Атомная ответственность

7 апреля 2005 года в Государственном комитете ядерного регулирования состоялось заседание коллегии. На первый взгляд, событие рядовое. Коллегии проводятся регулярно и по разным вопросам. Однако впервые орган регулирования ядерной и радиационной безопасности рассматривал состояние выполнения "Комплексной программы модернизации и повышения безопасности энергоблоков атомных электростанций" за 2,5 года ее существования (утверждена распоряжением КМУ №504-р от 29 августа 2002 года). Срок окончания реализации программы заканчивается в 2006 году, а по состоянию на 1.04.2005 г. выполнено менее 40% запланированных мероприятий!

"Комплексная программа" была разработана с целью устранения имеющихся проблем в сфере безопасности атомных энергоблоков, находящихся в эксплуатации, выполнения обязательств, взятых Украиной в связи с присоединением к Конвенции о ядерной безопасности, и реализации рекомендаций МАГАТЭ относительно повышения безопасности АЭС с реакторными установками типа ВВЭР. Между тем эксплуатирующая организация с момента принятия "Комплексной программы" не демонстрировала рвения в ее безусловном выполнении, при отстраненной наблюдательной позиции как Минтопэнерго Украины, так и Госатомрегулирования Украины, возглавляемых в то время Сергеем Тулубом и Вадимом Грищенко соответственно. Возникает закономерный вопрос — почему же такое могло происходить, несмотря на то, что еще 22 августа 2003 года Печерский районный суд г. Киева принял решение по жалобе Андрея Деркача, в котором именем Украины признал бездеятельность Кабинета министров в сфере обеспечения безопасной для жизни и здоровья людей окружающей природной среды, а также обеспечения ядерной и радиационной безопасности неправомерной. При этом суд возложил на КМУ совершенно четкие обязательства относительно обеспечения разработки конкретных сроков выполнения мероприятий, предусмотренных "Комплексной программой", проведения ежеквартальных слушаний на заседаниях КМУ с участием Минтопэнерго, Госатомрегулирования и НАЭК "Энергоатом" а также хода ее выполнения и обнародования в правительственной газете "Урядовий кур'єр" официальной информации о выполнении программы, направленной на повышение безопасности ядерноопасных объектов.

Объяснение очень простое — не до реализации мероприятий по повышению ядерной и радиационной безопасности было власть предержащим в конце 2003-го и особенно в 2004 году.

Все силы были брошены на обеспечение поддержки "единого" кандидата в президенты, и одни, как Сергей Тулуб, работали на победу донецкого земляка, как говорится, по зову сердца и совпадению моральных принципов (или отсутствию оных?) и финансовых интересов, а другие, облеченные властью, не могли отказать собственному премьер-министру и угождали как ему, так и его землякам до потери достоинства и забвения возложенных на них государством полномочий и функций.

Приближение предвыборной кампании министерства и ведомства ощутили с начала 2004 года, получая поручения, приходящие из КМУ. На многих из них стояла подпись Анатолия Толстоухова. Уже в январе стали планироваться на год поездки премьер-министра по регионам таким образом, чтобы к этому моменту пускались какие-либо важные объекты промышленности или происходили значимые события, которые демонстрировали бы "результативность" деятельности правительства Виктора Януковича. Ну а высокопоставленные чиновники вверенного ему Кабинета взяли под козырек и давай стараться показывать свое верноподданничество в меру своей фантазии. Один собирал съезд собственной партии и на нем оказывал поддержку единому кандидату. Другой, у которого не было партии, подгадывал выдачу лицензии на введение энергоблока АЭС в эксплуатацию как раз под визит Януковича на эту самую АЭС.

