Вацлав Гавел — кто он?

"Слова организуют жизнь, слова лишают человека одинаковости, слова становятся властителями, адвокатами, судьями, законом". "Политика, безусловно, содержит множество искушений, и, если человек поддастся им, они могут его немножко деформировать". "Наилучший путь к собственному несчастью — закрывать глаза на несчастье других". "Человек должен был бы вести себя так, как, по его мнению, должны были бы вести себя все остальные". "Равнодушие к другим, равнодушие к судьбе открывает двери злу". Перед нами знаменитые изречения последнего президента Чехословакии, первого президента Чехии Вацлава Гавела.

По изречениям можно в какой-то мере судить об их авторе. Фразы красивы, увесисты. Правда, почти все отлиты из банальных истин. Но банальные истины, пожалуй, — самые правильные, самые истинные. И все же, не бросилась ли вам в глаза некая странность некоторых фраз?

"Слова организуют жизнь…" Ну да! Еще фараоны предписывали определенное поведение подданным, не говоря уж о речах и указах современных политиков! "Слова лишают человека одинаковости…" — действительно, слова, которые мы произносим, могут приподнять нас над толпой, вырвать из массового подобия! "Слова становятся властителями…" — так и хочется, прикрыв глаза и вспомнив Пушкина, добавить — "душ!". Но Гавел резко ставит нас на твердую землю: слова становятся "адвокатами, судьями, законом".

Что это — смелое поэтическое сравнение или нечто бесчувственно-рациональное, вынырнувшее из подсознания Гавела? Не препарирует ли истинный Гавел, спрятанный в известном общественности поэте Гавеле, холодным скальпелем реальность? Не краткая ли инструкция перед нами: как стать властителем? И все — благодаря словам! То есть владейте словом, и воздастся вам!

Вторая знаменитая фраза повторяет истину, которая издревле звучала примерно так: "Дай человеку власть, и познаешь, кто он!". А неожиданное и странное во фразе — слово "немножко". Это "немножко" ассоциируется со словами, которые стали символом парадокса: "Ну вот. Разбилось что-то слегка… вдребезги". Не претендую на истину, но, похоже, в людях, пришедших к власти, разбивается что-то "слегка вдребезги"!

Третья фраза опять же ведет в античность. Но дело не в том, что и она вторична, дело в слове "наилучший"! Наилучший путь к несчастью — это дивно! Или все зависит от менталитета?

Последние две фразы вновь вызывают ощущение повтора, — "где-то я примерно то же самое уже читал…"

Резюме: не уверен, вырисовывается ли портрет Гавела по его знаменитым фразам.

5 октября 2006 года самый известный сегодня в мире чех Вацлав Гавел отпраздновал свое 70-летие. Из официальных источников узнаем: он родился в Праге в процветающей семье интеллектуалов-предпринимателей. Его дед выстроил в центре чешской столицы дворец "Люцерна", а дядя основал киностудию "Баррандов". Приход к власти коммунистов в 1948 году изменил жизнь буржуа Гавелов. Их собственность была огосударствлена, родителям пришлось наняться на работу. Юноша Вацлав, получив неполное среднее образование, не имел возможности далее нормально учиться. Потому в 1951 году пошел работать лаборантом в химическую лабораторию и как вечерник посещал гимназию. В 1954-м он успешно ее окончил. Из идеологических соображений его не приняли ни в один университет на какой-либо гуманитарный факультет. Потому Вацлав недолгое время получал образование на экономическом факультете политехнического института. По окончанию воинской службы (1957—1959) был работником сцены в пражских театрах и заочно учился на театральном факультете Академии искусств.

Чешской общественности Вацлав Гавел становится известен с середины 60-х благодаря двум своим пьесам в стиле абсурда, поставленным в одном из пражских театров. Пьесы — сатира на коммунистический режим.

В 1964 году, после восьмилетнего знакомства, он сочетался браком с Ольгой Шплихаловой, которая разделяла с ним все тяжелые жизненные испытания. В 1968-м, в период "пражской весны", активно проявлял себя в Союзе независимых писателей и в Клубе привлеченных (ангажируемых) беспартийных.

