Гонки по вертикали

Этого человека недоброжелатели называют "черной акулой" — за то, что его в инспекторском вертолете всегда сопровождает аудитор с необходимым набором "проверочных документов". Любой объект можно с ходу "зачистить" и вернуть в казну солидные суммы. Правда, "сданные государству" деньги иногда непросто вернуть обратно, и тогда на Червоненко косо смотрят не только железнодорожные или портовые мини-олигархи, но и транспортные льготники, которых в Украине почти 60%. И все хотят ехать…

В результате министр транспорта и связи "пишет письма": "В условиях, когда транспортники выполняют и перевыполняют планы отчислений в бюджет, невыполнение обязательств перед ними является недопустимым. Это усиливает социальное напряжение и создает прямую угрозу безопасности пассажиров". В общем, Евгению Альфредовичу нелегко. Наверное, даже труднее, чем во времена предвыборной кампании: тогда Червоненко был личным "водилой" Ющенко, теперь должен "возить" всех — как министр транспорта. Понятно, что быть "хорошим для всех" не получается, поэтому чем дальше, тем больше у министра врагов. За несколько месяцев руководства транспортной отраслью с именем Червоненко были связаны самые громкие скандалы: история с продажей Майбаха Кирпы, тарифная война с предприятиями ГМК, встреча с Игорем Бакаем, объявленным СБУ в розыск, поездка в Монте-Карло "на деньги супруги", взятка в три "лимона", о которой сообщили депутаты российской Госдумы… Но на наш взгляд, главная трудность для Евгения Альфредовича — выдерживать постоянные сравнения с его предшественником, задавшим для отрасли чрезвычайно высокую планку. В результате от ведомства Червоненко ждут гораздо большего, чем может простое транспортное министерство. Причем ждут все — от простых пассажиров до премьера и Президента. Евгений Альфредович честно старается соответствовать. Живет в самолетах, спит мало, много курит. Пытается "завлечь" в Украину как можно больше инвестиций — турецких, американских, российских. Перезнакомился со всеми транспортными министрами, чьи страны расположены в радиусе 300 (и более) километров от Украины, и рекламирует им транзитные достоинства нашей страны. Говорит, что уйдет со своей должности спокойно, когда ему удастся сделать две вещи: обеспечить транзитность Украины и добиться того, чтобы госмонополии с каждого миллиона, принесенного в бюджет, получали по 20% чистой прибыли, как в любой коммерческой структуре. Насколько реально воплотить эти мечты в жизнь? Об этом разговор с главой Минтранса в интервью "КТ".

Евгений Альфредович, как вы оцениваете турецкий визит команды Президента? Все-таки вы были одним из основных "переговорщиков"…

— Демократия для меня теперь состоит из двух частей — дорог и коммуникаций. Вы будете смеяться, но я буду говорить не о значении железных дорог или портов — это и так всем понятно, а о дорогах информатизации. Посмотрите на график моих визитов: только с российскими коллегами я встречался пять раз. У Украины нет в достаточном количестве нефти и газа, но зато есть уникальное транзитное положение, которое до последнего времени не использовалось, поскольку все занимались "деньгами по интересам". Начальник порта — олигарх, начальник железной дороги — суперолигарх. Я пытаюсь эту систему поломать и сделать сквозные цены и сквозные направления по всему транзиту. Другими словами, любой держатель грузов — украинский или турецкий — не должен знать фамилий начальников дорог, портов, таможен, чиновников Министерства транспорта. Он должен знать лишь одно: на направлении Москва—Анкара действует определенный тариф. Что касается турков, то они суперактивны. Пока мы разбирались со своей независимостью, эти ребята завоевывали рынки. Однако в том же Казахстане их стали понемногу вытеснять — и сами казахи, и китайцы. Аналогичная ситуация складывается в России. Что им остается? Обратить внимание на нас: Украина и расположена близко (всего 300 километров по морю), и двусторонняя заинтересованность в расширении экономических контактов есть.

Что для нас значит Турция? Это передовые технологии, доступ к "дешевым" деньгам, например, японским, прорыв по турецким железным дорогам на Ближний Восток — в Сирию, Иорданию, Саудовскую Аравию, Иран, Ирак. Но чтобы Турция проявила к Украине интерес, нам необходимо изменить отношение к нашей стране. Чтобы она не воспринималась как коррумпированная, недоразвитая держава.

Возьмем, к примеру, Босфорский пролив. Ведь это только со стороны кажется — ну ладно, стоим в очереди на проход через Босфор… Однако четырехмесячный простой для компании "Укрречфлот" обходится в $350 тысяч! Другими словами, к Украине относились как к государству третьего сорта, подвергали унизительным проверкам. Теперь, после переговоров с министром транспорта Турции, мы эту проблему сняли.