Так, председатель Государственного комитета ядерного регулирования Вадим Грищенко повез 14 июля в г. Нетишин лицензию на введение в эксплуатацию блока №2 Хмельницкой АЭС, чтобы вручить ее Тулубу — президенту НАЭК "Энергоатом" и по совместительству министру топлива и энергетики — на глазах у премьера, который пребывал там с рабочим визитом. При этом лицензия была оформлена и зарегистрирована в реестре лицензий 7 июля. Но вручение ее эксплуатирующей организации было задержано на неделю, чтобы вписаться в график поездок очень занятого премьера. Увы, нерядовое событие — выдача лицензии на введение в эксплуатацию нового блока АЭС в Украине — осталось не отраженным в телевизионных репортажах, и продемонстрированного служебного рвения широкая общественность не увидела, к великому огорчению вручавшего лицензию.

С точки зрения западной практики взаимоотношений эксплуатирующей организации и органа регулирования ядерной и радиационной безопасности, подобное поведение "ядерного регулятора" является беспрецедентным нарушением всех этических норм. На Западе глава эксплуатирующей организации считает за честь быть принятым первым лицом в регулирующем государственном органе, и происходит подобное, как правило, два раза в его жизни — в случае получения лицензии и когда она аннулируется. И уж точно "регулятор" ни при каких обстоятельствах не поедет к оператору вручать ему лицензию, то есть разрешение государства осуществлять какой-либо вид деятельности в сфере использования ядерной энергии. И не явится в офис главы эксплуатирующей организации, то есть своего лицензиата, для решения вопросов, касающихся его деятельности, и не будет терпеливо ожидать в приемной, пока президент НАЭК "Энергоатом" (как в нашем случае), наконец, найдет время принять главу национального органа регулирования ядерной и радиационной безопасности.

Такого "слияния в экстазе" "ядерного регулятора" и эксплуатирующей организации, как в пусковой 2004 год, сотрудники этих организаций еще не видели. Для "своевременной" выдачи лицензии национальный орган регулирования ядерной и радиационной безопасности шел на снятие ряда своих требований, которые оператор должен был обязательно выполнить до физического пуска блоков.

В начале 2004 года группа международных экспертов компании "Рискаудит" осуществляла независимую оценку безопасности новых украинских блоков АЭС по заказу Европейской комиссии. Заключения экспертов были важны для принятия решения "Евроатомом" и ЕБРР относительно предоставления кредитов Украине для повышения ядерной и радиационной безопасности новых блоков после их энергетического пуска. Первоначально перечень мероприятий, реализация которых была необходима, с точки зрения западных экспертов, до загрузки топлива, в общем был поддержан Госатомрегулирования, и соответствующие требования изложены эксплуатирующей организации. Среди наиболее важных мероприятий, которые, безусловно, должны были быть выполнены до физического пуска блоков, отдельно выделялись три, касающиеся пожаробезопасности. Дополнительно до пуска планировалось осуществить еще 77 мероприятий по повышению ядерной и радиационной безопасности. "Евроатом" и ЕБРР, ориентируясь на общее положительное заключение международной команды экспертов относительно уровня ядерной и радиационной безопасности новых блоков и обещания регулирующего органа придерживаться "наивысших стандартов ядерной и радиационной безопасности", в начале июля приняли решение о предоставлении кредитов в сумме $125 млн. для модернизации ХАЭС-2 и РАЭС-4 после их энергетического пуска. Учитывая этот факт, а также приближение момента необходимости выдачи лицензии, "регулятор" начал снимать свои требования к эксплуатирующей организации.

Сроки реализации мероприятий стали плавно перетекать на период после энергетического пуска блоков. То есть, орган государственного регулирования в лице его председателя сделал все возможное, чтобы угодить главе эксплуатирующей организации и по совместительству министру топлива и энергетики Тулубу, ну и премьер-министру — кандидату в президенты. По большому счету, в ущерб ядерной и радиационной безопасности. Нет сомнений в том, что надежность и безопасность пускаемых блоков достаточно высока. Однако есть установленные законом процедуры, и их необходимо выполнять.

