Непрозрачное Prozorro, или Как украсть миллиард

Непрозрачное Prozorro, или Как украсть миллиард

Знаете, почему народ так разочарован в итогах майдана-2014? Потому что революцию делают романтики, а ее плодами пользуются те, кто взял власть и раскрутил выгодный бизнес под видом реформ. Пора развенчивать мифы. Например, миф о Prozorro как об электронной системе, избавившей систему госзакупок от коррупции.

На самом деле, Prozorro – это лишь система платного доступа к коррупционным схемам, которые никуда не делись. И цена этой аферы – распиленный миллиард...

Сказка и мародеры

Появление в Украине рынка электронных тендерных услуг для государства под торговой маркой Prozorro окружено множеством мифов, которые призваны скрыть за пиар-шелухой истинную цель этого бизнес-проекта.

Пиплу скармливают трогательную историю о том, как 10 декабря 2013 года молодой технократ Максим Нефедов вышел из офиса прогрессивного инвестфонда Icon Private Equity, где он работал управляющим партнером, надел шлем сноубордиста и пошел на майдан – держать оборону против “злочинной панды”.

Там он увидел палатку «Відкритого Університету Майдану» (ВУМ) и зашел туда. Инициатора просветительского проекта – будущего министра экономики Павла Шеремета не застал. Но познакомился с бизнесменом Александром Стародубцевым, ныне директором департамента регулирования госзакупок Минэкономразвития.

И вот тогда, под грохот летящих булыжников, в дыму горящих шин, они решили избавить Украину от тендерной мафии. Для чего позвали друзей: гражданских активистов, пиарщиков, IT-шников и международных доноров.

Андрей Кучеренко из Ernst&Young стал координатором Prozorro и нашел под него финансирование через благотворительные фонды и “Transparency International Україна” (благодаря дружбе с представителем TI Андреем Марусовым).

После победы революции молодые и независимые реформаторы, а также примкнувшие к ним грузинские консультанты Давид Маргания и Тато Уржумелашвили зашли в правительство и за деньги фондов – 50 тыс. евро от GIZ, $70 тыс. от WNISEF (Наталья Яресько), а также $40 тыс. “пожертвований” от электронных площадок – “подарили” Украине систему электронных закупок.

Так выглядит официальная версия. Романтическая. Правда же заключается в том, что хитрые ребята из олигархических структур просто умыкнули веб-портал государственных закупок tender.me.gov.ua. Конечно, не такой модный и технически продвинутый, но бесплатный, где все желающие могли почерпнуть информацию о тендерах.

Сначала идеологи Prozorro подмяло под себя этот ресурс и его администратора – ГП ”Зовнішторгвидав”, переименованное теперь в ГП "Прозорро". Потом вписали в закон “Об оптимизации админуслуг” строчку, что предоставление государственных админуслуг возможно и на сторонних сайтах.

Следующим этапом продавили закон "О публичных закупках", который предусматривал переход всех государственных заказчиков и исполнителей на электронную систему. Он был принят 25 декабря 2015 года. С 1 апреля 2016-го госзакупки через Prozorro сделали обязательными для министерств и крупных госкомпаний. А с 1 августа 2016 года – для всех госкомпаний и госорганов.

Доступ к участию в торгах сделали платным: через коммерческие электронные площадки, которые Prozorro подключил к себе за $10 тыс. “с носа”. Как и оспаривание результатов тендеров в АМКУ.

Своего рода облаченное в красивые пиар-одежды мародерство. Вполне в стиле времени: пока одни гибли на майдане за светлое будущее, а затем в АТО, другие грабили Межигорье, поместье Пшонки и т.п.

Хлопцы, чьи вы будете?

Еще одна неудобная правда заключается в том, что реформаторы из Prozorro – это питомцы украинских и российских корпораций. Пиарщики проекта строго следят за тем, чтобы эта информация не всплыла: присутствие олигархов портит чистоту реформы.

Icon Private Equity, где работал Макс Нефедов, – это оффшор, зарегистрированный в Лимасоле на Кипре, через который Виктор Пинчук, по данным российских СМИ, скупал высокотехнологичные активы в Украине и России.

Александр Стародубцев – главный идеолог борьбы с коррупцией через систему Prozorro – до марта 2013 года возглавлял в Украине филиал российского брокерского дома “Открытие” (теперь уже банка), который специализировался на интернет-трейдинге.

В своем резюме на Linkedin он так и написал: “привлек финансовую корпорацию «Открытие» (вторая по величине российская частная финансовая корпорация) на украинский рынок, организовал бизнес регионального офиса глобальной корпорации”.

О дальнейшем месте работы главный госзакупщик Украины скромно умалчивает, вписывая в резюме только участие в “Гражданской платформе "Нова Країна". Но «Гугл» – не фраер, он все видит. Например, что Стародубцев, до того как официально возглавить госзакупки в МЭРТ, был сооснователем площадки электронных торгов NEWTEND... подключенных теперь к Prozorro. Как говорил Райкин, сторожим аптеку, имеем вату.

Гендиректор ГП "Прозорро” (ранее – ”Зовнішторгвидав”) с марта 2014 года до августа 2016-го Александр Наход тоже не любит вспоминать о своем предыдущем месте работы – заместителем финансового директора в "Интерпайпе" Виктора Пинчука.

