Закон о кабмине

Игорь Колиушко, руководитель Главной службы политики институционального развития Секретариата Президента Украины.

Игорь Борисович, сколько существует вариантов закона о Кабинете министров? Есть версия, что один проект разрабатывается в правительстве Виктора Януковича, второй — в Секретариате Президента. Это так? И в чем разница между двумя документами?


— Да, действительно, есть два варианта. Основное различие между ними заключается в широте предмета правового регулирования. Подготовительной группой Кабмина взят за основу проект закона, который восемь раз принимался Верховной Радой и восемь раз ветировался президентом Леонидом Кучмой. Осенью 2005 года он был приведен в соответствие с новой редакцией Конституции и был подготовлен для рассмотрения парламентом в начале 2006 года. Но это не было сделано по политическим причинам. И когда ВР прошлого созыва не приняла закон о Кабинете министров, я понял, что пока новый парламент не приступил к работе, есть время доработать и существенно обновить данный законопроект.

В свой вариант проекта закона о КМ мы включили вопросы, связанные с правовым регулированием статуса министерства, его внутренней организацией, отношениями министра с подчиненными ему органами. Соответственно, пришлось уточнить понятие направленности и координации министром деятельности других центральных органов исполнительной власти. Проект, который был нами подготовлен, я бы не назвал альтернативным. Он просто доработан по-другому, получил новые разделы, связанные с внутренней организацией министерств. Вот такая разница.


И все-таки получается, что у Секретариата Президента и Кабинета министров разные подходы к разработке проекта закона о КМ?


— Было принято решение, что Президент внесет пакет законодательных инициатив еще до формирования нового состава правительства. Поэтому закон о Кабмине, как и другие проекты, например, о судебной реформе, были окончательно подготовлены еще в июне. В силу каких-то причин глава государства так и не воспользовался своим правом законодательной инициативы. В конце августа, когда все вернулись из отпусков, Кабинет министров сформировал рабочую группу по доработке законопроекта о КМ. Мы решили, что конфликтовать нецелесообразно и поэтому стоит попробовать сотрудничать с правительством — войти в состав рабочей группы, занимающейся подготовкой соответствующего законопроекта, и найти консенсус относительно его содержания.


Нашли?


— Пока эта работа еще не закончена. Мы обменялись письменными предложениями относительно содержания законопроекта, взятого Кабмином за основу. Предметного обсуждения вопроса еще не было.


Насколько известно, серьезная дискуссия возникла по поводу статьи проекта, касающейся урегулирования деятельности государственных секретарей. Кто их должен назначать: президент или премьер?


— В обоих законопроектах сказано: государственные секретари назначаются Кабинетом министров по результатам конкурсного отбора. То есть закон о КМ должен предусмотреть распределение административных и политических функций и, соответственно, административных и политических должностей в министерстве.

Аппарат министерства должен заниматься обслуживанием министра: готовить концепцию развития той или иной сферы, проекты нормативных актов. Функции, которые имеют внешнюю административную направленность, — выдача разрешений, регистрация, непосредственное управление какими-то объектами, — должны быть вынесены за рамки аппарата министерства. Министр должен осуществлять политическое руководство, определять стратегию развития сферы, за которую он отвечает, направление реформ. А госсекретарь должен быть государственным служащим, который не меняется в связи с приходом или уходом министра. Он назначается на должность по результатам открытого конкурса, проводимого Главгосслужбой. Министр подает кандидатуру победителя этого конкурса на утверждение Кабинета министров. При этом у него еще есть право накладывать вето на не понравившегося ему претендента. Правительство рассматривает кандидата по представлению министра и утверждает его на этой должности. Задача государственного секретаря — руководить аппаратом министерства. Правительственные органы ему не подчиняются. Они должны работать самостоятельно на основе закона и отвечать непосредственно перед министром.


Будут ли государственные секретари в министерствах обороны, внутренних дел, во внешнеполитическом ведомстве?


