вонючие мужики.
Она – блудница Раав, и ей, как и предшественнице, очень нравится думать, что каждый мужчина, произносящий ее имя, как минимум испытывает возбуждеие.
Помимо секса, подглядываний персонажей друг за другом и особенностей семейных взаимоотношений Озона традиционно интересует молодость. Не в ее мечтательно оптимистическом изводе, а в смысле раздирающих человеческое тело крайностей – и Изабель, и ее одноклассники, и даже постепенно взрослеющий братик окружены единственной мыслью – мыслью о сексе. Они, бедные, и сами себе неподвластны. Для пущей убедительности в фильме «Молода и прекрасна» есть даже вставная документальная сцена, в которой подростки анализирует стихотворение Артюра Рембо «Роман»: «Нет рассудительных людей в 17 лет!/ Июнь, Вечерний час. В стаканах лимонады. / Шумливые кафе. Кричаще-яркий свет. / Вы направляетесь под липы эспланады».
Однако при всем при этом Озон, слава богу, не приравнивает желание Изабель заниматься сексом за деньги к буйству гормонов, превращая фильм в очередной клип на песню «Forever young».
Ее мания, прежде всего, проистекает из желания участвовать в эксперименте, игре. И участвует она в ней с ясной головой. Таким образом, Озон опять возвращается к своей любимой теме – придает циничному любопытству творческий смысл, а творчеству — интонации бесцеремонного наблюдения. Как и мальчику-писателю Клоду из предыдущего фильма Озона «В доме», как и писательнице Саре Мортон из его же «Бассейна», Изабель интересно наблюдать, подглядывать, становиться свидетелем чьей-то очень интересной и порочной истории. Но при такой молодости и при такой красоте шпионить ей хочется только за собой.