Более того, широко распиаренная реформа уже мелькала раньше, при “злочинной владе”. Как пишет “Украинская правда”, “идея интернет-тендеров не нова. В Украине ее озвучивали представители предыдущей власти с 2011 года. Был даже принят соответствующий закон. По словам советника АП Марии Горностай, процесс не пошел – тогда государство не смогло договориться с частными площадками”.

Этот министр “неправильный”, дайте другого


Возможность превратить сайт государственных закупок в прибыльный бизнес появилась после революции. Собственно, с этой целью в Минэкономразвития и был делегирован президент Киевской школы экономики, бывший декан Киево-Могилянской бизнес-школы (KMBS) Павел Шеремета, о котором писали как о креатуре Пинчука.

Но Шеремета не оправдал возложенных на него надежд. Вместо продвижения проекта Prozorro, для чего к нему в марте 2014-го был приставлен директором ГП ”Зовнішторгвидав” Александр Наход, он распорядился открыть полный доступ к информации на веб-портале tender.me.gov.ua. А также поручил разработать законопроекты для повышения прозрачности процедуры государственных закупок.

В частности, он хотел изменить принятый в 2011 году закон №7532, который сократил перечень оснований для обнародования тендерной документации и, соответственно, усложнил к ней доступ общественности. А также вернуть под действие тендерных процедур значительную часть государственных закупок, которые вывели другим законом – от 2012 года.

Видимо, министр оказался сообразительнее и осторожнее, чем думали его покровители, и догадался, что цель реформаторов не победить тендерную мафию, а войти с ней в долю. И в сентябре 2014-го его «ушли» с поста под вымышленным предлогом “несогласия с назначением одного из замов”.

В декабре 2014-го МЭРТ возглавил партнер инвесткомпании East Capital Айварас Абромавичус – приятель Натальи Яресько, которого, судя по всему, посвятили в суть “реформы госзакупок”, а возможно, и “взяли в партнеры”. Он оперативно трудоустроил в министерстве Максима Нефедова и Александра Стародубцева. Завертелся маховик бешеного лоббирования нужных законов и массированной пиар-кампании.

В итоге под видом уникальной системы устранения коррупции обществу впарили платную базу данных под торговой маркой Prozorro, где хранятся все данные о госзакупках и осуществляются транзакции на миллиарды.

Тайна “блуждающего миллиарда”


Вообще, деньги – это самая непрозрачная часть “прозоррного” бизнеса. Ни Максим Нефедов, ни Александр Стародубцев, ни другие участники проекта не называют точных цифр, а когда их спрашивают – путаются в показаниях. Судя по всему, не случайно.

Плату от участия в тендерах (от 17 до 1700 грн. за каждый “лот” тендера, в зависимости от его размера) Prozorro делит с электронными площадками: 60% – им, 40% – себе. Оплата – по тарифам, установленным постановлением Кабмина №166 от 24.02.2016 г. (об этом постановлении и его юридических казусах мы еще расскажем).



Объемы этих заработков никто не называет. “Украинская правда” в апреле 2015 года писала, что “частные интернет-площадки помогут госкомпаниям находить лучшие предложения по объявленным тендерам. Взамен они будут взимать плату со всех участников государственных закупок. Уже в 2015 году доходы таких сервисов могут превысить 1 млрд. грн. (так как “Шеремета забуксовал, подсчитанные доходы перенеслись на 2016 год, – автор)».

Появились в СМИ и возмущенные комментарии участников тендеров. «Европейцы давят, что надо проводить реформы и изменения, – рассказывает один из них. – На Западе есть система вроде. Но наши политики хотят зарабатывать деньги на этом. Каждый участник торгов платит за участие в них. Это же официальный откат. Придумали такую тему – и зарабатывают огромные деньги. Посчитать нетрудно. На Prozorro можно посмотреть количество торгов за день. Набегает кругленькая сумма. Речь идет о миллиардах. Только наша маленькая фирма в день участвует в пяти торгах”, – говорит бизнесмен.

Участники тендеров также говорят, что смета расходов “прозоррщиков” сильна завышена. “Для системы нужно 20 программистов, чтобы держали платформу. И небольшой колл-центр, который бы принимал звонки. Куда же идут остальные деньги, которые мы платим каждый день? – говорит предприниматель – Было бы хорошо обнародовать, сколько они в месяц получают от участников торгов и сколько идет на содержание платформы. Нам за это выставляют счета частные фирмы”...

Добиться правды и тут крайне трудно. Нам удалось узнать, что услуга администрирования системы львовской фирмой “Группа Квинта” обходится в 24 тыс. грн. в месяц. В год это максимум 288 тыс. грн. Стоимость разработки системы в нынешнем виде (опять-таки официально) оценена в $35 тис. Есть еще одна цифра, которую любят называть в МЭРТ, – расходы “на створення та підтримку повноцінної системи (software), що зможе підтримувати всі державні закупівлі в електронному вигляді” – около $150 тис.”. При курсе 27 грн./$1 – максимум 4 млн. грн.

При этом плановый оборот ГП “Прозорро” в 2016 году (включая период существования под вывеской “Зовнішторгвидав”) – почти 35 млн. грн. А названная Нефедовым стоимость обслуживания и поддержки системы электронных закупок Prozorro – 30 млн. грн. Откуда эти 30 млн. грн.?!

Продолжение следует.