Конец «оффшорной лафы»

Конец «оффшорной лафы»

В субботу поздно вечером правительство Латвии решилось на шаг, который еще месяц назад никто не прогнозировал: на национализацию легендарного Parex banka, где негласно держат свои деньги многие бизнесмены России и Украины. Таким образом, проявилась еще одна сторона тотального кризиса – тайное становится явным.

При этом «сладкая парочка» владельцев банка – миллионеры Валерий Каргин и Виктор Красовицкий – получат за свое детище лишь… 2 лата.

Если латвийских банкиров больше всего волнует, постигнет ли другие банки участь Parex, то в деловых кругах России и Украины тревоги совсем другого рода – что будет с деньгами, покоившимися на счетах крупнейшей латвийской оффшорки? Согласно принятому Банком Латвии решению, контрольный пакет акций (51%) Parex banka переходит в руки государственного Latvijas Hipotēku un zemes banka. Уплаченные за акции 2 лата (будто в насмешку) поровну делятся между Каргиным и Красовицким. Каргин уходит с поста президента банка, и эту должность занимает лицо, которого назовет правительство.

Остальные акции с правом голоса, то есть 34% от акционерного капитала банка, будут заложены в пользу Latvijas Hipotēku un zemes banka. 15% акций Parex banka останутся в собственности миноритарных акционеров.

Министр финансов Атис Слактерис сказал, что причина принятия такого решения заключается «не в желании спасти конкретных акционеров банка, в желании защитить интересы вкладчиков. Акционеры Parex banka не в состоянии разрешить сложившуюся ситуацию».

Примечательно, что второй по величине после скандинавского Swedbank и крупнейший национальный банк в Латвии Parex banka еще сентябре 2008 года показывал прибыль в12,4 млн. латов. А его кредитный портфель в размере1,9 млрд. латов соответствовал объему привлеченных вкладов – 1,94 млрд. латов.

Проблемы начались совсем недавно – в октябре. И угрожающими они не выглядели. Информированные источники полагают, что истинных причин национализации Parex минимум две: правительство Латвии пошло на поводу у Евросоюза и прикрыло скандальную «лавочку» в обмен на финансовую поддержку Запада, или владельцы банка собирались завершить многолетний бизнес «на высокой ноте» – забрать деньги и раствориться. Во всяком случае, связаться с банком многие клиенты, годами хранившие в нем «заначки», в последнее время не могли. Теперь они попытаются забрать свои деньги, чтобы перевести, скажем, на Кипр. Но отдадут ли им капиталы без лишних вопросов? Этого пока никто не знает. В связи с чем у некоторых недоверчивых вкладчиков возникает нехорошая догадка – может, в условиях кризиса Латвия решила попользовать теневыми деньгами российских и украинских олигархов, которые те хранили в Parex banka?

И тут самое время вспомнить историю «оффшорной лафы по-рижски». В интервью газете «Коммерсантъ» Валерий Каргин довольно откровенно рассказывал, с чего начинался Parex. А начинался он с комсомольского бизнеса двух ушлых ребят – самого Каргина, ставшего в результате самым богатым человеком в маленькой Латвии, и его друга Виктора Красовицкого. Было это все при Горбачеве: «Подумав, мы с Виктором решили менять валюту исходя из принципа: "все, что не запрещено, – разрешено" и поместили в местной молодежной газете объявление: "куплю валюту". Был указан адрес горкома комсомола. Начали ее покупать и на свои деньги, и на комсомольские. Ну, купить-то купили, но надо было еще продать. Появилось объявление: "Продам валюту" с тем же адресом. Таким образом, первые доллары мы купили за 24 рубля, а продали – за 32. Оборот стал расти, денег у нас были полные карманы. После чего мне стали звонить из местного комитета госбезопасности. А тут еще "Комсомольская правда" опубликовала статью о том, что же это такое, до чего дошли эти прибалты. "Купить валюту!", это же обалдеть можно. С этакой ноткой, мол, там грабят, и нам в Москве пора».