С подавлением "пражской весны" советскими танками… Тут, не резюмируя, считаю должным прервать официальные источники и дать небольшой комментарий. Мороз по коже — советские танки, освободившие Прагу в 45-м, теперь давят весну! Радиостанция "Голос Америки" с открытой ненавистью и скрытым восхищением сообщает в те дни: "Советы провели молниеносную операцию по оккупированию Чехословакии. Им хватило девяти часов, чтобы взять под полный контроль территорию этой центрально-европейской страны. Войскам НАТО понадобилось бы как минимум 20 часов на подобный бросок!". В динамичной стратегической операции гибнет несколько чехословацких граждан. Добавлю давно уже не секретную информацию: на маневрах подобного масштаба гораздо больше солдатиков гибнет, чем погибло в те дни чехословацких граждан… Нет, нет! Ни в коем случае нет прощения случайным смертям! Но для полного понимания оккупации не следует забывать, что речь шла о безопасности СССР — страны, которую невозможно вычеркнуть из наших судеб. Не введи Советский Союз войска в Чехословакию, их бы ввело НАТО! Это логика истории. Вспоминаю ветеранов Великой Отечественной и думаю: вряд ли кто из них был бы рад присутствию немецких солдат на наших границах. А потому пусть каждый сам для себя оценивает события 1968-го.

…С подавлением "пражской весны" Гавел вынужден покинуть театр. До 1974 года он — человек свободной профессии. Какое-то время — рабочий на пивоваренном заводе. В 1975 году основал самиздат независимой литературы. Систематически выступал против политических репрессий, смело написал открытое письмо президенту Чехословакии, а вершиной этой деятельности была публикация "Хартии-77". В 1978-м стал одним из основателей "Комитета защиты несправедливо преследуемых". Осенью следующего года за деятельность в этом комитете был осужден и посажен в тюрьму. После болезни весной 1983 года его освободили.

В ноябре 1989-го стал ведущим деятелем "бархатной" революции, и 29 декабря того же года Федеральное собрание избрало его президентом Чехословакии. Повторное избрание — 5 июля 1990 года.

Когда стало ясно, что федерация со Словакией распадается, Гавел сложил свои полномочия и на несколько месяцев отошел от политической жизни. 26 января 1993 года парламент избрал Вацлава Гавела первым президентом вновь возникшего государства Чехия.

В 1996 году умерла жена Ольга, а сам он боролся с тяжелой болезнью. В 1997-м женился на актрисе Дагмар Вешкрновой. В 1998 году его вновь избрали президентом страны. В 2003-м срок его президентских полномочий истек.

Во второй половине президентского периода скорректировал свои пацифистские взгляды, поддержал бомбардировку Югославии и вторжение американцев в Ирак. Резюме: из энциклопедических сведений портрет живого человека не вырисовывается. Потому прокомментируем некоторые события и добавим свидетельства очевидцев.

Слово "хартия" переводится с греческого как "бумага, петиция, грамота, обращение". Но под "Хартией-77" обычно понимается и текст обращения, и люди, подписавшие его. Организаторы "Хартии-77", в том числе и Гавел, эйфорически полагали, что к ней присоединятся сотни тысяч сограждан! Ничего подобного не произошло. По сути, это был провал. Чтобы оправдать ее, Гавел усиленно начинает подчеркивать моральную сторону петиции. "Жизнь в правде! Неполитические политики! Власть безвластных!" — таковы типичные и совершенно неконструктивные лозунги, выстреливаемые в пространство Гавелом.

Как не проникнуться симпатией к беззащитному трибуну, вещающему милые наивные мысли с территории, занятой страшными советскими танками! Гавел становится самым знаменитым чешским диссидентом. На западе от "железного занавеса" его начинают публиковать, ставить его пьесы! Он превращается в именитого драматурга, морального политика!

Когда в ноябре 1989 года по независящим от "Хартии" причинам начал рушиться правящий режим, во главе хаотической, спонтанно возникшей организации "Гражданский форум" встала группа "хартистов" во главе с лидером Вацлавом Гавелом. "Хартия" начала диалог с коммунистической властью. В итоге возникло правительство народного взаимопонимания.

По-моему, в этом-то и был ключ к "бархатности" революции. И одну из главных ролей здесь, безусловно, сыграл Гавел. Но когда за окном не стреляют, когда в тарелке всегда есть еда, пусть и простая, она начинает казаться однообразной, и хочется чего-то большего! Пожалуй, откажемся от каких-либо резюме!

В интернете существует чешскоязычный сайт "forum.lide.cz". В одном из разделов этого народного электронного форума в течение 2006 года шло обсуждение: какую роль в жизни Чехии, в судьбах граждан сыграл Вацлав Гавел. Приведу всего два высказывания: "Да большое г… он, вот кто!" (12.08.06, 13:07). "Вот как вы судите о человеке, благодаря которому Чехия в прямом и переносном смысле появилась на карте…" (12.08.06, 13:10).