— Без сомнения, они должны быть во всех министерствах. Единственное, о чем можно говорить, так это о специфике. Я, например, не исключаю, что в Министерстве обороны роль госсекретаря может выполнять начальник Генерального штаба. Пока МО не хочет обсуждать этот вопрос. Сегодня у меня нет четкого ответа. Если в оборонном ведомстве против введения должности госсекретаря, то можно будет сделать для него исключение, хотя это и противоречит европейской практике. В Европе не существует другой модели организации министерств, кроме как министр — политик и руководитель аппарата министерства — государственный служащий, который организует работу аппарата по выполнению поручений министра.


Решит ли принятие закона о Кабинете министров проблему реформирования власти в соответствии с новыми конституционными требованиями? Что еще для этого нужно?


— В первую очередь, несомненно, необходимо обновление закона о государственной службе. И новая редакция этого законопроекта уже существует и должна подаваться в пакете с законом о Кабинете министров. Но в целом все зависит от того, какой вариант проекта закона о КМ будет взят за основу. Если разработанный в Секретариате Президента, то достаточно будет его плюс проект закона о государственной службе. Их принятие позволит полностью завершить реформирование центрального уровня исполнительной власти.


Когда, на ваш взгляд, проект закона о Кабинете министров будет вынесен на рассмотрение Верховной Рады?


— Позиция Президента по данному вопросу следующая: поскольку в Универсале национального единства записано, что закон о КМ и новая редакция закона о государственной службе должны быть приняты как можно быстрее, то глава государства считает необходимым, чтобы совместная рабочая группа Кабинета министров и Секретариата в сжатые сроки согласовала все нюансы. Было бы хорошо, чтобы после этого данный законопроект стал предметом рассмотрения Национального совета по вопросам государственного управления и местного самоуправления, в который входят представители Кабмина, парламента, Президента, а также ученые. По результатам этого обсуждения Президент должен внести его в парламент. Эта технология требует минимум двух недель, но не исключено, что потребуется больше времени.


А в планах Секретариата есть разработка проекта закона о президенте?


— Закон о президенте принят Верховной Радой в двух чтениях. И он лежит в ВР уже много лет. В последний раз я его докладывал в 2000 году. Сегодня в него необходимо внести изменения, связанные с конституционной реформой, и подавать на третье чтение. Мне кажется, это был бы самый логичный сценарий. Но есть и противники подобного варианта. Дискуссия по этому вопросу сводится к сложным правовым проблемам. Например, как в этом законе раскрывать полномочия президента как гаранта Конституции, государственного суверенитета и прав человека? Они закреплены в статье 102 Конституции. Некоторые юристы, и я в том числе, предлагают, чтобы эти полномочия были раскрыты в законе. Чтобы не было, с одной стороны, необоснованной критики президента, когда у него нет полномочий что-либо изменить, а на него вешают всех собак. И с другой стороны, чтобы он сам четко понимал, когда он должен не молчать, а действовать. Оппоненты выступают против принятия закона о президенте. Они говорят, что полномочия президента исчерпывающе определены Конституцией и детализировать их не нужно. По их мнению, их вообще невозможно детерминировать в законе, поскольку в зависимости от общественной ситуации, от вида угрозы действия президента нельзя предусмотреть. На мой взгляд, глава государства пока не определился по данному вопросу. Хотя он часто упоминает об этом законе как об акте, который необходимо принять, но прямого поручения о его подготовке не поступило.


Вам не кажется, что все эти затягивания с законами о Кабмине, о президенте, о госслужбе и местном самоуправлении происходят из-за того, что есть надежда отменить реформу от 8 декабря 2004 года?


— Я не исключаю, что некоторые политики могут так думать. Но это, по моему мнению, абсолютная утопия, поскольку отменить конституционную реформу невозможно. Теоретически подобный вариант развития событий можно обосновать, но как практически реализовать этот замысел, я даже представить себе не могу.

Беседовали
Ирина Гаврилова, Владимир Скачко, Александр Юрчук

54321
(Всего 0, Балл 0 из 5)
Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в linkedin
LinkedIn
Поделиться в twitter
Twitter

При полном или частичном использовании материалов сайта, ссылка на «Версии.com» обязательна.

Всі інформаційні повідомлення, що розміщені на цьому сайті із посиланням на агентство «Інтерфакс-Україна», не підлягають подальшому відтворенню та/чи розповсюдженню в будь-якій формі, інакше як з письмового дозволу агентства «Інтерфакс-Україна

Напишите нам