Газовые страдания

Газовые страдания

Почему-то реформы у нас превратились в способ создания новых проблем на месте старых. А чаще всего – два в одном: и старые не разрулили, и новые появились. После анбандлинга «Нефтегаза» и открытия конкурентного рынка газа с 1 августа, в областях начали массово арестовывать счета предприятий теплокоммунэнерго (ТКЭ) за долги. Это следствие войны новосозданного Оператора ГТС с переименованными в операторов ГРМ облгазами. Платить за все, как обычно, придется рядовому потребителю. И немало.

Еще недавно западные кредиторы хвалили Украины за так называемую демонополизацию газового рынка, а населению рассказывали, что купить газ можно будет по принципу подключения к интернет-провайдеру. Чьи условия привлекательнее, с тем и подписываем договор.

На практике оказалось, что интернет и газовые трубы – это две большие разницы, как говорят в Одессе. А с учетом желания “Нефтегаза” забрать под себя розничный рынок газа у газсбытов, создает предпосылки к длительной позиционной войне, где одним из инструментов противостояния стали долги.

Несмотря на то, что население старательно платит за коммуналку по адски высоким тарифам, существует системная задолженность предприятий теплокоммунэнерго перед “Нефтегазом”. Долги газоснабжающих предприятий, теплокоммунэнерго (ТКЭ) и ТЭЦ перед НАК за газ составляют 67,3 млрд. грн.

Плюс долг газораспределительных компаний (облгазов) перед “Укртрансгазом” и Оператором ГТС за несанкционированный отбор газа из газотранспортной системы: по состоянию на 1 июня 2020 года он составляет 35,8 млрд. грн.

Долги не погашают не потому, что денег нет, а ввиду несогласия с ними. И, прежде всего, это касается принципа начисления. Жесткий спор идет из-за, как заявляют тепловики, искусственно созданных "небалансов ТКЭ" за прошлые годы в сумме около 20 млрд. грн.

Откуда они возникли? “Нефтегаз” как единственный поставщик газа для тепловиков в рамках ПСО-обязательств, введенных правительством Владимира Гройсмана (по сути, фиксированная цена на газ) периодически отказывался предоставлять номинацию тем или иным тепловикам в разгар отопительного периода.

В 2015 году нас заставили все это дело реформировать и ввести европейскую модель: отдельно доставка, отдельно функция продажи газа. Торговлей занялись специальные компании-поставщики, которых по-модному назвали трейдерами. А облгазы превратились в операторов газораспределительных сетей (ГРС)


Если у таких компаний нет номинации, то облгаз, переименованный сейчас в оператора ГРМ, должен был их отключить. Но технически это невозможно. Тогда газ, отобранный без номинации, попадал в раздел “небаланса” и “Нефтегаз” (теперь это его “дочка” Оператор ГТС) насчитывал долг облгазу. Тот возмущался — а я причем? Разбирайтесь с ТКЭ. И все вместе ходили по судам, доказывали свою правду.

Сейчас спор зашел в тупик. Уже и суды, и власть не могут с ними разобраться. Попыткой выйти из клинча стали распределительные счета. Но они еще больше запутали ситуацию. ТКЭ жалуются, что практически 90% средств, поступающих на эти счета, автоматически списываются за долги по “небалансам”. Аналогичные счета пытаются ввести для операторов ГРМ, но они всеми силами упираются.

Тут нужно понять, как облгаз стал Оператором ГРМ. Изначально облгазы отвечали за весь комплекс работ, связанных с поставками газа потребителям – и доставка, и продажа. Как говорится, “з лану до столу”.

В 2015 году нас заставили все это дело реформировать и ввести европейскую модель: отдельно доставка, отдельно функция продажи газа. Торговлей занялись специальные компании-поставщики, которых по-модному назвали трейдерами. А облгазы превратились в операторов газораспределительных сетей (ГРС). Теперь их работа – исключительно доставка и распределение газа в сетях, от магистральных газопроводов к каждому потребителю.