Это типичные характеристики, получаемые самым знаменитым чехом от сограждан. Причем высказывания первого рода — гораздо многочисленнее. Но я не стал бы принимать мнение большинства за окончательную характеристику, поскольку люд поддается манипуляциям, моде, в том числе и на высказывания. Потому из чтения народного сайта опять же неясно: кто есть Гавел? Поэт? Рыцарь без страха и упрека? Принципиальный моральный политик? Говорун? Мастер маневрирования между обстоятельствами?..

Для подавляющего большинства советской и постсоветской интеллигенции Гавел — благородный муж, бескомпромиссный борец за свободу, не побоявшийся в эпоху развитого коммунистического тоталитаризма выступить против наследников НКВД, против марионетки Кремля — чехословацкого президента, а следовательно, и против самого Кремля!

Обратимся теперь к свидетелю, который никогда не обитал ни на советском, ни на постсоветском пространстве. Осенью 1999-го вышла книга британского политолога Джона Кина. Название: "Вацлав Гавел — политическая трагедия в шести действиях". Кин — уроженец Австралии, на момент публикации — директор английского Центра изучения демократии, профессор политических наук Вестминстерского Университета в Лондоне. Газета "Таймс" за несколько месяцев до выхода книги характеризовала Кина как "одного из самых знаменитых британских политологов, исследования и выводы которого имеют всемирное значение". В одном из интервью Кин признается: "Задача политического комментатора и мыслителя — использовать свое перо для того, чтобы тыкать им в задницу людям, стоящим у власти".

"Я познакомился с Вацлавом Гавелом в 1984 году, — пишет Кин. — Речь шла об издании его книги "Власть безвластных". Гавел был только выпущен из тюрьмы, как он говорил. Он выглядел уставшим, подавленным и располневшим…" Случай Гавела, продолжает Кин, лежит в эпицентре проблемы, которую условно можно назвать "власть СМИ и демократия".

Добавим, Гавел был сценаристом, человеком, который по определению представляет себя играющим главные роли. И действительно, с момента возникновения "Хартии-77" Гавел неутомимо позирует перед камерами, микрофонами и журналистскими перьями всего мира.

Кстати, тема "власть" относится к излюбленным темам сценариста Гавела. И он прекрасно знает, что еще в Древней Греции запротоколировано: власть приводит человека к преувеличенной самоуверенности, а нередко и к сумасбродству. Потому множество людей благодарны Гавелу за то, что он постоянно призывал властвующих чтить моральные устои. Власть без морали, подчеркивает Гавел, деградирует и ведет к деградации общества.

Вообще, наш герой взял если не рекордную, то приближающуюся к ней высоту — интеллигенция Старого Света, ее известные представители характеризовали его как морального вождя современной Европы! Что же получается? Критерии, по которым предстоит нам судить о главном герое статьи, не могут быть снижены до суждений типа: "ну, все мы кушать хотим"!

Итак, Кин утверждает, что Вацлав Гавел "многократно в своей жизни использовал манипулирование, и мораль была лишь маской в его борьбе за власть".

Диссидент Гавел жил так, что большинству народа и не снилось! Подсобником на пивзавод ездил в новом мерседесе, жил в огромной квартире в центре столицы, владел дачей (скорее, поместьем) в заповедных местах в Чешском Рае. Свободно встречался с другими диссидентами. А ведь правящий режим элементарно мог "устроить" несчастный случай и избавиться от "бескомпромиссного" противника. Или загнать, куда Макар телят не гонял, и сделать так, чтоб жизнь малиной не казалась! Но нет, оставили и шикарный автомобиль, и роскошную квартиру, и нехилую дачу, и возможности встреч с иностранцами… Правда, для подтверждения диссидентского мифа господину Гавелу пришлось отсидеть в тюрьме. Но не пугайтесь! Не в настоящей! Заключение напоминало пребывание в отеле, где Гавел мог принимать гостей, имел питание, весьма отличающееся от тюремного… Родной брат Вацлава признается: "Встречался с братом чаще, когда он числился в тюрьме, чем в 90-х!".

