НБУ опозорился с «Приватом»-2. Битва началась...

НБУ опозорился с «Приватом»-2. Битва началась...

Сегодня у Валерии Гонтаревой последний день «безразмерного» отпуска. Накануне этой даты зампред НБУ Екатерина Рожкова огорошила заявлением, что в национализированном «Приватбанке» нечего продавать – его можно подарить с доплатой. Стесняюсь спросить: кому будем дарить и сколько доплатим? Хотя с учетом 200 исков, которыми прежние владельцы забросали Нацбанк, все почти ясно. И по доплате тоже – официально заявлено, что судебные споры по «Привату» могут вылиться в докапитализацию в 8 млрд. грн. Тех 107 млрд. грн., которые закачали раньше, оказалось мало...

Как-то так получается, что в последнее время приходится все чаще заниматься самоцитированием. Но, видимо, по-другому в стране, где у власти собралась когорта самоуверенных долбоебов, невозможно.

Итак, начну с классической фразы: “Версии” предупреждали. В статье “НБУ опозорился с «Приватом». Грядет “инфляционный шухер” мы действительно предупреждали о грядущей судебной битве вокруг “Привата”, которую Нацбанк может проиграть. И о том, что содержать национализированный банк государству становится не по карману.

Как мы видим, гривна уверенно ползет вниз по сравнению с летним обменным курсом. А в официальном буклете Минфина к размещению евробондов на 3 млрд. евро прямо сказано: “Нет никакой гарантии того, что дальнейшие вливания капитала не понадобятся для обеспечения постоянной коммерческой жизнеспособности банка и обеспечения достаточности капитала “Приватбанка”... Если потребуется дополнительный капитал от государства, это еще больше усилит нагрузку на финансовые ресурсы Украины и потенциально приведет к расширению дефицита госбюджета”.

Знаете, я ни капли не удивляюсь, что мадам Гонтарева исчезла из поля зрения вскоре после национализации “Приватбанка” и не появляется до сих пор. Думаю, ей и дальше надо тихо сидеть в “схроне”. Уже сейчас очевидно, что если национализация “Приватбанка” будет отменена в судебном порядке, то исключительно из-за грубых ошибок, допущенных НБУ и Минфином по процедуре принятия этого эпохального решения.

Сейчас в инстанциях разного уровня находится более 200 исков по национализации “Привата”. Почти все истцы – бывшие клиенты, которых Нацбанк признал связанными с банком лицами и принудительно конвертировал их вклады в уставный капитал. Если они выиграют суды, им, по разным подсчетам, придется вернуть в лучшем случае 8 млрд. грн., в худшем – 29 млрд. грн.

А учитывая характер бывших собственников “Приватбанка”, подозреваю, что они ставят своим юристам задачу не только (и не столько) вернуть назад банк, в докапитализацию которого государство вгатило 5% ВВП (!!!), сколько наказать власть. Попытавшись по примеру ЮКОСа слупить возмещение причиненных им убытков в международном суде. Насколько перспектива такого судебного апокалипсиса реальна? Давайте помозгуем.

Сейчас в инстанциях разного уровня находится более 200 исков по национализации “Привата”. Почти все истцы – бывшие клиенты, которых Нацбанк признал связанными с банком лицами и принудительно конвертировал их вклады в уставный капитал. Если они выиграют суды, им, по разным подсчетам, придется вернуть в лучшем случае 8 млрд. грн., в худшем – 29 млрд. грн.

Но это еще цветочки по сравнению с основной исковой войной, о которой мы писали в предыдущей статье. Речь идет о двух исках гражданина Коломойского И.В. к Национальному банку Украины, которые Печерский райсуд начал рассматривать в сентябре: “О прекращении действия, нарушающего право” и “О прекращении правоотношения”.

Ранее тот же истец подал на того же ответчика и в тот же суд еще два иска: “О расторжении договора поручительства” и “О признании недействительным договора поручительства”. Наконец, Киевский окружной админсуд с июля рассматривает иск упомянутого лица к НБУ, Кабмину, Фонду гарантирования вкладов и Нацкомиссии по ценным бумагам и фондовому рынку, в котором экс-совладелец “Приватбанка” обжалует решение государства о признании банка неплатежеспособным, что повлекло его национализацию и докапитализацию за счет государства.

Эти пять исков могут долго кочевать по судебной системе Украины, но рано или поздно в процессе будет поставлена точка. Возможно, уже за пределами национального правосудия, где-нибудь в Лондоне.

При этом в случае проигрыша дела о законности национализации “Приватбанка” вынуть из него те самые 5% ВВП, лихо вкачанные буквально за пару ночей, и вернуть их в бюджет будет крайне проблематично. Поэтому от исхода судебного противостояния частично зависит (звыняйте за пафос) финансовая судьба Украины и наши экономические перспективы в обозримом будущем.

Я уже не говорю о резонансе, который вызовет подобный поворот дела в международных деловых кругах.

