Оптимизм Лагард: игра с Украиной на раздевание

Оптимизм Лагард: игра с  Украиной на раздевание

Завтра парламент должен проголосовать за так называемые «реструктуризационные законы» – поправки в Налоговый и Бюджетный кодексы, а также в закон о ценных бумагах и фондовом рынке (о выпуске деривативов), о чем мы уже писали раньше. Но интересно не это, а связь между собственно реструктуризацией долга и сияющей улыбкой Кристин Лагард, удивившей весь мир заявлением о «стабилизации» падающей со скоростью 15% в квартал украинской экономики. И вот секрет ее оптимизма, кажется, найден...

Западные журналисты обожают писать о Кристин Лагард художественные очерки. Последний опус такого рода опубликовал Джиллиан Тетт в The Financial Times 15 июня этого года.

Треть огромной статьи он посвятил описанию, как мадам Лагард в свои «далеко за 50» поддерживает идеальную фигуру, поедая в индийском ресторане возле офиса МВФ в Вашингтоне только шпинат, черную треску и киноа (не знаю, что это, позор мне, позор!). Без гарнира. Как она одета «в изысканных бежевых тонах – элегантный костюм в стиле Шанель, туфли в тон, на руке серебряный браслет филигранной работы, а на голове копна светлых волос». А в конце не преминул затронуть любимую тему желтой прессы – ее «лав стори» с корсиканским бизнесменом Ксавье Джоканти.

«На следующей неделе мы с Ксавье встретимся, чтобы отметить праздник», – говорит она, когда мы выходим из ресторана на серую и мокрую вашингтонскую улицу. Загадочно улыбаясь, она объясняет, что собирается поехать в Австралию на Большой барьерный риф по пути в Брисбен на ноябрьский саммит G20. «Ксавье исполняется 60 лет, и, чтобы сделать ему сюрприз, я забронировала на его день рождения отдых с подводным плаванием. Мы едем на три дня».

Где-то в середине текста сиротливо затерялся абзац о том, что "французский суд начал расследование, пытаясь выяснить, на самом ли деле она допустила халатность – либо проявила «великодушие» – в отношении французского бизнесмена Бернара Тапи, когда в 2007 году помогла ему уладить скандал, в котором был замешан французский банк Crédit Lyonnais".

На самом деле это не такая уж смешная история, учитывая прошлогодний обыск в парижской квартире Лагард (когда французские следователи перевернули там все вверх дном), ее статус свидетеля в уголовном судопроизводстве и многочисленные обвинения со стороны социалистов

Лагард во всеуслышание заявляет, что никаких противоправных действий не совершала, хотя резкий поворот в действиях французских политиков явно вывел ее из равновесия...».

На самом деле это не такая уж смешная история, учитывая прошлогодний обыск в парижской квартире Лагард (когда французские следователи перевернули там все вверх дном), ее статус свидетеля в уголовном судопроизводстве и многочисленные обвинения со стороны социалистов.

В 2013-м в рамках расследования этого дела был арестован глава крупнейшей телекоммуникационного компании France Telecom Стефан Ришар. Сама глава МВФ после вызова в суд была вынуждена нанять очень крутого адвоката Ива Репика.

Для справки. Еще в 1993 году французский бизнесмен и политик Бернар Тапи, близкий друг будущего президента Николя Саркози, решил продать компанию Adidas. Для осуществления сделки был создан специальный консорциум, которым управлял частично принадлежавший государству банк Credit Lyonnais. После завершения проекта Тапи обвинил банк в махинациях и потребовал выплаты компенсации нанесенного ему ущерба. В 2007 году Лагард, будучи министром экономики и финансов Франции, распорядилась ускорить рассмотрение вопроса. И в июле 2008 года арбитражный суд обязал одну из государственных финансовых структур выплатить Тапи в качестве возмещения убытков 240 млн. евро, а также около 100 млн. евро в виде процентов и 45 млн. евро за моральный ущерб.

Позднее выяснилось, что Тапи – друг не только Саркози, но и Ксавье Джоканти. Они связаны спортивными проектами в Марселе. Как писала французская газета «Канар аншене», спортивная ассоциация, возглавляемая Ксавье Джоканти, усилиями министерства экономики и финансов была освобождена от налоговых обязательств за 2003-2005 годы. Именно в то время, когда Лагард была министром.

Джоканти даже пришлось публично оправдываться: «Чепуха, я тогда в этой структуре и не работал. Я не мошенник, а лишь человек, который обеспечивает ВВП любимой женщине», – уверял он журналистов. Характерно, что ВВП он перевел как «внутренний валовый плезир».

«Дело Тапи» и скандал с ассоциацией «милого друга» – не единственные коррупционные пятна на биографии мадам Лагард. Не случайно она постоянно говорит (и подчеркнула в этом интервью), что не хочет возвращаться во Францию, привыкла возглавлять международные структуры и лучше чувствует себя в Америке, давшей ей в молодости «путевку» в жизнь.
Действительно, Лагард – одна из немногих француженок, которые больше американки, чем (пардон, за тавтологию) француженки. В своих интервью она не раз вспоминала, что после смерти отца Робера Лаллуэтта не имела других перспектив, кроме как работать продавщицей или секретаршей

Действительно, Лагард – одна из немногих француженок, которые больше американки, чем (пардон, за тавтологию) француженки. В своих интервью она не раз вспоминала, что после смерти отца Робера Лаллуэтта не имела других перспектив, кроме как работать продавщицей или секретаршей. У матери с четырьмя детьми денег на их образование не было. Но Кристин повезло: филантропическая ассоциация American Field Service предоставила ей годовую стипендию для обучения в США.

