Солдаты ждут

Сегодня истекает срок передачи эстонской стороне документов, касающихся перевозки останков двоих солдат-выходцев из Украины, обнаруженных при переносе Бронзового солдата в Таллинне, для захоронения на родной земле. Однако будет ли это сделано и каким образом, остается неизвестным. Солдатские кости, на которых станцевали политики, не могут обрести покой. История с памятником на площади Тынисмяги стала большой проблемой, в которой радость так перемешана с печалью, что отделить одно от другого очень сложно.

На прошлой неделе в секретариате Уполномоченного по правам человека Нины Карпачовой говорили о войне. Меньше чем за месяц, направив людей на Полтавщину, Донбасс и Москву, работая в архивах Киева, люди омбудсмена нашли почти все, что было возможно найти о жизненном пути и гибели старшего сержанта Степана Хапикало и старшины медслужбы Елены Варшавской. Причем в случае с Варшавской не было надежд на установление ее украинского происхождения: двоюродный брат, проживающий в Москве, утверждал, что она москвичка. Однако омбудсмановцы стояли на своем, и в архивах Полтавы обнаружили оригинал записи о рождении №284 от 14 февраля 1925 года.

Документ этот подтвердил, что Елена (Ленина) Моисеевна Варшавская родилась именно в Полтаве. Причем есть даже номер роддома, где 3 января 1925 года появилась на свет дочь театрального бутафора и виолончелистки. Именно отсюда семья переехала в Москву, где Елена училась в Гнесинском училище. На войну она сбежала из эшелона, идущего в тыл, оставив родным записку со словами "Сейчас нужна другая музыка". За неделю перед гибелью она вышла замуж…

А 24 мая отыскались родственники Степана Хапикало, одна из которых, Наталия Однойко, приехала на пресс-конференцию в Киев. Причем получилось так, что кроме вестей о пропавшем родственнике люди узнали, что их семья реабилитирована. Из документов, найденных в архиве СБУ, выяснилось, что перед войной отец и трое братьев Хапикало были репрессированы, а Степан попал на Донбасс.

В процессе поиска хоть какой-то информации об этом человеке участвовали ученики школ на Луганщине, которые ходили по старым людям и расспрашивали их о Хапикало. В конце концов, пожилая женщина вспомнила, как с Полтавщины привезли несколько оголодавших пацанов, и как соседи их подкармливали. В армию Степан Илларионович был призван из Луганской области, и имя его значится в областной Книге памяти.

Теперь Нина Карпачова пытается решить вопрос с перевозкой останков в Украину и захоронении со всеми почестями. С просьбой о помощи в этом она обратилась к президенту Украины. Тут почему-то напрашиваются мысли, что особой помощи от человека, пожелавшего иметь в стране музей советской оккупации (и теперь имеющего), ждать не стоит. Но дело не в том. Получилось так, что за останки приходится чуть ли не соревноваться: двоюродный брат Елены Варшавской, проживающий в Москве и имеющий двойное гражданство, выразил желание похоронить ее останки в Израиле. "Подключились религиозные организации, говорят, что в России или в Украине на могиле нарисуют свастику, поэтому лучше, чтобы дочь еврейского народа лежала в еврейской земле", – сообщила Карпачова.

Как заявил президент Еврейского совета Украины Илья Левитас, принимавший участие в поиске родственников, проблемой перевозки останков в Израиль занимается личный помощник главного раввина России Берла Лазара, и попытки склонить его к отказу от этой затеи ни к чему не привели. "При всем уважении к древней религии, она была комсомолка, украинка еврейского происхождения", – говорит Левитас. По его словам, если увезти останки Варшавской в Израиль, ее могила останется в забвении, "никто не подойдет", а ее захоронение в Украине будет иметь огромный воспитательный эффект для молодежи. Левитас выразил надежду, что оказать влияние на раввина поможет посол России в Украине Виктор Черномырдин.

Вместе с тем заместитель министра иностранных дел Украины Владимир Хандогий, присутствовавший на пресс-конференции, подтвердил, что МИД старается помочь, "чтобы останки выходцев Украины были похоронены на родной земле". "Мы общаемся с эстонской властью, чтобы выполнить все необходимые формальности, и убеждены что наше сотрудничество будет продолжено. Мы сделаем все, чтобы завершить это дело", – заключил Хандогий.

"Для меня права человека, – подчеркнула Карпачова, – это, прежде всего, право на человеческое достоинство, совесть и память. Этот поиск всколыхнул до сих пор нетронутые пласты отечественной истории, вдохновил на участие в патриотическом деле, объединил столько людей разных национальностей, политических взглядов и убеждений. В настоящее время за пределами Украины покоятся около трех миллионов наших соотечественников, из них известен только каждый десятый. Но не должно быть безымянных героев, не должно быть безымянных могил".

В этом омбудсман, безусловно, права. Все, кто погиб на войне, являются украинцами, и погибли они и за независимую Украину, в которой сейчас проживаем мы с вами. Украина под немецкой оккупацией не стала бы не только государством в современных границах, но и, в соответствии с политикой нацистской Германии в отношении оккупированных территорий, понесла бы непоправимые потери населения.

Именно поэтому Украина не имеет права через 60 с лишним лет после окончания войны допускать, чтобы солдаты, отдавшие за нее жизнь, лежали непохороненными по христианскому обряду. Лежали в полях под запашкой, в лесах или в чужой стране, где их просто могут выкопать и выбросить потому, что кому-то не нравится советская символика на памятнике. Каждый человек имеет право на персональное место и в жизни, и в земле.

Но красивые слова можно было говорить на прошлой неделе. А сегодня срок для предоставления информации о погибших воинах, чьи останки были извлечены из могилы под Бронзовым солдатом (в частности, анализа ДНК родственников), истек и что будет завтра – непонятно. По логике вещей, вместе все нужно было сделать сроком "на вчера", решив с эстонской стороной вопросы, связанные с перезахоронением останков украинских воинов, их идентификацией в соответствии с нормами международного гуманитарного права. Однако ни в секретариате омбудсмана, ни в МИДе нам ничего содержательного по этому поводу сказать не смогли.

Более того, некий сотрудник пресс-службы омбудсмана, пережевывая пищу, сообщил, что все ушли на форум по проблемам терроризма и когда будут – неизвестно. Дать координаты людей, владеющих текущей информацией по проблеме передачи останков, этот человек отказался наотрез – идите, мол, на форум и сами их ищите. А в ответ на просьбу назвать себя бросил трубку. В пресс-службе МИДа ответили очень вежливо, но по состоянию на 15 часов четверга, 7 июня, ничего о процессе или итогах сбора и передачи информации эстонцам известно не было. О том, какие договоренности имеются на этот случай, тоже никто не знает.

Тем не менее, известно, что эстонцы в случае задержки были готовы рассмотреть вопрос об участии родственников солдат в церемонии перезахоронения останков 12 советских воинов на военном кладбище в Таллинне, проведение которой планируется в начале июля 2007 года. Но при условии предоставления документов, подтверждающих родственные связи и письма в адрес Международного Красного Креста о готовности принять участие в церемонии перезахоронения. В любом случае, кости наших земляков не будут выброшены на свалку. Но, наверное, это не повод для самоуспокоения. Тем более, когда уже сказано много красивых слов, а солдаты ждут...