Но Гонтарева не хотела ждать. Нацбанк поспешил, чем лишил банк и его акционеров возможности обжаловать результаты диагностики до принятия решения о национализации. Этим он дал юристам Коломойского важный козырь: у них появилась возможность обжаловать результаты

Как же нашим мудрецам из Минфина и Нацбанка удалось сесть в такую глубокую лужу? Рецепты известны:

1) дьявол прячется в мелочах;

2) поспешишь – людей насмешишь.

В профессиональных кругах уже давно обсуждаются ошибки, допущенные НБУ и Минфином при национализации. Непростительные, если учитывать цену вопроса.

Начнем со спешки. Как сейчас стало известно, ключевое правительственное постановление о том, что Минфин покупает все акции “Приватбанка” за одну гривну, было выпущено еще ДО того, как, согласно действующему законодательству, Фонд гарантирования вкладов физлиц провел перевод обязательств “Привата” в уставный капитал – в ночь (!) с 20 на 21 декабря.

Понятно, что власть пыталась осуществить национализацию в максимально сжатые сроки, чтобы народ не успел погрузиться в панику. Но кто ей мешал подготовиться заранее? Юристы говорят, что с определенной натяжкой решение Кабмина подпадает под статью о превышении полномочий. Известная в украинской истории норма уголовного права. Юлия Тимошенко, небось, икнула.

Второй прокол также связан со спешкой. Благодаря тому, что бывший директор департамента регистрационных вопросов и лицензирования НБУ Александр Завадецкий поссорился с Рожковой, с большим скандалом уволился из банка и стал раздавать интервью, выворачивая наизнанку кухню Нацбанка, СМИ узнали, что ключевое в данном деле решение – о признании “Приватбанка” неплатежеспособным (без чего национализация не могла состояться) принималось на основании результатов диагностики, которая не была завершена в соответствии с требованиями законодательства.

Диагностика связанных лиц должна была быть завершена или утверждением плана мероприятий, разработанных банком, или признанием его проблемным в декабре 2015 года, а затем, в течение 180 дней и при наличии оснований, неплатежеспособным. После этого НБУ должен был подождать, пока истечет срок на судебное обжалование этого решения. И только после этого принять решение о национализации.

Но Гонтарева не хотела ждать. Нацбанк поспешил, чем лишил банк и его акционеров возможности обжаловать результаты диагностики до принятия решения о национализации. Этим он дал юристам Коломойского важный козырь: у них появилась возможность обжаловать результаты диагностики уже после того, как средства налогоплательщиков были использованы на капитализацию “Приватбанка”.
На некоторых форумах пишут, что “Беня послал Гросе открытку, которую к делу не пришьешь”. Это не совсем так. Гражданским кодексом Украины предусмотрен договор поручительства, предварительный договор и т.п. Но все это весьма шаткие в плане судебной перспективы документы. Возникает логичный вопрос: почему письмо?

Еще одной ключевой ошибкой власти, за которую она теперь может заплатить, является основание, на котором Нацбанк провел национализацию. Помимо диагностики, с которой напортачили по срокам, и постановления о выкупе “Привата” за одну гривну, которое, как оказалось, выпустили слишком рано (и подставились), было письмо экс-владельцев “Привата” к премьер-министру Владимиру Гройсману о том, что, дескать, они согласны.

На некоторых форумах пишут, что “Беня послал Гросе открытку, которую к делу не пришьешь”. Это не совсем так. Гражданским кодексом Украины предусмотрен договор поручительства, предварительный договор и т.п. Но все это весьма шаткие в плане судебной перспективы документы. Возникает логичный вопрос: почему письмо? Почему не было подписано соглашение? Причем со всеми формальными совладельцами “Приватбанка”? Ведь речь шла о более чем 100 млрд. грн.!

Теперь оказалось, что письмо подписали не все акционеры “Приватбанка”. И если найдется какой-то Вася или Шлема, который окажется держателем нескольких акций, но он не подписывал письмо и не передавал добровольно свою часть банка в собственность государства, окажется, что его права грубо нарушены!

Не говоря уже о том, что, в случае появления надежды на победу в судебной войне сами подписанты могут отказаться от письма. Заявят, мол, подписывали его под принуждением со стороны власти. Или что-то в таком роде.

Я уже не говорю о таких “дьявольских” деталях, как ошибки в оформлении перехода прав собственности на акции. За что зацепились другие истцы. Например, в соцсетях пишут, что “доляхи” бывших акционеров “Привата” переводились в капитал крайне некорректно, без принятия специального решения о приобретении акций. Это все равно, что снять деньги клиента со счета без предоставления в банк платежных поручений. Поверьте, это лишь малая толика нюансов, которые еще выползут в ходе судебной войны.

Пока рано говорить, кто отпразднует в ней победу. И что делать власти, если национализация “Приватбанка” в судебном порядке все-таки будет отменена. Но уже можно говорить о том, кто проиграл.

Как известно, для каждого жителя Украины, включая младенцев, “историческое решение” стоило 3 тыс. грн. Пришлось срочно провести колоссальную эмиссию гривны. Это привело к инфляции и девальвации. Цены выросли. Гривна падает. И это – только начало...