«Америка научила меня постоянно поднимать планку личных возможностей и достижений, – рассказывала Кристин Лагард. – В отличие от Франции, где придают первостепенное значение формальностям, в Штатах вас ценят не по составленному вами резюме, а прежде всего по достоинствам. Мне понравился американский позитивизм, и я как бы зарядилась его энергией. Что и говорить: Holton Arms School в штате Мэриленд – это вам не лицей имени «доброго короля» Франциска I в управляемом коммунистами Гавре», – повторяла она неоднократно.

Потом будущий глава МВФ стажировалась в Вашингтоне, была помощницей представителя республиканцев от штата Мэн Уильяма Коэна (министра обороны в администрации Билла Клинтона). А в 1981 году пошла работать в Baker & McKenzie, одну из самых престижных юридических структур мира – 4400 сотрудников в 35 странах. Центральный офис, разумеется, на Wall Street.

В конце концов, она вернулась во Францию и даже заняла там высокие государственные должности. Но привычка нащупывать в любом вопросе коммерческую «прожилку» осталась. Одним из ее проектов, вызвавшим много вопросов, стало слияние французских энергетических компаний Gaz de France (GDF) и Suez. По сути, сделка привела к приватизации Gaz de France – правительству осталось принадлежать 35% акций объединенной компании, хотя ранее предполагалось 40%. Вроде мелочь – какие-то 5%, но Gaz de France Suez – это не СТО в Крыжополе, поэтому 5% имеют значение. Особенно для тех, кому они достались. Ибо в комплекте с акциями идут дивиденды.

И вот тут-то и выяснилось, что, по версии местного борца с коррупцией депутата Дидье Миго, достались эти акции друзьям Саркози и родственникам Лагард. Якобы к корпорации с ежегодным объемом выручки 64 млрд. евро причастен ее племянник.
А теперь самое любопытное. Цитирую новость РБК от 8 июля «Французская компания «Gas de France» может приватизировать «Центрэнерго». В понедельник, 13 июля, будет принято решение о продаже активов «Центрэнерго». Наибольший интерес в покупке предприятия выразила французская Gas de France. Об этом заявил председатель Фонда госимущества Украины Игорь Билоус, передает РБК.

«Вчера у нас была с министром экономики расширенная встреча с французским бизнесом, где был Gas de France… Они сказали, что более 50%, что они пойдут на эту приватизацию», – сказал он.

Что же касается восторгов Кристин Лагард по поводу «стабильности» нашей экономики, то их причина, думаю, всем уже ясна. Как написал один из журналистов в очередном личностном опусе про нее: «Железная мадам знает: несмотря ни на что, ее караван уверенно следует к цели»

Среди других приоритетных госпредприятий для приватизации в 2015 году – Одесский припортовый завод (ОПЗ) и шесть электроснабжающих компаний (облэнерго), контрольный пакет которых будет предложен на открытом тендере по методу открытого аукциона.

«В понедельник в Вашингтоне мы примем решение о приоритетных активах, которые будут предлагаться на открытых конкурсах этого года. Эти все предприятия планируются к продаже в этом году. Сейчас идет работа по выбору инвестиционных банков по крупным объектам», – заявил Билоус.


Кстати, «Версии» уже писали об этом в статье «Чем мы заплатим за кредит МВФ?». Приватизация «Центрэнерго» записана в Меморандум МВФ http://www.theinsider.ua/rus/business/5501babc999cc/.

Кроме того, согласно Меморандуму, Украина обязалась «повысить корпоратизацию» ключевых государственных компаний: НЭК "Укрэнерго", НАЭК "Энергоатом", НАК "Нефтегаз Украины" и его дочерних компаний. Это значит, что госпредприятия должны быть преобразованы в акционерные общества, а часть их акций продана инвесторам. Например, Electricity de Francе или Gaz de France.

Кто-то удивится – зачем Gaz de France акции убыточного "Нефтегаза Украины"? Не скажите! Еще в 2005 году, при Ющенко, рассматривался проект хранения газа Gaz de France в украинских подземных хранилищах. А если хранилища перейдут в собственность иностранного инвестора? Очень выгодный актив, я вам скажу.

Тем более что и покупать, возможно, ничего не придется, учитывая, что Украина в долгах, как в шелках. Есть и другие инструменты, которые спрятались за намеками в распоряжении Кабинета министров Украины №859-р. от 27 августа 2015 года. В одном из пунктов предлагается разрешить выплату доходов и погашение государственных облигаций Украины "деньгами или в другой форме по соглашению сторон". Какой форме?

Прикидываете, какой веселый бартер получится, если держатели нашего долгового мусора типа еврооблигаций "Фининпро", гарантированных государством кредитов "Укравтодора", КБ "Южное" и "Укрмедснаба" договорятся с заинтересованными транснациональными компаниями принять в оплату не деньги, а «доляхи» в подземных хранилищах газа. Потом акулы капитализма проведут между собой зачет, а страна, равная по уму и мощи Габону (это про нас), остается на бобах. Точнее, на кукурузе, кормовом зерне и прочем сырьевом экспорте. И не смейтесь, господа, Аргентину еще не так раздели в свое время. Или обули. Это кому какой термин больше нравится.

Что же касается восторгов Кристин Лагард по поводу «стабильности» нашей экономики, то их причина, думаю, всем уже ясна. Как написал один из журналистов в очередном личностном опусе про нее: «Железная мадам знает: несмотря ни на что, ее караван уверенно следует к цели».