Разменные монеты с кровью и ложью

Разменные монеты с кровью и ложью

Этих журналистов сложно сравнивать – убитого Павла Шеремета и выданного Россией Украине Андрея Бородавку. Формально общие у них только род занятий да страны, где они старались применить свои способности по мере сил и возможностей, – Украина и Россия.

Но вот неформально есть еще два обстоятельства, которые роднят живого и погибшего медийщиков. И между собой роднят и с теми, кто еще пытается заниматься и журналистикой, и, увы, агитацией и пропагандой под видом журналистики. Во-первых, они уже стали разменной монетой в сложнейшем двухстороннем украинско-российском и многослойном геополитическом противостоянии. Во-вторых, нужны они будут до тех пор, пока их можно разыгрывать, чтобы получить либо сиюминутные, либо долгоиграющие дивиденды.

Павлу Шеремету повезло меньше. Его размен провели кроваво – убили прямо в центре украинской столицы и, побросав немного пропагандистско-агитационного дерьма на вентиляторы, начали забывать. И вспомнили лишь тогда, когда журналисты, коллеги Павла по его нелегкой грантоедческой борьбе за свободу, демократию и все такое, за что платят в Украине «зеленью», напомнили власти в Киеве, как та в лице всевозможных шкиряков клялась, что раскроет преступление обязательно, ибо это для нее дело чести. При этом при слове «чести» Шкиряк как-то испуганно озирался, норовил присесть в позу «жабки» и с трудом произносил слово: он-то его слышал, но вот значение представляет смутно...

Короче, пред ясны очи цепных псов демократии немедленно явился замначальника отдела процессуального руководства досудебным расследованием Генеральной прокуратуры Андрей Шевченко и сообщил, что, дескать, «мы отрабатываем четыре версии: это – непосредственно личные неприязненные отношения в отношении погибшего, профессиональная журналистская деятельность, возможная дестабилизация обстановки в городе Киеве и в целом в стране из-за смерти известного журналиста и, соответственно, когда ошиблись объектом, поскольку автомобилем в том числе пользовалась и Елена Притула, его сожительница». Как видите, ничего нового – то, что говорили и в день убийства. Разве что главную бандершу-депозитария «Украинской правды» Алену Притулу пренебрежительно назвали «сожительницей», а не «боевой подругой» или, на худой конец, «гражданской женой». Но, как говорится, это правда, причем единственная пока правда в этом деле, так что обижаться не надо...

Есть еще два обстоятельства, которые роднят живого и погибшего медийщиков. И между собой роднят и с теми, кто еще пытается заниматься и журналистикой, и, увы, агитацией и пропагандой под видом журналистики. Во-первых, они уже стали разменной монетой в сложнейшем двухстороннем и геополитическом противостоянии. Во-вторых, нужны они будут до тех пор, пока их можно разыгрывать

Однако дело, как видим, многообещающее. Крутить им, как цыган солнцем, для внутриукраинских разборок между разными лагерями постмайданной элиты, видимо, пока запрещают внешние кураторы, которые пока удабривают «борьбу» «УП» за все хорошее и Притулу лично. Не выгодно им, чтобы рупор-говномет был запятнан и кровью погибших журналистов, и экскрементами компромата, и ложью живых служителей свободы слова по-западному. Акцент зато сделан на российском направлении. Кроме того, что это Владимир Путин лично отдал распоряжение своим бурятам убрать «врага», во что не верят уже даже самые упоротые укурки и утырки из украинских патриотов и идиотов, предложено копать тоньше, но глубже. В недрах украинских спецслужб родилась версия, что, убивая Шеремета, российские власти хотели запугать своих недовольных журналистов, чтобы те не ехали в «вильну Украйину» и оттуда не разоблачали шашни и козни подлого Кремля и его обитателей. Дескать, Украина – такая свободная, а Россия в такой мгле, что может так случиться и в один из дней, устав от несвободы, цензуры и произвола бурят, лучшие перья и подставки под микрофоны России как ломанутся в Украину, как собьются там в какой-нибудь комитет «За свободную Россию без Путина» да как повлияют на российский народ, что он воспрянет ото сна, отринет рабскую покорность и установит на своей освобожденной земле западную демократию. С четким графиком гей-парадов, торжествующей ювенальной юстицией, кабинками для припадков зоофилии и сеансов копрофагии и автоматами для продажи презервативов для однополой любви в любом удобном месте. Чтобы все поверили в этот бред, немедленно начали педалировать буквально неразделимую ментальную связь Шеремета с убитым в Москве полтора года назад политиком, либерастом и антипутинским демократом Борисом Немцовым. И даже соединили в одном мемориале в Москве.

С Бородавкой все сложнее. Его приезд в Украину сначала подали как блистательную спецоперацию блестящих украинских спецслужб, которые натравили кураторов журналиста-эмигранта на него самого, а его – на путинских кураторов, стравили их и вынудили беженца возвратиться. Домой, в Украину. Прямо в руки «принявших» его спецслужб. И Бородавка в их заботливых руках действительно сначала поплыл – начал сливать тех, с кем у него ничего не получилось в Москве и вообще в России. В интервью одному популярному телеканалу-сливному бачку он бодро рассказал, что разочаровался во всем. Но особенно – в борьбе против демократической Украины вместе с подлой украинской эмиграцией и теми, кто ее там, в России, подкармливает деньгами и инструкциями.
И Бородавка в их заботливых руках действительно сначала поплыл – начал сливать тех, с кем у него ничего не получилось в Москве и вообще в России. В интервью одному популярному телеканалу-сливному бачку он бодро рассказал, что разочаровался во всем. Но особенно – в борьбе против демократической Украины вместе с подлой украинской эмиграцией

И все! Дальше разрабатывать Бородавку публично для дискредитации подлой и агрессивной России, которая «сдает своих», почему-то не стали. Хотя это и вправду бездонный и оправданный ресурс для разжигания русофобии и недоверия к соседней стране, где действительно, похоже, нет никакой продуманной всесторонней и глубокой украинской политики, кроме помощи воюющему Донбассу, чтобы он только не загнулся под давлением украинской АТО, да попыток найти и перекупить «прагматиков» в постмайданной элите. И вопрос «почему не стали?» в этом случае действительно остается открытым. Может, готовят какую-то «бомбу» и хотят отшлифовать ее до блеска, чтобы не было сбоев и несуразиц...

