Гипнеротомахия Ющенко

"Гипнеротомахия Полифила" – одна из самых ценных и наименее понятных книг в истории раннего западноевропейского книгопечатания" (Йен Дастин, Колдуэлл Томансон, "Правило четырех"). Доподлинно неизвестно, кто является ее истинным автором, и зачем вообще она была написана. Любители арт-детективов ("Код да Винчи", "Загадка Рафаэля") получают удовольствие от интеллектуального мазохизма, продираясь сквозь лабиринт тайных символов и древнеримских литературных кодов. Система новой украинской власти напоминает "Гипнеротомахию" своей запутанностью и закодированностью.

Самый простой способ расшифровать смысл власти – это свести все к личным противоречиям между ключевыми фигурами команды нового президента в контексте предстоящих парламентских выборов. Наиболее глобальное противоречие: Виктор Ющенко vs/& Юлия Тимошенко. Затем оно (противоречие) развивается в бинарные межличностные отношения в рамках "триумвирата" Ющенко – Тимошенко – спикер Владимир Литвин. Проецируется на Кабинет министров, который распадается на три крупных партийных фрагмента ("Наша Украина" министра финансов Виктора Пинзеника, "Наша Украина" Романа Безсмертного, социалисты Александра Мороза). Причудливо переплетается с влиянием Секретариата президента, деятельность которого зашифрована двоичным кодом (Александр Зинченко vs/& Александр Третьяков). На каком-то этапе, связанном, как правило, с реприватизационными процессами и отношениями с Россией, появляется первый вице-премьер Анатолий Кинах, который имеет собственную отличную (от других) позицию. Затем появляется министр экономики Сергей Терехин, напоминающий неуловимый полтергейст в последней стадии вырождения. И это еще не все, поскольку мы не упомянули секретаря Совета национальной безопасности и обороны Петра Порошенко, который взаимодействует с Тимошенко, а также вступает в бинарные отношения с руководителями силового блока.

В конечном счете, модель власти, построенная на основе межличностных отношений и предвыборных амбиций, оказывается настолько сложной и громоздкой, что не поддается детальной расшифровке. Это уже не политология, а психоаналитика. Более продуктивным является подход, который базируется на основе системы сдержек и противовесов – излюбленном творении Леонида Даниловича Кучмы. Он позволяет упростить систему власти до модели треугольника: Кабмин – Секретариат президента – Совет национальной безопасности и обороны. Однако главный недостаток такого подхода заключается в том, что он дает статическую картину развития. Юля сдерживает Петю, Петя сдерживает Юлю, а Саша сидит в засаде и пользуется удобным случаем. Опять все возвращается к межличностному уровню отношений. Да еще упомянутая нами модель не учитывает парламентский фактор. Если вписать Верховную Раду в систему "сдержек и противовесов", то получим схему "новая власть борется с рудиментами прошлого в лице прислужников бывшего режима с депутатскими мандатами". Поскольку новая власть триедина по своей сути, то непонятно, кто с кем конкретно борется. Психоаналитический подход (Литвин – Ющенко – Тимошенко) дает развернутую эмоциональную картину ярких ощущений. Не более того. Тупик? Нет. Если теория не соответствует реальности, то надо менять теорию, а не реальность.

Попробуем расшифровать систему, используя в качестве базового кодового слова порядком затасканный, но вечно востребованный термин "реформа". Главная "фишка" новой власти, публично задекларированная и разрекламированная – изменим все. Поломаем старую систему и заживем как в Европе. Был такой романтичный период? Был. Прошел? Забавный вопрос, который не имеет однозначного ответа. Ломать, как известно, не строить.

