Президент Молдовы Майя Санду заявила, что примерно 1,5 млн граждан Молдовы имеют румынское гражданство. Об этом сообщает Reuters со ссылкой на интервью Санду британскому подкасту The Rest Is Politics.
По данным агентства, в разговоре Санду также прокомментировала тему возможного референдума об объединении Молдовы с Румынией: она сказала, что в случае проведения такого референдума проголосовала бы за унификацию, аргументируя позицию необходимостью укрепить устойчивость страны на фоне внешнего давления.
При этом президент признала, что ее подход не является доминирующим в обществе. Reuters отмечает, что, согласно последним опросам, объединение с Румынией поддерживает около трети жителей страны, несмотря на широкое распространение румынских паспортов среди молдаван. В этой связи Санду назвала евроинтеграцию более реалистичной стратегической целью для государства.
Санду также описала, как Москва пыталась давить на Кишинёв экономически: после прихода новых властей в 2021 году Россия, по её словам, сократила поставки газа до 30% потребностей, используя энергетику как инструмент шантажа.
Сейчас, утверждает она, Молдова почти не потребляет российский газ (за исключением Приднестровья) и завершает проект синхронизации с электросетью Румынии и ЕС, снижая уязвимость.
По словам президента, на смену «газовому рычагу» пришёл набор методов гибридного давления: дезинформация, нелегальное финансирование политсил (в том числе через криптовалюты), попытки подкупа избирателей, кибератаки и «платные протесты».
Санду оценивает, что на вмешательство в кампании могли идти сотни миллионов евро: в частности, на выборах — «как минимум 300 млн евро», а в референдуме 2024 года — около 1% ВВП.
В Молдове распространён механизм восстановления/приобретения гражданства Румынии в упрощённом порядке по ст. 11 Закона Румынии № 21/1991 о гражданстве. При этом допускается сохранение имеющегося гражданства и оформление без обязательного переезда в Румынию (возможна фиксация проживания за рубежом), при соблюдении ряда базовых условий закона.
Этим же правовым основанием пользуются и многие граждане Украины — в меньших масштабах, чем в Молдове, но всё равно заметно (в первую очередь те, кто подпадает под критерии ст. 11). На этом фоне логичный вопрос: не спровоцирует ли вступающий в силу закон Украины о множественном гражданстве (с 16 января 2026 года) новый всплеск интереса украинцев к румынскому гражданству, раз исчезает часть правовых и психологических барьеров «второго паспорта»? При этом потенциальный спрос будет зависеть не только от украинских правил, но и от румынской практики рассмотрения дел и требований к заявителям.