…Чешский интеллектуал Ян Каван эмигрировал в Великобританию в 1968-м, после "заморозков", уничтоживших "весну". Вплоть до 1989 года он редактировал диссидентский альманах "Восточно-европейский репортер", с которым сотрудничал и Гавел. После "бархатной революции" Каван сразу возвращается в родную Чехию и… (это стало для Кавана не чем иным, как театром абсурда) СМИ обвиняют его в сотрудничестве с СТБ (чешский вариант КГБ). Результат: семь лет Ян Каван являлся объектом охоты на ведьм. "Но удивительно! — пишет Кин. — В декабре 1991-го Гавел в присутствии нескольких диссидентских приятелей говорит загнанному и изнуренному Яну, что знает: Ян никогда не сотрудничал с тайной полицией, однако он (Гавел) не может о том провозгласить общественности! (Роль не позволяет!? — Авт.) И Гавел здесь же договаривается с жертвой о молчании перед журналистами".

"Гражданский форум" имел в ноябре 1989-го в Праге большой успех, однако это вовсе не означало, что Чехословакия проголосует за Гавела! Гавел понимал: в масштабах страны Александр Дубчек может переиграть его! Потому Гавел заключает альянс с только что избранным премьер-министром Марианом Чалфой. Роли распределяются так: премьер приложит все силы, чтобы парламент проголосовал за Гавела. А Гавел обещает: Дубчек свою кандидатуру снимет! Оба энергично берутся за дело. Чалфа обрабатывает парламентариев. Гавел проводит неафишируемые встречи с символом "пражской весны-68" Дубчеком.

Поначалу Дубчек не соглашается, но в итоге покупается на два пряника: он будет избран председателем Федерального Собрания (раз), и Гавел публично провозгласит, что поддерживает кандидатуру Дубчека перед свободными выборами в июне 1990 года (два). Они ударили по рукам.

Обещания Гавела закончились тем, что на одном из выступлений он мельком упомянул: "Не отвергаю мысль, что в будущем президентом мог бы стать словак". И все.

Когда один из журналистов спросил Гавела, каково его мнение о книге Кина, Гавел кратко ответил: "Похоже, господин Кин полагает, что история должна быть более тайной и напряженной, чем в действительности. А если напишешь, как вправду все было, так получится скукота, и книга будет плохо продаваться! То, что написано насчет моего договора с Дубчеком, — просто бессмыслица". Не знаю, не знаю, сказал бы я, ибо из документальных показов чешского телевидения явственно следует: в ноябре 89-го даже пражане, обычно свысока поглядывающие на словаков, скандировали имя Дубчека.

На Пражской конференции, посвященной 10-летию "бархатной революции", один из историков констатировал: народ в ноябре 89-го сам не знал, чего хочет. Лишь 3% населения (недавно эта цифра вновь была подтверждена чешским ТВ!) осознанно желали возврата к капитализму! Большинство же людей в Чехословакии просто не представляли, что есть капитализм? Большинством владела мысль: "Свалим коммуняк и сразу заживем гораздо лучше!". Гавел в те дни пламенно говорил! А этого-то и жаждала толпа! Именно в такие моменты главные герои полностью овладевают вниманием зала! Уж сценаристу ли Гавелу не знать об этом!

…Одни свидетели утверждают: "Вацлав Гавел воспринял свою кандидатуру на пост временного президента в 1989 году без всякой охоты". Другие настаивают: "Гавел изо всех сил старался стать президентом!". "Я никогда политиком не был, быть не хотел и вовсе не имею к тому каких-либо предпосылок", — заявляет Гавел на своем 50-летии, за три года до "бархатной революции". В 20-х числах декабря 1989-го он все еще публично утверждает, что не хочет стать президентом. В общем-то, подобный прием не так уж редко используется перед выборами. С другой стороны, вполне вероятно, Гавел реально оценивает свои возможности? Ведь его знали лишь люди, слушавшие западные радиостанции. А нормальному рабочему человеку не до того, чтобы по вечерам сидеть у трещащего радио.

Таким образом, если Гавел хотел быть президентом, перед ним стояла задача — в ближайшие дни стать известным на всю Чехословакию. Как это сделать? Путь один — надо выступить по телевизору, когда "ящик" смотрит вся страна. Чтобы осуществить это, необходимо договориться с директором телевидения, человеком по фамилии Павел. Вновь прибегнем к Кину (пожалуй, более независимого источника не найти). Павел на встрече, инициированной Гавелом, заявил, что господин Гавел не является знаменитой политической личностью, а потому он, Павел, не собирается ему предоставлять дефицитное время в главных новостях в 19:30, но может предложить более позднюю трансляцию. Ответ привел Гавела в такой гнев, что он начал кричать, чем разбудил ребенка Павла. (Действие происходило в доме последнего.)

