На перекрестке четырех ветров

Курдистан – непризнанная страна, где столкнулись интересы четырех государств: Турции, Ирана, Ирака и Сирии. Десятилетия там продолжается война и пока не видно путей решения этой проблемы. 8 декабря на митинге-протесте против давления турецкой республики на курдского лидера А. Оджалана немногочисленная группа курдов, живущих в Киеве, шла под флагом страны, которую мир не признал. Но они – народ. 40-миллионный народ, который добивается своей государственности.

Маршрут их был традиционен для наших левых – от станции метро "Арсенальная" до арки Дружбы народов. Погода в Киеве в этот день не способствовала длинным речам выступающих, возможно, поэтому митинг продлился десяток минут. Накал страстей подогревался лозунгами – "Курды за мир и справедливость", "Нет вторжению Турции в Курдистан", "Свободу Оджалану. Мир Курдистану". Президент ассоциации курдских общественных организаций "Мидия" Тимур Мамоян, чья характерная восточная внешность и бархатный голос расположили к себе не одно журналистское девичье сердце, посетовал: "Сказать, что такая акция окажет ощутимое влияние на турецкие власти, я не могу. Но это шествие еще раз продемонстрирует Турции и мировому сообществу, что курды едины и поддерживают своего лидера. И если с ним что-то случится, они могут нарушить то временное перемирие, которое сами же в одностороннем порядке объявили. Эта и подобные мирные акции ставят перед собой еще одну задачу – изменить восприятие нашей нации как народа-разбойника, умеющего воевать и грабить".

Сегодня курды представляют себя в качестве альтернативной стабилизирующей силы в регионе и готовы всеми силами бороться за создание Курдистана, который они называют Новой Мидией, считая себя прямыми потомками древних мидийцев, и который намерены сделать демократическим государством. Если в их претензиях есть здравое зерно, то это меняет послевоенный план переустройства региона.

Факт отсутствия собственного государства стал особенно беспокоить курдов только со второй половины XIX века, когда на Восток все активнее стали проникать европейцы, а вместе с ними и идеология строительства национального государства. То, что происходит в наши дни на севере Ирака, называют "курдским чудом". Там начали реально складываться структуры, которые аналитики считают необычно демократическими для Востока. Необыкновенно быстро идут социальные и культурные преобразования. Курды очень спешат – ведь изменения на политической карте мира происходят не так часто. Любой здравомыслящий народ ждет того момента, когда на мировой арене складывается благоприятная для него ситуация.

В прошлом веке лишь однажды курды были близки к созданию собственного государства, когда по Севрскому договору после Первой мировой войны по инициативе Англии шла речь о создании Независимого Курдистана. Но от нее отказались очень быстро, посчитав, что курды абсолютно не способны к государственности. Со времен Второй мировой войны до развала Советского Союза сохранялся статус-кво, при котором никакого глобального геополитического перераздела не происходило. А после развала СССР во всех восточных регионах то тут, то там начали поднимать головы народы, веками отстаивающие свои права на независимость. И курды верят, что теперь настал черед Ближнего Востока.

Никогда не имевшие реальной мощи государства, а ныне имеющие только виртуальное, курды склонны к некоторому наивному восприятию своих соседей и сторонников. Они верят словам Мадлен Олбрайт, выступившей после захвата Абдуллы Оджалана о том, что Америка не ожидала такого развития событий в этом регионе. США, якобы, обманулись в заверениях Турции, что "все будет хорошо". Ну, просто как в годы репрессий: "дедушка Сталин не знает, что на самом деле происходит". И подобно чеховскому Ваньке пишут письмо "на деревню дедушке" – президенту США Джорджу Бушу – с верой, что Америка должна сегодня искупить свою вину и обманутые курдские ожидания.

Курды уповают на то, что именно сейчас, опираясь на противоречия в международных нормах – "каждая нация, каждый народ имеет право на самоопределение" и "о неприкосновенности существующих границ государств", –удастся добиться федерализма или автономии курдских территорий в рамках существующих границ. А в планах максимум, апеллируя к функции ООН, объединять нации, а не государства, и создать собственную державу. Идея совершенно неосуществимая силами самих курдов, но осуществимая при помощи извне.