А как конкретно вы решили вопрос, связанный с проходом украинских судов через Босфор? Одно дело — красивые обещания, и совсем другое — реальные действия. Часто бывает, что парадные лозунги приурочены к визиту, а после отъезда vip-персон все возвращается на круги своя.

— Мы подготовили коммюнике о создании совместной морской комиссии и мониторинге проверок кораблей, входящих в Босфор под украинским флагом. Турки никогда на это не соглашались. Я к ним пришел в оранжевом галстуке и сказал: "Запомните две вещи — на мне оранжевый галстук и моя фамилия Червоненко, а не Кирпа". Мы с министром транспорта Турции встречались до этого в Москве. Он очень деловой и прагматичный человек. Я никогда раньше не видел, чтобы министр так откровенно лоббировал экспорт товаров и услуг своих компаний. Молодец! А чего добились мы? Восстановили с июня паромную переправу на Димерджи. Речь идет о железнодорожном прорыве Украины на Ближний Восток. Мы получили доступ к товарам и услугам ближневосточных государств. Также договорились о восстановлении контейнерной линии "Роксолана", которая, в принципе, работала, но была фактически остановлена из-за коррупции.

Хочу, чтобы вы поняли одно — я езжу не для галочки. И если брать визит в Турцию, то с помощью конкретных цифр и документов было доказано: расширение сотрудничества выгодно и Киеву, и Анкаре. Турецкая сторона предоставляет такой объем перевозок, от которого я просто не могу отказаться! Украина должна стать очень активным игроком, поскольку декларации не производят впечатления на турецкую сторону. Многие пока не воспринимают нашу страну как самостоятельное государство, считая, что у нас одна часть бизнеса и власти — пророссийская, а другая — проамериканская. Надо доказывать им, что мы проукраинские и наши интересы часто совпадают с интересами Турции.

Для меня очень важно, что Анкара заинтересовалась "транспортной войной" на Дунае, которую ведет Минтранс. Знаете, я не последователь Георгия Кирпы, но согласен с ним в том, что не иметь своего выхода на рынок, где стоимость перевозимых грузов начинается от $100 миллиардов, Украина просто не имеет права. И быть заложником румын в этом вопросе я не хочу.

Был еще один важный вопрос, связанный с "Туркселлем" — крупнейшим в Турции оператором мобильной связи. Это очень щепетильная тема.

Потому что контрольный пакет акций "Туркселля" принадлежит донецкой DCC?

— Дело не в DCC. Я рассматриваю любые вопросы сквозь призму интересов страны. Мне не важно, кому принадлежат "Киевстар", UMC, "Аэросвит". И это не пустые слова. Президент Виктор Ющенко назначил меня на должность министра транспорта и связи с целью установить равные правила игры для всех. Это необходимо сделать для того, чтобы "привести" в Украину деньги: еврейские, турецкие, американские, русские. Украине выгодно, чтобы турки выполнили свои обязательства и до конца нынешнего года инвестировали $350 миллионов. Владельцы "Туркселля" приезжали ко мне в Киев на встречу. Я им гарантировал: пока Червоненко является министром транспорта и связи, крупнейшие операторы мобильной связи — UMC, "Киевстар" и DCC, где "работают" турецкие деньги, будут иметь равные доли на рынке. Вот "Альфа" купила сейчас компанию "Украинские радиосистемы". В результате мы можем стать заложниками лоббистской позиции одной стороны, как это случилось в сфере нефтепереработки. Я не хочу допускать такое и буду добиваться создания системы противовесов. Подчеркиваю: все проекты, которые 15 июня рассматривались на Совете инвесторов при министерстве, построены по одной общей формуле: западный и российский капитал заходят равными долями, а Украина и там, и там имеет "золотую фишку", чтобы получить государственное влияние на эти процессы. Мое дело — снять все запретительные барьеры и сделать понятным для любого иностранного менеджера правила бизнес-игры в Украине.

В последнее время украинская власть занята решением проблемы диверсификации источников энергоносителей. Как вы считаете, Турция может нам помочь в этом деле?

— Есть несколько вариантов диверсификации энергетических поставок. Например, железнодорожный маршрут из Казахстана. И, кстати, с сентября мы в два раза увеличиваем транзит наливной нефти, транспортируемой "на колесах" — после паузы, связанной с уходом "ЮКОС" с нефтерынка. Сегодня на его место пришел "Тенгиз Шеврон", и у нас снова есть возможность серьезно увеличить объемы наливной нефти. Есть еще путь из Актау в Махачкалу — тоже "на колесах", а оттуда — в Турцию и Грузию. Знаете, в бизнесе выигрывает тот, у кого больше вариантов, кто не зацикливается на монопольном поставщике.