Ребенок стал плакать. Но Гавела это не остановило. Бывший диссидент ясно обозначил: он будет бороться за власть! Минут двадцать оба обстреливали друг друга словами, напоминая равных по силе боксеров в финальном поединке. Закончилось тем, что Гавел нанес удар, достигший цели: "Вот подожди! Стану президентом — станешь никем!".

За несколько дней до Нового года коммунистический парламент единогласно выбрал Гавела президентом страны. Присягал он, держа руку на Уставе Коммунистической партии ЧССР…

Президента избрали лишь на полгода, и главной задачей ему вменили привести страну к свободным (большинство населения наивно полагало — общенародным) выборам. Эти полгода Гавел продолжал неутомимо и пламенно говорить, чего все еще желал истосковавшийся по критике народ. В итоге Гавел успешно решил другую задачу: в июле 1990-го его вновь избрали президентом — теперь уже на два года.

Экономики страны, устройства государственных учреждений, юридических преобразований Гавел практически не касался. "Ни в чем этом я не специалист", — признавался он. И все же Гавел сыграл будь здоров какую роль! В историю он войдет как президент, приведший Чехословакию к распаду!

Когда в июле 1992-го Гавел не был вновь избран на высший пост (ему не отдали голоса словацкие парламентарии), он начал кампанию по избранию себя президентом еще не существующего Чешского государства! И кампания завершилась успехом!

Гавел — популярен и широкомасштабен. Он — специалист по нравственности власть предержащих, а потому не без азарта занимается примирением политических партий в парламенте. Дома, в миниатюрной Чехии, он критикует чешское "болото", а на мировой арене вещает об органичности глобализации, о мультикультурном обществе, об ответственности каждого за судьбу мира… И мнение зарубежных политиков о Гавеле как о мыслителе, гуманисте, нравственном эталоне приводит к формированию доброго имени Чехии в мире и в результате идет на пользу Чешскому государству!

Летом 1997 года Гавел говорит, что хотел бы отойти от политической жизни. Кто знает, может, правда? Но затем заявляет: общественные интересы выше личных! Уж цену-то этому тезису, наверное, знает каждый! (Не забудем — у Гавела новая молодая жена! И, конечно же, у нее свои претензии к жизни!) Гавел провозглашает: он готов баллотироваться на следующий президентский срок. И в январе 98-го с перевесом в несколько голосов побеждает!

Чешская пресса уже не пестрит восторженными выражениями типа: "Мы имеем такого президента, что нам завидует мир!". Напротив, звучат предостережения о "культе Гавела". "Четвертая власть" упрекает его: он больше занимается спорами о перераспределении собственности, чем экономической и политической судьбой родины.

Несмотря на то что популярность Гавела в Чехии год от года падала, это никак не повлияло на его репутацию в мире. За пределами родины он остается иконой борьбы за свободу и демократию, его повторно выдвигают кандидатом на Нобелевскую премию мира (лауреатом которой он, кстати, так и не стал). Бывшая госсекретарь США Мадлен Олбрайт восторженно восклицала: "Президент Гавел привел свой народ к тому, что люди гордятся тем, что они — чехи! Я тоже горжусь, что родилась чешкой!".

И, пожалуй, последний штрих в политическом (мы умышленно не касались личной жизни) портрете главного героя — тайна его реституции. После "бархатной революции" Гавел возвращает себе дома, имущество, владения, принадлежавшие семье Гавелов. Но при этом, как полагают независимые эксперты, он нарушил декреты президента Чехословакии Эдуарда Бенеша. Суть декретов, принятых в 1945 году (капиталистической Чехословакией, заметьте!), проста: если вы были изменником родины или активно сотрудничали с оккупационной администрацией, ваша собственность безвозвратно передается государству.

Реституционные законы, принятые в начале 90-х, возвращают собственность, отобранную коммунистами в 1948 году и позже. Эти законы без каких-либо поблажек, во всяком случае по отношению к "простым смертным", подчиняются бенешевским декретам. Об удивительной реституции президента Гавела никогда не рассказал ни один журналист, получающий зарплату в Чехии! По скромным подсчетам, собственность, которую вернул себе драматург, борец за свободу, оценивается как минимум в $50 млн.!