Зато «слив Бородавки» стал разменной монетой и поводом поюзать его в своей межвидовой политборьбе в самой России. Во-первых, Кремль обвинили в том, что, как сказал Кирилл Фролов, глава отдела по связям с Русской Православной Церковью и православным сообществом за рубежом Института Стран СНГ, «к сожалению, нет никаких кураторов у политических беженцев из Малороссии». «К сожалению, они не организованы и не собраны ни в какой штаб по борьбе с хунтой Порошенко, хотя это целая армия политэмигрантов с серьезным интеллектуальным и организационным потенциалом. Потому что политика в отношении бывшей УССР является самым слабым местом в российской политике. В Москве действует мощное СБУшное проукраинское лобби, из-за которого стала возможной и сдача Новороссии, и депортация Андрея Бородавки прямо в лапы СБУ, и много что еще. Будут ли, наконец, сделаны выводы, ибо украинский, южнорусский вопрос – это самый главный вопрос!?!?», – вопрошал взволнованный Кирилл. И замолчал. Думаю, ему либо ответили, либо заткнули рот...

Во-вторых, российскую власть не просто обвинили в мягкотелости в Донбассе, которая выражается в приверженности Москвы «Минским соглашениям-2», а заверили, что такая политика Кремля – это результат работы именно того упомянутого выше «СБУшного лобби», за которым, ясное дело, стоят ЦРУ, ФБР, сигуранца и даже дефензива с офензивой и МИ-6. Глава Ассоциации православных экспертов и Корпорации православного действия, политолог, председатель «Русского гражданского общества», учредитель общественного движения «Битва за Донбасс» (чувствуете, какой мощно-представительный чувак?) Алексей Живов заявил: «За два года тема с Восточной Украиной была максимально слита к состоянию замороженного постоянно тлеющего конфликта, упирающегося в логические и правовые тупики типа «Минска».
Ничто не спасет Шеремета и память о нем, если украинские политики в борьбе друг с другом захотят использовать ту же «УП» как сливной бачок для компромата. Вот тогда и всплывет не одна версия о том, как «УП» зарабатывала во взаимной многосторонней борьбе компроматов, отмывала деньги конкурентов, чьи-то проплаченные заказы не полностью отработала, не на того наехала не по чину

...Люди, которые поддержали в свое время Россию и два года влачили здесь жалкое существование, теперь выдаются страной, которую они поддержали, на растерзание политическим врагам». При этом он назвал Россию страной, «которая 25 лет без остановки предает собственных граждан и симпатизантов». «Та самая, что в начале 90-х взяла и без задней мысли слила врагам всю сетку агентуры «Штази» (тайная и очень мощная разведка ГДР. – Авт.), в результате чего потеряла все влияние, стала страной-изгоем для любого разведчика и обрекла на тюрьму и смерть сотни высококлассных шпионов, которые работали на Россию/СССР».

И вы, надеюсь, понимаете, в кого метили г-да и Фролов, и Живов свои слова-стрелы. В того, кто сам взошел на российский «трон» из спецслужб. А это – практически вода на мельницу укро-патриотов и вообще – бальзам на изъеденные русофобией больные души...

Но и с Бородавкой, повторяю, как-то затихли. И в Украине, и в России. Может, жаркое лето сказалось, а политические сезоны начнутся уже ближе к концу августа. В Украине – точно. Она в этом году празднует 25-летие своей независимости, и, конечно, хотелось бы каких-нибудь «пэрэмог». И что-то обязательно будет эдакое. Вот, например, с военным парадом уже определились: весь мир должен содрогнуться от военной мощи страны победившего майдана. Власть может еще замутить и милосердную амнистию – выпустить того же Бородавку и ему подобных «ворогив»: дескать, сильный лев шакалов и гиен не боится.

И Бородавке это будет облегчение – он ведь живой. В отличие от Шеремета, который пока остается в памяти «светлым борцом за демократию». Повторяю – пока. Но ничто не спасет Шеремета и память о нем, если украинские политики в борьбе друг с другом захотят использовать ту же «УП» как сливной бачок для компромата. Вот тогда и всплывет не одна версия о том, как «УП» зарабатывала во взаимной многосторонней борьбе компроматов, отмывала деньги конкурентов, чьи-то проплаченные заказы не полностью отработала, не на того наехала не по чину и т. д. и т. п. Такова судьба всех СМИ, в том числе и так называемых «дэмократычных» и «чэсных», если по сути своей они работают не как чистые СМИ, а типа «служат идее». К этому нужно быть готовым и самой «УП» (она, уверен, готова, за многие годы крутиться и выкручиваться научилась), и тем дурачкам, кто верит в ее «чэснисть та нэупэрджэнисть». А такие все еще есть. Вот они и станут новыми разменными монетами, если слишком близко приблизятся к «очагу демократии». Или к «борьбе за Родину». Или к «борьбе с тоталитаризмом и хунтой»...