А какой вариант наиболее выгоден Украине?

— Очень простой — танкерный. Большими и малыми танкерами транспортировать нефть в порт "Южный", если, конечно, он начнет работать в нормальном режиме. А также "колесная перевозка" нефти в железнодорожных цистернах. Такой вариант стал возможен благодаря тому, что мне удалось начать диалог по Босфору. Надо же понимать, что нас нигде не ждут. Не успел я договориться с министром транспорта Евросоюза о том, что Украина присоединяется к Дунайскому агентству, как Румыния тут же воспротивилась этому. Но это действительно нужный Украине проект: исторически у нас есть выход к Дунайскому каналу, а мы не можем воспользоваться таким преимуществом. И митингами, которые сейчас проводятся, меня не победить…

Кстати, я предложил туркам совместно достраивать и эксплуатировать этот канал. Влиятельные бизнесмены проявили заинтересованность. И знаете почему? Потому что они прагматики: из 400 судов, которые прошли через Дунай после того как мы открыли этот канал, 170 были под турецким флагом. Я им предложил совместное "освоение" порта Рени в качестве перевалочной базы. Пригласил также россиян и казахов поучаствовать в этом проекте — нам же нужно диверсифицировать все свои потоки. Когда они увидят, что нет таможенного беспредела, взяточничества, освященного на высшем государственном уровне, то к нам пойдут все грузы. И в Монте-Карло я ездил договариваться о поставках нефти. Тем же россиянам выгодно провести следующий обмен: мы им отдаем нашу квоту в Средиземноморье, а взамен получаем танкеры в Черном море.

Очень смелые проекты… Но пока вы их реализовываете, в ваш адрес прозвучали обвинения в злоупотреблении служебным положением, слиянии бизнеса и власти. Я имею в виду скандальную поездку в Монте-Карло: никто не понял, что вы ездили туда "добывать" нефть…

— Знаете, все понимают, что министры правительства живут и одеваются не на официальную зарплату в полторы тысячи гривен, однако выбрали такую игру — белые руки, чистые ноги… Кстати, Виктор Медведчук и его соратники помогли мне расстаться с компанией, к руководству которой я имел отношение. Не собираюсь оправдываться, но неужели ваши читатели не понимают, что 90% страны управляются с помощью украинских офф-шорных денег?! Был этап накопления капиталов, который проходили все страны, и если мы будем сегодня проверять "происхождение" этих денег, то не останется времени ни на что другое. Нам же важно перевернуть страницу после "оранжевой" революции и начать новую жизнь. Я знаю, что опять "нарвусь" на какие-то комментарии, потому что многим сегодня невыгодна правда, а вчерашние "бело-голубые" становятся самыми "помаранчевыми". Не устаю повторять: противно смотреть, как люди ползком, из кустов, прорываются к Президенту. Я же прагматик и сейчас готовлю отрасль к реформированию. Лишаю начальников портов, железных дорог права быть олигархами. То есть они уже не регулируют, кому и какую скидку давать.

Но понимаю, что, забрав что-либо, необходимо предложить компенсацию. Поэтому вынес на рассмотрение Кабмина предложение, суть которого сводится к следующему: 50% государственной прибыли в конце года забирает правительство, которое является владельцем транспортных систем, а 20% надо потратить на выплату официальных премий. И не страшно, если эти премии будут исчисляться миллионом или двумя, поскольку украдут гораздо больше.

И все-таки, что там произошло в Монте-Карло?

— Я поехал в Монте-Карло, поскольку автогонщик в душе. Виктор Андреевич, например, на пасеку ездит или картины рисует. А кто-то в церковь ходит. Оставьте, наконец, эту совковую привычку подглядывать в замочную скважину! Хорошо, что я с женой и братом был в Монте-Карло. По крайней мере, алиби есть. Официально попросил разрешения на поездку у премьер-министра. Там как раз было несколько человек из Еврейского всемирного конгресса, которые могут повлиять на инвестиционную политику Украины. Так почему мы должны отказываться от такой возможности?

Связи формируются и на неофициальном уровне — это все знают. За то, что я нашел в Монте-Карло 50 тысяч тонн бензина, который передал Украине, а не перепродал, меня теперь упрекают?! Это мерзко и напоминает времена, когда меня шантажировали бандиты во Львове. Знаете, то, что произошло в стране с мясом, с ценами на бензин, гораздо больше навредило имиджу Украины, чем поездка Червоненко с женой в Монте-Карло. Кстати, я ей теперь все время говорю: "Марго, если ты меня бросишь, мне будет тяжело жить на зарплату министра". А все дело в том, что я копнул слишком глубоко, и сразу последовала реакция…

Уточните, под кого копнули?

