Уроки Босфора

Новейшая история эксплуатации черноморских проливов сделала последние предложения Анкары по прекращению нефтетранзита через Босфор прогнозируемым событием. В проливе зафиксировано немало аварий, в том числе разливы нефти. В 1979 г. при столкновении судов Independenta и Evriala в пролив вытекло около 100 тыс. т сырой нефти. Крупная авария между судами Nassia и Ship Broker в 1994 г. стала еще одним свидетельством большой опасности, с которой турецкие проливы, прежде всего Босфор, сталкиваются каждый день. 27 июля 2004 года, накануне появления в британской Financial Times статьи по поводу новых инициатив Анкары, сухогруз, шедший под российским флагом, сел на мель в районе Стамбула в проливе Босфор. Символично, что на борту судна был украинский металлопрокат, который везли в Индию.

Итак, аргументируя свою инициативу значительными рисками аварий, турецкое правительство предложило "абсолютное сотрудничество" в предоставлении лицензий на строительство сухопутных трубопроводов для поставки черного золота из Черного моря в Эгейское при условии согласия компаний на мораторий танкерной транспортировки нефти через Босфор. Нынче Минэнергетики Турции изучает несколько вариантов трубопроводных проектов, разгружающих нефтепоток через Босфор.

Досье-1

1. Нефтепровод Кийике (Черное море, Турция) — Ибрице (Эгейское море, Турция). Проект находится на стадии предварительного изучения. Протяженность — 200 км. Предварительная оценка инвестиций — $530 млн. Его достоинства — короткий маршрут, проходящий по территории одной страны, сравнительно невысокая стоимость.

2. Нефтепровод Бургас (Черное море, Болгария) — Александруполис (Эгейское море, Греция). Основные расчеты проекта завершены. Протяженность — 268 км. Проходит через две страны. Инвестиции — $700 млн. Индикативный тариф — $5 за тонну. Его достоинства — короткий маршрут, сравнительно невысокая стоимость, вероятная поддержка со стороны российских нефтекомпаний.

3. Нефтепровод Бургас (Черное море, Болгария) — Влера (Адриатическое море, Албания). Проект находится на стадии изучения. Протяженность — 913 км. Проходит через три страны. Предварительная оценка инвестиций — $1,2 млрд. Индикативный тариф — $9,5 за тонну. Его недостатки — длинный маршрут, высокая стоимость, трудности при поиске источников финансирования из-за высокого политического риска.

4. Нефтепровод Самсун (Черное море, Турция) — Джейхан (Средиземное море, Турция). Проект находится на стадии предварительного изучения. Протяженность — 890 км. Объем инвестиций неизвестен. Его недостаток — длинный маршрут, достоинство — проходит по территории одной страны.

5. Нефтепровод Констанца (Черное море, Румыния) — Триест (Адриатическое море, Италия). Проект находится на стадии изучения. Протяженность — 1375 км. Проходит через четыре страны. Предварительная оценка инвестиций — $1,05 млрд. Его недостатки — высокая стоимость, достоинства — нефтепровод предлагается соединить с нефтепроводом, обеспечивающим поставки для НПЗ Центральной Европы.

6. Нефтепровод Одесса (Черное море, Украина) — Броды (западная граница Украины) — нефтепровод "Дружба" — Омишаль (Адриатическое море, Хорватия). Основные расчеты проекта завершены. Для его осуществления строительство новых трубопроводных систем не требуется. Проходит через три страны. Его достоинства — низкие затраты для запуска проекта, недостатки — ограниченная пропускная способность трубопровода "Дружба". Проект может получить большую привлекательность, если использовать мощности Самарского узла.