Нужны ли комментарии относительно степени цинизма у власть предержащих в стране, пережившей Чернобыльскую катастрофу, которые принимают решения о необходимости энергетического пуска атомного блока ко дню рождения гаранта Конституции с организацией шоу с закладкой капсулы под якобы 5-й энергоблок РАЭС, который строить нельзя из-за наличия карстов в районе площадки РАЭС и от идеи строительства которого отказались еще в советские времена? Ситуацию с пуском ХАЭС-2 и РАЭС-4 ценою напряжения всех сил монтажников и работников станций можно было бы понять, если бы страна испытывала острый недостаток электроэнергии. Но весной 2004 г. нормально функционирующие атомные энергоблоки останавливали по решению правительства из-за переизбытка электроэнергии и необходимости соблюдать баланс на энергорынке по мощностям атомных, гидро- и теплоэлектростанций. Также абсолютно не был проработан вопрос об экспорте избыточной электроэнергии. Не только отсутствуют достаточные линии электропередач, в частности, для съема мощности РАЭС-4, но и возможность на данном этапе выполнять жесткие требования Европы относительно отклонений характеристик отпускаемой электроэнергии. С учетом всего этого и в связи с отсутствием стационарной линии проектной системы выдачи мощности, а также предварительных договоренностей с возможными импортерами энергии, решение о пуске двух атомных энергоблоков-миллионников в Украине в течение года "к датам", безусловно, носило чисто политический характер в лучших традициях советских времен.

"Совком" отдавал и тот "звездопад" правительственных наград, которые получили сотрудники НАЭК "Энергоатом", Минтопэнерго и, что совсем уж неприлично, Государственного комитета ядерного регулирования в связи с пуском блоков. Так, главный "ядерный регулятор" был награжден орденом Ярослава Мудрого 5-й степени, а до пусков, весной, удостоен звания "заслуженный энергетик Украины". Сотрудники Госатомрегулирования были награждены также ведомственными наградами Минтопэнерго и НАЭК "Энергоатом" за участие в пуске блоков, что можно рассматривать со стороны этих организаций как действия, имеющие коррупционные признаки. О какой независимости регулирующего органа во главе с подобными персоналиями могла идти речь в эпоху правительства Януковича?

Есть надежда, что новый председатель Госатомрегулирования Елена Миколайчук восстановит изрядно "подмоченную" репутацию государственного органа регулирования ядерной и радиационной безопасности, особенно по части независимости его деятельности от эксплуатирующей организации и Министерства топлива и энергетики. Во всяком случае, ход обсуждения вопроса на коллегии 7 апреля с. г. и жесткое постановление, принятое по итогам обсуждения, позволяют надеяться на это.

Специалисты Госатомрегулирования во время обсуждения состояния дел с "Комплексной программой" отмечали, что работа по ее выполнению была организована из рук вон плохо. НАЭК "Энергоатом" понадобилось 7 месяцев, чтобы на свет появился приказ об организации работ на АЭС после утверждения "Комплексной программы". При выполнении программы не были выделены в качестве приоритетных мероприятия, которые непосредственно влияют на безопасность. Проводились же мероприятия, направленные на повышение эксплуатационной надежности, и зачастую более дорогие, в то время как до фундаментальных мероприятий, важных для безопасности, руки не доходили и денег вечно не хватало. Констатировалось, что деятельность эксплуатирующей организации была направлена на повышение экономических показателей, время планово-предупредительных ремонтов (ППР) сокращалось, в то время как основная часть технических мероприятий могла выполняться только в ремонтный период. (Здесь уместно добавить, что Грищенко в свою бытность председателем Госатомрегулирования приветствовал сокращение времени ППР и по ускоренной процедуре заставлял своих сотрудников рассматривать документы, подаваемые оператором для получения разрешения на вывод энергоблоков из ремонта. И в качестве показателя эффективности деятельности регулирующего органа считал увеличение коэффициента использования установленной мощности, так называемый КИУМ, повышение которого связано, в том числе, с сокращением сроков ППР! То есть все время работы в регулирующем органе он мыслил как эксплуатационщик, а не как сотрудник регулирующего органа, для которого должны быть важны не производственные показатели АЭС, а прежде всего, их безопасность.) Коллегия отметила, что отсутствовал контроль за ходом реализации "Комплексной программы" со стороны как НАЭК "Энергоатом", так и Минтопэнерго.