— Вообще-то я ни под кого не копаю. У меня нет врагов. Когда Ющенко меня назначал на пост министра, то сказал: это тяжелейшая отрасль. Вы сами знаете, что Минтранс является сгустком политико-экономических проблем. Цепляешь одно — вылезает другое. Я сейчас вам скажу одну вещь, за которую меня, точно знаю, начнут прессовать. Когда будет завершено расследование по Черноморскому пароходству, то станут известны фамилии тех людей, которые сегодня пытаются меня дискредитировать. На меня оказывалось такое давление, что вы и представить себе не можете! А ведь я не милиционер, никого не сажаю. Аудитом и проверками занимается мой заместитель. Так какие ко мне претензии? Мне нужен "нулевой цикл", базис. Я не требую привилегий, последние месяцы живу в самолетах, но зато с каждым из транспортных министров, представляющим страны, соседствующие с Украиной, я встречался не один раз. Но устал от лжи, которая существует в политике, и вообще считаю, что против меня организована спланированная операция…

И обвинения депутатов Госдумы РФ в получении вами 3-миллионой взятки — часть этой операции?

— Да, но у нее чисто украинское происхождение. Я сам, выполняя просьбу Президента Виктора Ющенко, уговорил Митрофанова не "рассекречивать" остальную часть этого списка. Имена там все известные… Но эта история определенно имеет спецслужбистские корни. Я лично заявил в Одессе о том, что мне пытались предложить взятку в $3 миллиона, и при этом не рисовался. Поймите, стоит мне взять деньги у одного, как это немедленно станет известно всем работникам отрасли. И я бы ими уже не смог управлять. Потерял бы авторитет.

Между прочим, многие из тех, кто считал, что порты, таможни, железнодорожные пункты — это пожизненный бизнес, сегодня переходят в Блок Юлии Тимошенко, в НСНУ. У меня нет ни к кому предвзятого отношения, а есть финплан, за который я на заседаниях Кабмина каждый раз получаю благодарность. И если мы не воспользуемся кредитом народного доверия, не изменим ситуацию к лучшему, не покажем открытые границы, единое таможенное окно, равные правила игры для всех, то никуда Украина не двинется. Такого "торможения" не допущу. Пока хватит моих сил. Но мне больно смотреть, как против людей из окружения Виктора Ющенко разворачиваются мощные пиар-кампании. Что это за заголовки в интернете?!

Так вы именно поэтому объявили интернет-изданиям войну?

— Да нет никакой войны! Я хотел выполнить то, что мне было поручено. Государство потратило значительные средства на создание информационной базы, и единственное, что я намеревался сделать — так это создать, в первую очередь, каталог электронных государственных ресурсов. К слову, почему на газету, на телепрограмму можно подать в суд, а тот же интернет-обозреватель может просто окунуть человека в грязь, и это становится методом шантажа и зарабатывания денег? Но я никого этим приказом не тронул! Так почему под Минтрансом сидят проплаченные люди с плакатами "Не дадим Червоненко закрыть рот интернет-изданиям!"? К сожалению, доброту и демократичность Президента общество восприняло превратно, как призыв к вседозволенности. Знаете, что для меня сегодня главная забота? Поменять подвижной состав — я не хочу быть крайним…

Неужели наши поезда в таком состоянии, что надо бояться на них ездить?

— Заверяю вас, что все грузовые и пассажирские поезда находятся в исправном состоянии, но металл устает. По документам фонды устарели на 60—80%, и если я не начну сегодня кричать "Караул!", то завтра вынужден буду остановить поезда, и никто не заставит меня подвергать опасности жизни людей. Сейчас, например, прошу денег на переоснащение отрасли, а с меня требуют поступлений в бюджет. Кстати, Минтранс, а не НАК "Нефтегаз Украины", полностью выполняет план бюджетного наполнения. Но самое главное, чего я добился: отстранил от финансовых потоков тех, кто сейчас продумывает, как и в какой комбинации предать Президента. Отсюда и все скандалы, связанные с моим именем.

Один из них связан со слухами о повышении цен на проезд авиа- и железнодорожным транспортом. Чего ожидать отпускникам — новых транспортных расходов?