7. Нефтепровод Одесса (Черное море, Украина) — Броды (западная граница Украины) — нефтепровод "Дружба" — Вильгельмсхафен (Северное море, Германия). Проект находится на стадии предварительного изучения. Протяженность — 500 км (Броды—Плоцк) + 600 км (Шведт—Вильгельмсхафен). Проходит через три страны. Его недостатки — потребуются большие инвестиции, ожидается высокий тариф, достоинства — Вильгельмсхафен располагает морским терминалом, способным принимать супертанкеры, кроме того, нефтепровод позволит поставлять светлую казахстанскую нефть на НПЗ Германии и Польши. Этот проект может иметь большие перспективы и с выгодой для инвесторов реализоваться, если будут подключены мощности трубопровода Атырау—Самара.

На исходе лета пройдет двусторонний саммит "официальной" Анкары и руководства нефтекомпаний России. Большинство экспертов уверены: россияне не согласятся на последние инициативы хозяина проливов, истолковав их как нарушение прав РФ на беспрепятственный доступ через Босфор, Мраморное море и Дарданеллы к Эгейскому и Средиземному морям, то есть фактическую денонсацию Конвенции Монтре 1936 г., регулирующей правила пользования проливами, в которой, в частности, содержится положение о свободе судоходства. Между тем у Анкары есть весомая и достаточно тревожная статистика. В 1996 г., спустя 2 года после того, как вступил в силу национальный Регламент судоходства в зоне проливов, а в турецкий закон, регулирующий движение в проливах, были внесены 59 поправок, ограничивающие возможности прохождения по проливам супертанкеров, через Босфор было перевезено 60,1 млн. т нефти. В 2003 г. транспортировалось 134 млн. т. Стало быть, если эти темпы сохранятся, то к 2010 г. объемы увеличатся еще на 50%.

Сегодня каждый день до 15 крупнотоннажных танкеров проходят аккурат через середину Стамбула, где проживают до 13 млн. жителей. С наращиванием нефтедобычи в России и на Каспии риск окончательно закупорить проливы становится реальным. Это было продемонстрировано нынешней зимой, когда скверная погода задерживала прохождение супертанкеров на месяц.

Полагаю, это были "цветочки". "Ягодок" следует ждать, когда нефтетерминалы на Черном море (прежде всего Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), выйдут на проектную мощность. Возможно образование танкерного тромба, исключающего эксплуатацию Босфора вообще.

Напомним, в конце 90-х, после того как цены на нефть, оттолкнувшись от "дна" в $9 за баррель, начали расти, российские компании увеличили добычу с 6 млн. баррелей в день до 8,5 млн. Эксперты предсказывают: к концу нынешнего десятилетия эта цифра вырастет до 10 млн. баррелей в день. Аналогичные выводы возникают после знакомства с принятой в 2003 г. Энергетической стратегией России до 2020 г. Она предполагает направить усилия на развитие морских нефтетерминалов на Черном море — мощности в Новороссийске и Туапсе довести до 59 млн. т в год, а КТК вывести на проектную мощность — это еще 67 млн. т. Кроме того, автор уверен: с ростом добычи нефти в Казахстане пропускная способность КТК к 2014 г. может быть еще увеличена и превысит проектную мощность. Впрочем, скорее всего, часть казахстанской нефти из Актау будет переключена через Каспий на трубопровод Баку—Тбилиси—Джейхан.

"Смягчающими обстоятельствами", способными сделать Анкару менее жесткой, некоторые эксперты считают рост мировых цен на нефть, а также перебои в поставках черного золота из охваченного войной Ирака. Заметим, что особенно часто прерывался нефтепоток по "трубе" Киркук—Джейхан, обеспечивающий загрузку нефтеперегонных заводов Средиземноморья.

Дескать, дефицит нефти, от которого в первую очередь страдают США, заставит Вашингтон "надавить" на Турцию, и она пропустит российские танкеры через проливы. Полагаю, все не так просто.

Прежде всего из-за того, что высокосернистую нефть региона Персидского залива в основном потребляет "покладистый" Континент. Американские НПЗ "разбалованы" более высококачественной нефтью и увеличение поставок "бодяжки" Urals на мировой рынок вряд ли поможет автолюбителям Америки.