В результате трехчасового обсуждения коллегия постановила признать работу НАЭК "Энергоатом" по реализации мероприятий "Комплексной программы модернизации и повышения безопасности энергоблоков АЭС" неудовлетворительной. Министерству топлива и энергетики Украины было предложено обратить внимание на неудовлетворительное выполнение им ст. 21 Закона Украины "Об использовании ядерной энергии и радиационной безопасности" в отношении обеспечения выполнения "Комплексной программы". Коллегия предложила Минтопэнерго и НАЭК "Энергоатом" провести анализ причин невыполнения "Комплексной программы", в том числе рассмотреть вопросы ответственности должностных лиц НАЭК "Энергоатом" за срыв реализации мероприятий и целесообразности дальнейшего пребывания на занимаемых должностях этих лиц. А в срок до 1 мая 2005 года информировать Госатомрегулирования о предпринятых по этому поводу мерах. По постановлению коллегии, НАЭК "Энергоатом" обязана сосредоточить все возможные человеческие, материальные и финансовые ресурсы для обеспечения выполнения наиболее приоритетных с точки зрения влияния на безопасность мероприятий "Комплексной программы" в 2005 году и внести их в объемы работ ППР-2005 на каждом энергоблоке.

Сложилось впечатление, что представители и НАЭК "Энергоатом", и Минтопэнерго рассчитывали, что все закончится как всегда, то есть мягко пожурят и опять все пойдет по накатанной дорожке перенесения сроков и невыполнения мероприятий. Во всяком случае, покидая коллегию, первый вице-президент НАЭК "Энергоатом" явно расстроен не был. Товарищи не поняли серьезности намерений регулирующего органа, и не ожидают выполнения решения, зафиксированного в постановлении. Особенно по поводу соответствия занимаемым должностям ответственных за срыв выполнения мероприятий. И тем более не ожидают, что отслеживание выполнения решения коллегии будет происходить жестко, и не только со стороны Госатомрегулирования Украины.

Вопрос о состоянии выполнения "Комплексной программы" находится в зоне особого внимания и Комитета по вопросам топливно-энергетического комплекса, ядерной политики и ядерной безопасности Верховной Рады Украины. 6 апреля, накануне коллегии, о которой идет речь, на заседании комитета народные депутаты Украины рассмотрели ход выполнения этой же "Комплексной программы" и констатировали, что выполнение программы сорвано. В решении комитета предложено КМУ пересмотреть "Комплексную программу" с целью выделения приоритетных мероприятий, важных для безопасности, и установления сроков их выполнения. Так что будет обеспечен двойной контроль за НАЭК "Энергоатом" и Минтопэнерго — как со стороны органа регулирования ядерной и радиационной безопасности, так и со стороны украинских законодателей.

11 апреля в штаб-квартире МАГАТЭ началось третье совещание сторон Конвенции о ядерной безопасности по рассмотрению национальных докладов, в которых описывается, как каждая из стран выполняет взятые на себя обязательства в связи с Конвенцией. К докладу Украины проявлено особое внимание, поскольку в 2004 году были введены в эксплуатацию сразу 2 энергоблока с реакторами ВВЭР-1000. Об очень живом интересе к состоянию ядерной безопасности в Украине можно судить и по количеству письменных вопросов к украинскому докладу, присланных заранее из разных стран. Отдельный раздел доклада каждой страны посвящен деятельности национального органа регулирования ядерной и радиационной безопасности. В соответствии с требованиями Конвенции независимость органа регулирования в системе исполнительных органов власти страны (и прежде всего от учреждений, ведомств и организаций, которые используют ядерную энергию) является основополагающим фактором в обеспечении ядерной и радиационной безопасности.

Есть надежда, что на этот раз глава регулирующего органа Украины, представляя доклад Украины, убедит мировую общественность, что независимость в принятии решений в вопросах регулирования ядерной и радиационной безопасности в Украине, наконец, может стать реальностью в результате кардинальной смены политической элиты.