По сути, это “таксисты”, которые доставляют газ из точки А в точку Б. Их задача – поддерживать сети и оборудование в рабочем состоянии, устранять аварийные ситуации, заботится о том, чтобы 347 тыс. км распределительных газопроводов и 63 тыс. единиц оборудования работали без сбоев. Для этого им надо запасаться техническим газом у “Нефтегаза”. А с этим возникают отдельные проблемы.

Нетрудно догадаться, что в общем клубке проблем не обошлось без задолженности за газ для технологических нужд. Облгазы, лишенные дохода от продажи газа, основной свой заработок теперь имеют с оплаты за перекачку газа. Поскольку промышленность у нас помирает, население потребляет газа меньше из-за теплых зим и высоких тарифов, объемы перекачки снижаются. И облгазы, они же операторы ГРМ, зарабатывают меньше. Трубы-то короче не стали!

Облгазы винят в этом НКРЭКУ, которая не повышала своевременно тариф на их услуги. Как был он в 2016 году установлен на уровне 0,51 грн за 1 куб. м., так и не пересматривался до декабря 2019 года, – жалуются облгазы. Хотя все это время объемы перекачиваемого облгазами газа снижались из-за сокращения его потребления в стране, а затраты – росли. В итоге из-за отказа НКРЭКУ пересматривать тарифы облгазы получили 22 млрд. грн убытков и накопили сопоставимые с этой суммой долги перед «Укртрансгазом».

По этому поводу идут отдельные судебные процессы. Новоиспеченные операторы ГРМ оспорили в судах и бездействие НКРЭКУ и получили решения в свою пользу. Суды обязали НКРЭКУ заплатить облгазам компенсации. А кто будет платить? Государство? “Нефтегаз”? НКРЭКУ? Нет, конечно.

 

Поскольку НКРЭКУ запретил облгазам выставлять счета за перекачку голубого топлива с учетом температурных коэффициентов, они потеряли часть своих доходов. И это, по их мнению, стало причиной накопления долгов перед “Нефтегазом”. Угадайте с трех раз, как решить эту проблему? Конечно же, заставить и тут доплатить нас с вами


Все корпоративные “терки” оплачиваем мы с вами – рядовые потребители. Как говорится, паны дерутся, а у холопов чубы трещат. Уже заявлено, что единственным источником средств для компенсаций газовым компаниям является повышение тарифа на распределение газа для населения с нынешних 0,73 грн за 1 куб. м до 1,3 грн.

И это еще не все. Есть и другая конфликтная тема, которую должны оплатить потребители. Она уже стала притчей во языцех: это так называемые морозные коэффициенты. Говоря по-научному, приведение объемов газа к стандартным условиям.

Что такое стандартные условия? Это температура воздуха +20 С и атмосферное давление 760 мм ртутного столба. Именно такие условные показатели применяются при измерении транспортировки объемов газа от газодобывающих скважин и газораспределительных систем и до конечных потребителей.

Понятно, что в реальности температура воздуха может быть значительно ниже или выше, да и атмосферное давление – величина переменная. Облгазы-операторы утверждают, что это влияет на технические аспекты их деятельности: газ при охлаждении сжимается, а при высокой температуре – расширяется. Поэтому учет поставляемого потребителям газа должен вестись с поправкой на погоду. Чем холоднее, тем объемы формально меньше.

Поскольку НКРЭКУ запретил облгазам выставлять счета за перекачку голубого топлива с учетом температурных коэффициентов, они потеряли часть своих доходов. И это, по их мнению, стало причиной накопления долгов перед “Нефтегазом”. Угадайте с трех раз, как решить эту проблему? Конечно же, заставить и тут доплатить нас с вами.

Не удивляйтесь, если в платежках появятся некие “температурные коэффициенты”. Это означает, что показатели счетчика нужно будет умножить на определенную цифру и заплатить больше, чем написано в платежке. Как быть при этом с субсидиями? А с субсидиями на следующий отопительный сезон все непросто. И не только из-за температурных коэффициентов. Но это отдельная тема.

Продолжение будет