Натурально, с приближением зимы актуальным становится мазут, который можно "гнать" из Urals и Arab Medium, однако бензин все-таки более важен. А его лучше делать из нефти, добытой в Северном море или в Африке.

То, что в безаварийной эксплуатации Босфора более других заинтересована Европа, дало основание искушенным в дипломатии экспертам предположить, что Берлин, Париж и Брюссель разыгрывают турецкую карту, исподволь "портя кровь" России, с которой, тем не менее, сближаются по оси Москва—Берлин—Париж. Дело в том, что, являясь кандидатом в члены ЕС, Турция становится невольным рычагом влияния в регионе (с центром управления в Берлине или Брюсселе), "технически" устраняя примитивный "вентильный" нефтяной диктат Москвы. Логика ЕС безупречна. Сегодня основным поставщиком нефти и газа в Европу является Россия. Она сохранит свои позиции в ближайшие 10 лет, пока добыча на Каспии не выйдет на полную мощность. Но такая зависимость от одной страны не может устраивать Европейский континент, тем более зависимость от России, которая зачастую решает проблемы в отношениях с ближайшими соседями по СНГ с помощью грубого аргумента — вентиля на трубопроводах. Серьезным аргументом против "российского вентиля" отчасти выступила "босфорская пробка". Отчасти потому, что отмахиваться от заботы об усилении безопасности мореплавания и окружающей среды неправильно.

Турция активно стремится на Запад, принимая его стандарты, среди которых экология занимает ведущее место. Кстати, в последнее время о Турции, большая географическая часть которой — азиатская — до сих пор не позволяла надеяться на вступление в ЕС, теперь говорят как о вполне реальном претенденте на членство. Этот вопрос будет рассмотрен в декабре 2004 г.

Национальный интерес

Князь Олег, усмиривший Царьград в 908 году, прекрасно осознавал "рентабельность" похода на Византию. Эта самая "рентабельность" исчислялась не только изрядной суммой выкупа, но и установлением дипломатических отношений с Царьградом. Что, в свою очередь, стало гарантией беспрепятственного транзита русских купцов через пролив.

Нынешний римейк "босфорского обострения" сопровождался резким усилением Турции в статусе транзитной державы. Если до начала 90-х углеводородный транзит Турции исчерпывался "трубой" Киркук—Джейхан и небольшими количествами российского газа, с интенсификацией разработки каспийских залежей значимость "географии" резко выросла.

Прежде всего, речь идет о строительстве нефтепровода Баку—Тбилиси—Джейхан, первая нефть из которого должна быть отгружена на танкер в Джейхане в начале 2005 г.

Во-вторых, важным компонентом восточно-западного энергетического коридора, проходящим через Турцию, станет проект, связанный с поставками газа из азербайджанского месторождения Шах-Дениз. Строительство газопровода Баку—Тбилиси—Эрзерум должно начаться в ближайшее время, а первые поставки намечаются в 2006 г. То есть будет сделан первый шаг к созданию нового энергетического транспортного маршрута Каспий—Турция—Европа. Анкара надеется, что газопровод может в будущем послужить и для организации поставок туркменского газа…

Нефтяных транспортных коридоров не может быть много. Сырья на всех не хватит. Поэтому очевиден вывод: Турция, заняв ведущее место в транспортировке сырья из каспийского региона, оттеснила Украину на обочину. Интересно, что Киев особенно и не сопротивлялся этому унизительному процессу. В феврале 2004 г. в Стамбуле, на фоне очередей танкеров, ожидающих прохождения Босфора, состоялась международная конференция "Нефть и газ Каспийского и Черноморского регионов". Эмоциональное обсуждение проблем проливов шло без делегации Украины, хотя Киев заявлял свое участие. Наиболее "потерпевшая" из-за узости Босфора Россия была представлена "символической" делегацией.

