Семья нацистов

Семья нацистов

30-летний украинец Евгений Стойка говорит, что испытывает чувство гордости, когда видит, как дерутся белые. Его 26-летняя жена Елена согласна — потому что обязана соглашаться. Почти никто из тех, с кем мы встречались в Европе, не производил впечатления большего экстремиста, чем тридцатилетний Евгений Стойка с Украины. Он нас буквально потряс.

«А потом его бросили в колодец, но он выжил. В тот день я был очень горд, потому что его поставили на место».

— А вы не думаете, что делать так было недопустимо?

«Одно могу сказать точно: я не плакал».

— Потому что он был мусульманин?

«Я не ненавижу мусульман. Просто когда я вижу мусульманина, мне кажется, что это отвратительно».

В гостиной сидит его жена Елена и прислушивается к нашему разговору. Пять лет тому назад, однажды поздно вечером, пока они ждали автобус на остановке в Киеве, Евгений впервые сказал ей: «Я тебя люблю». А она подумала: «Наконец-то! Тогда я тоже могу осмелиться сказать, что и я тебя люблю».

Она кладет кусок торта на фарфоровую тарелку, на которой какая-то гравировка. Похоже на какие-то маленькие черные черточки. И только когда мы к ним приглядываемся внимательнее, то понимаем: это свастика. Такой же символ и на кофейной чашке.

Из детской выбегает их четырехлетняя дочка, одетая, как принцесса. Евгений спешит к ней. Он — большой и сильный, именно это помогло ему получить работу охранника у богатого бизнесмена. Евгений надевает на нее слюнявчик. На нем написано «Blood & Honour» («Кровь и честь») — это английская неонацистская организация, имеющая ответвления по всему миру.

Окна гостиной занавешены шторами. С потолка почти во всех комнатах свисают одинокие голые лампочки. На кухне не хватает плиты и другой техники. Перед высокой бетонной многоэтажкой в двадцати минутах от центра Киева стоят две выгоревших машины.

Днем раньше Евгений брал нас с собой в парк, где выставлены танки и пушки, а также памятники русским солдатам. Здесь русские сражались с немцами во времена Второй мировой войны.

Проходя мимо окопа, он казал: «Мне хотелось бы, чтобы победили нацисты и была бы введена национал-социалистическая идеология. Она лучше, чем коммунистическая».

Адольфом Гитлером он заинтересовался еще в школе. Когда ему было 14 лет, он примкнул к движению скинхедов. Через пять лет его сестра погибла в ДТП по вине еврея, и это «подкрепило мою уверенность в том, что евреи — действительно проблема».

Когда он учился в университете, то впервые столкнулся с мусульманами и цветными, которые, по его мнению, вели себя так, «как будто они — хозяева в моей стране».

Потом Евгений стал регулярно встречаться с футбольными хулиганами и другими скинхедами на площади в Киеве — раз в неделю. Оттуда они шли шататься по городу, «и если нам попадался иммигрант, то он был наш». Мусульмане ли это были, китайцы, левые экстремисты или евреи — не имело значения. Он называет их «тараканы»

И после того, как он на три месяца оказался прикованным к постели из-за операции на спине, он не стал думать иначе. Он тогда только что познакомился с Еленой, которая навещала его каждый день: «Она готовила мне еду и заботилась обо мне».

«Однажды я показал ей одно нацистское видео. Там бьют мусульманина. Я не знал, что она обо всем этом думает. Мы об этом никогда не говорили. Если бы она это как-то осудила, я бы не видел для нас никакого совместного будущего».

Он смотрит на Елену: «Для меня это очень важно».

Мы интересуемся, разделяет ли она его точку зрения на евреев и мусульман:
«Поскольку я его жена, я не хочу с ним спорить или не соглашаться, так что да: я разделяю его мнение».

— А вы можете что-то возразить?

«Тогда развод!» — ставит точку в разговоре Евгений.

Елена смотрит на нас, улыбаясь: «Другим он может показаться какой-то машиной для убийства, но для меня он просто мягкий плюшевый медвежонок».

Евгений говорит, только когда ему задают вопросы. Один раз во время интервью он сказал, что ему хотелось бы, чтобы он был более уверен в себе. Достает мобильный и показывает нам одно из видео, которые показывал ей.

«Я ощущаю гордость, когда белые дерутся».

— А вам легко смотреть, когда людям бывает больно?

«Гораздо больнее смотреть, как черные бьют белых».

Он встает, проходит мимо компьютера, у которого лежат три ножа. И вот уже в руках у него книга, написанная норвежским убийцей и поджигателем церквей Варгом Викернесом (Varg Vikernes), известным также как Граф. «Я заинтересовался скандинавской мифологией и древними богами викингов», — говорит он.

Все его тело разрисовано руническими символами. В качестве подарка он преподнес жене инструменты для нанесения татуировок. А потом она сделала татуировку у него на бедре.

«А хотите посмотреть мою самую первую?» Он наклоняется к нам и оттягивает двумя пальцами нижнюю губу. «Это мне одна подруга на мое 19-летие подарила».
«Это символизирует мои взгляды. Я сделал это для себя. А не для кого-то другого».

На внутренней стороне губы нашим взорам открывается еще одна свастика.

Источник: VG