— Этим летом никакие тарифы повышаться не будут. Более того, для удобства отпускников Минтранс пустил более 40 дополнительных поездов в южном направлении. Сейчас всерьез взялись за билетную мафию. В транспортной отрасли был украден миллиард долларов! Пусть расследованием утечки таких сумм занимаются компетентные органы, но у меня есть подозрение, что даже до Виктора Януковича эти деньги не дошли… А если серьезно, то у меня появилась спортивная злость, азарт — мне 45 лет и я хочу понять: можно хоть что-то изменить в этой стране?

Это, наверное, вопрос к правительству. Кстати, что оно сегодня собой представляет: команду единомышленников, объединение соперников или кучку заговорщиков? И еще, как у вас складываются отношения с Юлией Тимошенко?

— Есть момент притирки, но я хочу верить в то, что это именно притирка и все конфликты в Кабмине не имеют идеологической подоплеки. У нас с Юлией Владимировной были непростые отношения. Она понимает, что при любых раскладах я был и буду человеком Президента. Не умею быть другим, хотя в политике надо "двоиться". Но в мои годы меняться поздно. Я честно служу Ющенко и честно служил Кучме — пока он не предал идею. Очень хочу конструктива в правительстве и все для этого делаю. Например, на каждом заседании Кабмина отстаиваю идею правительственных комитетов, которые в свое время ввел премьер Ющенко. Тогда не будут "проскакивать" срочные популистские решения. Я во многом не согласен с той политикой, которую ведет Минэкономики. Но это рабочий диалог. Нельзя, чтобы Кабмин превратился в сборище китайских болванчиков, одобрительно кивающих головами. Считаю, что правительство пока переживает болезнь роста. Не хочу никого обидеть, но Минпромполитики, Минтранс и Минтопэнерго — это столпы, на которых сейчас стоит страна. Поэтому неподготовленные решения меня не устраивают. Даже если "крайним" будет не министр транспорта.

Как вы думаете, может так случиться, что Юлия Тимошенко не выдержит этой болезни роста? Возможен ли ее уход с поста премьера до осени? Или вы даете стопроцентную гарантию, что она останется премьером и после 2006 года?

— Я никогда не говорю "никогда". Но в то же время буду рад работать в этом правительстве столько, сколько оно продержится. Сделаю все, чтобы этот Кабмин был успешным. Заниматься политикой и политиканством у меня физически нет ни времени, ни сил.

И выборами-2006 не будете заниматься?

— Буду заниматься тем, что мне скажет делать Виктор Ющенко. И это не готовность "солдата Президента", а точка зрения человека, прошедшего с Виктором Андреевичем очень сложную и тернистую дорогу. Знаете, у Президента есть хорошее выражение: "У каждого из нас свой крест и своя "Вилла-Росса". Я несу свой крест так, чтобы говорили: "Червонец — он сильный". Хочу организовать Кубок Президента. Когда я уходил из профессионального спорта, крымская автогонка получила статус чемпионата Европы. Но это был 1991 год, время распада Союза. Теперь есть надежда, что с помощью своих связей я смогу возродить эту гонку и в Крым съедутся президенты стран Европы, ГУАМ: такие ралли чрезвычайно популярны. Во всем мире народ ведь не только футболом увлекается…

Вы верите в то, что на выборы Литвин, Тимошенко и Ющенко пойдут единым блоком, преодолеют все препятствия и получат большинство в новой Верховной Раде?

— Верю в то, во что верит Президент, и очень хочу, чтобы эти планы стали реальностью. У меня есть все основания доверять спикеру Владимиру Литвину — после пережитого в декабре 2004 года. Думаю, что и Юлия Владимировна тоже искренна в своих намерениях. Не хочу, чтобы мы растеряли кредит доверия, выданный нам людьми. Обмануть людей, их ожидания, надежды — это самое страшное, что может произойти.

Вы были одной из заметных фигур в оппозиции. Как вы оцениваете действия новой оппозиции? Какие у нее шансы на парламентских выборах? Есть ли у оппозиции лидер, четкая стратегия?

— Они на меня обидятся, но все равно скажу: они так скулят, что не по-мужски это, просто неприлично. Я так не скулил, хотя мне каждый день устраивали "маски-шоу", терял друзей, которым помогал стать генералами, а они потом приходили и говорили в лицо: "Брат, возврат НДС — мой бизнес, и я обязан тебя убивать". Нет, это не оппозиция. У них нет идеи, а есть одна цель — сохранить украденные деньги. Нынешняя оппозиция неконструктивна. Если судить по их поведению, то они "сбитые летчики". Это великое счастье, что новые оппозиционеры такие смешные и слабые. Они не способны жить, не устраивая "маски-шоу", да и народ их не поддерживает.

Беседовала Ирина Гаврилова (Киев—Анкара—Стамбул—Киев)