Желание реформировать все, что подвернется под руку, быстро угасало по мере осознания сложности стоящих перед новой властью задач. Это все равно, что собрать кубик Рубика во рту языком. Выпускников Гарварда и Принстона, а также всей сети университетов "Лиги Плюща", горящих желанием сломать бюрократический аппарат за мизерную зарплату, что-то не наблюдается. И в этом как раз и заключается базовое противоречие всей этой современной "Гипнеротомахии". Сработал принцип "ленивого яблока". Оно (яблоко) всегда катится по наименьшему расстоянию между двумя точками. Зачем менять систему, если можно приспособить ее для своих нужд? И аргументация "железная": коварные олигархи задумали взять реванш на парламентских и местных выборах 2006 года. Если мы начнем сейчас реформировать структуры власти, особенно силовой блок, то хана. Нас возьмут голыми руками проклятые реваншисты. А система, ювелирно настроенная Леонидом Даниловичем для работы в административном режиме сдержек и противовесов, идеально подходит для решения тактических задач. Но есть одна проблема: она (система) не может работать прозрачно. Это как раз тот самый византийский тип политики, о котором так много и страстно говорил Виктор Ющенко. Подход по принципу "хочу, чтобы всем было хорошо немедленно", не срабатывает, поскольку нуждается в соответствующем институциональном оформлении. Однако реформировать систему нельзя, поскольку олигархи… и дальше по тексту.

Принцип "ленивого яблока" сегодня делит новую команду на конформистов и нонконформистов. Первые хорошо усвоили все преимущества, которые предоставляет старая система власти, и используют их под прикрытием новой квазиреволюционной фразеологии. Они в настоящее время являются доминирующей кастой. Вторые пытаются изменить модель на институциональном уровне и постепенно превращаются в изгоев. Чтобы не быть голословными, приведем конкретные примеры.

Олег Рыбачук, вице-премьер по европейской интеграции. Он действительно достал всех своей навязчивой идеей превратить Украину в еврогосударство. Но его можно уважать хотя бы за то, что он ломился в Европу, как слон, не обращая внимания на фантастичность своих планов. Результат: жертва конформизма. Да еще и здоровье подорвал. Ни министерства евроинтеграции, ни явных успехов. Весь задор ушел в ВТО. Да еще его сделали крайним. Хотя, если исследовать вклад министра экономики Сергея Терехина в дело евроинтеграции, то за одно это его можно смело заносить в список людей, которые всех удивили.

Роман Безсмертный, вице-премьер по административной реформе. Изначально готовился к роли админ-камикадзе. Но некоторое время верил, что все можно изменить. Подавал в отставку и снова возвращался к труду, который по степени невыполнимости напоминал деятельность господина Сизифа. Клепал единую партию на основе политической ртути, которая собиралась в шарики и разбегалась по разным углам. Пытался всем доказать, что если за полгода не изменим региональную систему управления, то получится северный пушной зверь. Военно-морской песец. И он прав. Чем дальше, тем сильнее застывает бетон старой бюрократической системы, в которой торчат руки и ноги новых руководителей.

Николай Катеринчук, первый заместитель главы налоговой администрации. Теперь, скорее всего, бывший первый зам, поскольку написал заявление об отставке и, не дожидаясь удовлетворения своего желания, отправился в отпуск. Его тоже можно отнести к разряду нонконформистов. Пришел в ужас от процесса реформирования налоговой. Ничего не меняется. Хоть головой об стенку бейся – ни на кого впечатления не производит.

Секретарь Совета национальной безопасности и обороны Петр Порошенко. Можно как угодно оценивать его личные качества, но он здорово взбодрил силовиков, заявив о необходимости кардинальной реформы правоохранительных органов и спецслужб. Оставим за рамками анализа мотивы, которые побудили Петра Алексеевича сделать такое заявление. Однако порадовала реакция тех, кому адресовалось заявление: "чувак, не суйся в дела, которые делают умные дяди". Это просто супериллюстрация на тему "Поздно, Маша, пить боржоми". Товарищи уже освоились на своих креслах. По утрам, смотрясь в зеркало, они осознают свое значение для истории вообще и для Украины в частности. Кое-где проглядывает нимб. Пошли все куда подальше. Мы сами знаем, как нам реформироваться.

Гипнеротомахия новой власти сводится к оболочке старой системы, внутри которой с успехом перевариваются теперь уже бывшие реформаторы. Президенту по привычке предлагают быть разводящим. Когда уже совсем сцепит. Еще немного, и оболочка окончательно застынет, превратившись в саркофаг, где покоятся останки оранжевых идей.