Надо заметить, что постановление Верховного Совета, которое легализовало валютный обмен, было принято только в 1991-м, а свой бизнес будущие «парексовцы» начали в 1990-м. Не посадили их не только потому, что Латвия уже «абстрагировалась» от Советского Союза, а и благодаря связям несостоявшегося журналиста Каргина в кругу местной партийно-комсомольской элиты с одной стороны, и цеховиков – с другой.

Свой бизнес Валерий начал под прикрытием Отдела культуры Рижского городского комитета комсомола еще в 1986 году. Тогда авангардом кооперативного движения в Латвии была корпорация «Пардаугава» с Владимиром Лесковым и Александром Лавентом во главе. Оба в советское время были цеховиками, за что сидели, а Лавент сидел еще и потом, в 1990-х, за банкротство «Банка Балтия». Лесков бежал в Россию. «Пардаугава» кончилась. «Пардаугава exchange» (т.е. обменные пункты Каргина и Красовицкого) остались. Так возник Parex banka.

Он был учрежден в 1992 году специально для сокрытия от государственного ока российских и украинских властей денег представителей «раннего капитализма». Именно Parex одним из первых предложил услугу кодированных счетов.

Одна из желтых газет писала, что, когда в середине 90-х Каргин приезжал в Москву, то давал самые большие в российской столице чаевые швейцарам и официанткам. Не из чрезмерной щедрости – просто денег у него было больше, чем у новоиспеченных коммерсантов, бандитов и красных директоров.

С развитием рыночной экономики и государственного управления финансовым сектором вседозволенность Parex banka начали «прижимать». Исчезла телереклама, где ухоженный латвийский мальчик, оставив монетку в Parex banka, с чудным акцентом вопрошает: "А маме не скажете?" – были запрещены номерные кодированные счета.

Через несколько лет, когда Латвия начала путь к Евросоюзу, владельцев анонимных счетов попросили заполнить принятые в ЕС анкеты клиентов. В Parex banka подчеркивали, что банк европеизировался и отошел от оффшорных операций. Однако это не так.

На самом деле он просто изменил схему. Поскольку карточка клиента на предъявителя в процессе борьбы против отмывания денег была запрещена, появились анонимные корпоративные карты. Бизнесмен покупал оффшорную компанию у какого-либо из латвийских юристов-посредников, вместе со счетом компании в Parex banka. Открывал корпоративную карточку на эту оффшорную компанию и пользовался ею. Еще одним направлением бизнеса стали интернет-платежи и новые кодовые карты, к которым прилагались специальные устройства. Ну, и, конечно, хранение денег – как запасной аэродром у некоторых представителей старой постсоветской элиты (более продвинутая публика пользовалась современными инструментами анонимного инвестирования).

Проблемы Parex нарастали синхронно с техническим прогрессом: оказалось, что банк не в состоянии обеспечить реализацию своих, привлекательных на первый взгляд продуктов. С управлением псевдо-анонимными счетами и аутоинтефикацией клиентов в Parex banka возникали постоянные трудности. Один из знакомых автора, пользовавшийся услугами Parex banka жаловался, что система постоянно сбоит, деньги взять трудно, платежи осуществляются «косо-криво», связь с банком плохая.

Это и стало основной причиной, почему расширившие кругозор российские и украинские олигархи стали отказываться от сотрудничества с Parex banka и (при помощи транснациональных посредников) уводить деньги в другие оффшорные зоны или трансформировать в инвестиции и недвижимость за границей. Глобализация и борьба с отмыванием денег сделала все ноу-хау Parex banka «изюминкой вчерашнего дня».

Видимо, это понимали и Каргин с Красовицким. Об их замыслах можно только догадываться. Что же касается легендарного детища двух «оффшорных дел мастеров», то ему предсказывают банкротство. Это может произойти в том случае, если латвийские власти решат ради сохранения доброго имени отдать вкладчикам банка их деньги по первому требованию…