Семья Гавелов была одной из наибогатейших еврейских семей в Праге в начале ХХ столетия. Весомый вклад в семейное состояние внес дядя будущего чешского президента Милош. Он, повторюсь, основал киностудию "Баррандов" и одновременно богател на прокате американских фильмов. Но началась Вторая мировая война. Чехию оккупировали немцы, и "Баррандов" стал работать на Третий рейх. Владелец киностудии Милош Гавел готов был пойти на что угодно, лишь бы спасти свою жизнь. Он сотрудничал не только с оккупационной администрацией, но и с гестапо. После войны Милош "обручился" с чешской государственной безопасностью. Бумаги, доказывающие это, по публичному заявлению чешского независимого журналиста Рихарда Крала, существуют. (Судебного обвинения о ложном заявлении против Крала никто не возбуждал, что о многом говорит. — Авт.) Документы же, подтверждающие связи Милоша с гестапо, не обнаруживаются. Но и без них в чешских литературных и научных кругах Милош воспринимался как сотрудничавший с нацистами. Правда, вскоре ему это стало безразлично — по заданию "чешской госбезопасности" он выехал в Западную Германию.

Там быстро переориентировался и как "преследуемый в войну чешский еврей" подал требования на компенсацию потерянного имущества. Речь шла о половине киностудии, которую Милош в начале 40-х продал германской администрации за 7 (есть данные, что за 3) миллионов крон. Цена в любом случае немалая, но Милош свидетельствовал, что проданный им 51% киностудии стоил гораздо больше, а к сделке его принудили. Западногерманский суд требования признал и выплатил компенсацию в полном объеме...

Племянник Вацлав отстаивал реституцию в максимально широком масштабе. Он одним из первых получил то, на что претендовал. Возврат богатств (отобранных в 1945 году!) президенту-драматургу прошел тихо и результативно. Это был первый и последний пролом бенешевских декретов, пролом рубежа, установленного самой чешской демократией. "Когда коснулось "себя лично", Вацлав Гавел перевернул пропагандируемые идеалы, — пишет журналист Крал и подводит итог, — Вацлав Гавел — совершеннейший символ нашего погрязшего в моральном дерьме общества".

Итак, перед нами фигура, о которой одни говорят, что это моральный эталон современного политика, а другие — что все совершенно наоборот! В Чехии даже родился тезис: "Не был ли Гавел шахматной фигурой, долгое время вскармливаемой, прежде чем вступить в игру? Фигура произвела приготовленный "аналитиками" ход, сменивший политическую систему и сохранивший экономическую власть в руках коммунистических элит! Само понятие "бархатная революция" — нонсенс, бессмыслица. Никакой революции не было!". Не правда ли неожиданный поворот свободолюбивой чешской мысли?

И все же, полагаю, если Гавел и шел на некие компромиссы с коммунистической властью, все равно абсурдно называть его "шахматной фигурой". Нет-нет, те сегодня выше среднего менеджмента в Чехии не взбираются! Для меня Вацлав Гавел — нормальный успешный человек! Успешный — стал президентом! А нормальный, потому что самое дорогое на свете — человеческая жизнь. А властвующий Гавел при смене формаций не пролил ни капли крови! Хотя мог бы порезвиться. А потому, как мне кажется, он достоин уважения. А то, что хапнул недвижимости на десятки миллионов долларов, так это просто в природе человека! Не хапнул бы он, хапнул бы кто-то другой.

А "независимые", втирая Гавела в коровьи лепешки, полагаю, передергивают. Да и не такие уж они и "независимые"! С другой стороны, они правы: под многоголосый пустозвон радостно поддающейся на манипуляции толпы бандиты и коммунистическая "элита" прибрали к рукам и не снившиеся им богатства.

Сегодняшняя жизнь в Украине ли, в Чехии ли диктует людям: деньги это все! И перед чехами, и перед украинцами открылась возможность проверить — действительно ли это так? Всего лишь 20 лет назад нас убеждали, что всеобщее счастье принесет моральный кодекс строителя коммунизма. А китайцы еще три тысячи лет назад говорили: "Не дай вам бог жить в эпоху перемен!". Мы и наши дети сейчас преодолеваем эту эпоху!..

Все революции создают мифы. И чешский 1989 год — не исключение. Народ слишком сильно хотел от Гавела невозможного. Народ верил, что Гавел способен совершать невозможное! И потому, когда люди увидели, что их вождь — не сказочно сверкающий бриллиант, а качественное стекло производства одной из чешских фабрик, разочарование было весьма болезненным...

…Ну а в завершение от себя добавлю пару фраз: "Только "кукловод" может покорять вершины политики! Но это не значит, что он такой уж плохой!".