Падение интереса к этому вопросу стало следствием начала финансирования строительства трубопровода Баку—Тбилиси—Джейхан (БТД) мощностью 50 млн. т нефти в год. Турция в борьбе за право поставлять каспийскую нефть и газ Европе вышла победительницей. После ввода в строй в начале 2005 г. БТД, а в 2006 г. — газового трубопровода Баку—Тбилиси—Эрзерум Турция войдет в первую четверку стран по объемам поставок нефти в Европу.

Украина же, ожидая "у моря погоды" и не ввязываясь в драку за нефтеконтракты, сделала ряд шагов, отдаляющих ее от статуса самостоятельной транзитной державы. Пассивное "сопровождение" госчиновниками нефтепровода Одесса—Броды на фоне откровенного лоббирования нефтекомпаниями РФ своих интересов на самом высоком уровне стало в конечном счете причиной "формального подхода" в поиске нефти для "трубы".

Логика развития отечественной экономики в последние годы вроде бы предполагает поддержку Киевом наращивания поставок нефти на мировой рынок. Ведь замедление развития Запада из-за нефтедефицита означает снижение потребления украинских товаров. Однако в пылу борьбы за металлоэкспорт теряется важная тема национальной энергобезопасности, связанная в значительной степени с диверсификацией поставок энергоносителей в страну. За это лето Россия стала энергомонополистом на внутреннем рынке Украины, причем ассортимент ее "эксклюзива" затрагивает практически все энергоносители — от ядерного топлива до газа.

"Казахстанский фактор"

Самое интересное, что Россия, пребывая в статусе "наиболее пострадавшей" от босфоровских строгостей, отнюдь таковой не является. Хотя бы потому, что вытеснение Urals из Средиземноморья ожидалось давно. Косвенным образом в пользу этого говорит то обстоятельство, что РФ, "перетасовав" объемы транзита в долгосрочном соглашении о транзите нефти, де-факто оставила прежние объемы прокачки. Москва в проекте соглашения отказывается от использования направлений Лисичанск—Новороссийск и Никольское—Кременчуг. А перевалка через нефтегавань Одессы снижается аккурат на 9 млн. т в год, точно на объем реверсированного нефтепровода Одесса—Броды.

Вторым мифом автор считает увлечение альтернативными (обходящими Босфор) нефтепроводами. Сегодня, на фоне запредельных мировых цен на нефть, никто из нефтекампаний не станет отвлекаться на "трубу", предпочитая "гнать" черное золото на экспорт, пока оно дорогое. Кстати, в перспективе, по мнению Минэкономразвития РФ, "в результате снижения прибыльности экспорта и сохранения относительного недостатка экспортных мощностей темпы роста экспорта нефти снизятся с 11—13% в 2004 г. до 3% в 2005—2007 гг."

Между тем сейчас, по мнению автора, очки в борьбе за контроль над трубопроводом в обход Босфора набирает Казахстан. По нашим данным, ряд влиятельных казахстанских лоббистов добиваются от местного правительства активной поддержки проекта сооружения трубопровода Игнеада—Сарос из Черного моря в Эгейское по территории Турции. Проект Игнеада—Сарос продвигает офф-шорная Thrace Development Co., связанная с турецким капиталом, американскими бизнесменами и казахстанскими лоббистами. Сегодня они утверждают, что уже получили предварительное одобрение своим планам в правительственных агентствах Турции. Господдержка Казахстана стала необходима Thrace Development Co., потому что у нее есть влиятельный конкурент — российская нефтепроводная компания "Транснефть". Соперничество с ней малоизвестных фигур — лишь один из признаков желания многих сил ограничить влияние Москвы на доставку нефти из бывшего СССР к потребителям Запада. Ранее эту задачу решил для себя Азербайджан, начав строительство нефтепровода Баку—Джейхан. Теперь инициатива переходит к игрокам, связанным с Казахстаном, которые хотят обойти не только Босфор, но и "Транснефть".