Парадоксы Нобеля

В Стокгольме началась Нобелевская неделя – самый авторитетный и продолжительный конкурс великих изобретений. Уже известно, что в области физиологии и медицины лауреатами этого года стали американцы Эндрю Файер и Крейг Мелло, которые открыли механизм, позволяющий контролировать потоки генетической информации. На двоих они получат $1,35 млн. Парадоксально, но премия, принесшая славу Швеции, оспаривалась в суде королем и была «дубликатом» аналогичной награды, учрежденной ранее в Санкт-Петербурге братом Альфреда Нобеля Людвигом. Разбогатевшие на Крымской войне и Бакинских нефтепромыслах братья считали вторым родным языком русский, страдали депрессией и боялись смерти. Но именно смерть принесла одному из них всемирную славу, а второму незаслуженное забвение…

Жизнь и бизнес семьи Нобелей неразрывно связаны с Россией. Именно в Россию подался на заработки отец семейства Иммануил Нобель – одаренный механик, чертежник, изобретатель. Обстоятельства, заставившие его покинуть родину, имели мистические корни. До 1833 года Иммануил и его супруга Андриетта жили вполне благополучно с двумя сыновьями – Робертом и Людвигом. Но с рождением в 1833 году третьего сына Альфреда на них посыпались несчастья. Когда младенцу было три месяца, пожар уничтожил их дом и все имущество, включая чертежи отца. Семья переселилась в убогую квартиру в северной части Стокгольма – Норлендсгартен, где дети начали болеть. Впоследствии Альфред Нобель страдал болезнями легких, нервной и сердечно-сосудистой систем. Швеция еще не была в то время социально ориентированной страной, и пользование услугами врачей вскоре разорило Нобелей. Они не могли расплатиться с долгами, и отца ждал арест.

Спасаясь от кредиторов, Иммануил в 1837 году бежал из Швеции в Россию (через Финляндию). Для того, чтобы наладить связи с военном ведомстве и продать свои изобретения (разрывные мины), ему понадобилось несколько лет. Лишь в 1842 году, когда финансовое положение главы семейства упрочилось, отец смог частично рассчитаться с долгами и вывезти из Швеции семью, которая фактически содержалась в заложниках у кредиторов. Поэтому первый парадокс Альфреда Нобеля заключался в том, что он не любил свою родину, но, как человек благородный, стыдился и скрывал данное обстоятельство. Большую часть жизни Нобель прожил за границей – в России, Франции, Италии. Со Швецией были связаны мрачные воспоминания голодного детства, сырые «коммуналки» бедняцкого квартала, травля со стороны уличных мальчишек и прочие «прелести» необеспеченного быта. В разговорах с современниками Нобель не раз осторожно высказывался в том плане, что родина приносила ему сплошные несчастья. Так оно было на самом деле, о чем мы скажем ниже.

В России семья Нобелей попала «из грязи в князи». Им выделили хорошую квартиру, дети получали лучшее образование. К семнадцати годам, прожив в Санкт-Петербурге восемь лет, Альфред, как и его братья, превратился в образованного светского юношу, который мог свободно говорить на пяти языках: шведском, русском, английском, французском и немецком, писал стихи и прозу и увлекался техническими изобретениями. На деньги отца он совершает путешествие по Европе и Америке.

В это время его отец и старший брат Людвиг сколачивали огромное состояние на Крымской войне: созданный ими в Петербурге один из крупнейших машиностроительных заводов того времени работал в три смены, поставляя в больших количествах боеприпасы. В 1859 году война и заказы кончились, и разбогатевший папаша Нобель решил утолить тоску по родине. Но как мы уже говорили, Швеция была для семьи «злой мачехой»: стоило Иммануилу уехать, как дела его завода в России пошли хуже некуда. Одним из условий выхода России из Крымской войны (закончившейся скорее поражением, чем «ничьей») стала передача военных заказов за границу. Уразумев, что перспектив «рубить капусту» в России нет, ее быстро покинули иностранные инженеры.

Попытки Людвига спасти предприятие отца провалились. Завод Иммануила Нобеля был объявлен банкротом. В это время Людвиг публикует две статьи в «Журнале для акционеров», где анализирует промышленно-экономическое состояние России, обращая внимание на негибкую таможенную политику русского правительства, которая не стимулировала развитие отечественного машиностроения. А также поднимает проблему отсутствия национальных квалифицированных кадров. Старший брат Нобеля впервые высказывает революционную идею о создании общественной организации, объединяющей инженеров, ученых и техников с промышленниками с целью воздействия на правительство в их интересах. Позднее это было реализовано при создании Русского Технического Общества.

С момента банкротства предприятия отца братья идут разными дорогами: Людвиг остается в России и становится одним из крупнейших российских промышленников и меценатов, Альфред мечется по Европе в поисках смысла жизни и способа спасения человечества.

В 1862 году Людвиг Нобель основывает собственный машиностроительный завод и называет его своим именем. Предприятие существует до сих пор – это довольно известный петербургский завод энергетического машиностроения ОАО «Русский Дизель».

Созданный Нобелем-младшим завод выпускает артиллерийские снаряды, мины, ружья, лафеты и пушки, в т.ч. и скорострельную пушку Барановского. Наряду с военной продукцией завод выпускал металлообрабатывающие станки, паровые молоты, гидравлические прессы (некоторые типы – впервые в России), локомотивы, экипажные оси и проч.

Организаторские способности Людвига Нобеля наиболее полно проявились в 1870-х гг., когда на казенном Ижевском оружейном заводе было начато изготовление ружей системы Бердана – легендарных «берданок». Нобелевский завод в Петербурге стал не только «механической мастерской» для Ижевска, но и основной кузницей кадров: лучшие мастера, механики и инженеры переехали из столицы в Ижевск, где стали руководителями главных отделов завода. За «содействие и особые труды по устройству в Ижевском Оружейном заводе технической части» Нобель 11 апреля 1875 г. был награжден орденом Св. Анны 2 ст.

С 1876 брат Альфреда стал заниматься совершенно новым для него делом – нефтяной промышленностью. Вместе с братом Робертом и сыном Иммануилом они регистрируют нефтяную компанию «Бранобель» («Товарищество братьев Нобель») и осваивают Бакинское нефтяное месторождение. Фактически благодаря «Браноблю» Россия выходит на ведущие позиции в мире по экспорту нефти. Братья используют уникальное по тому времени предприятие, занимающееся всем циклом: от разведки, добычи, переработки до доставки и продажи готовой продукции. Т.е. их можно считать родоначальниками вертикальной интеграции в нефтяной отрасли.

К тому же они впервые в мире использую танкеры: наливные суда для перевозки нефтяных продуктов водным путем: первое такое судно «Зороастр» построено в 1877 г. по проекту Людвига в Швеции. Но и это не все: именно братья Нобели в 1878 году построили первый в России нефтепровод, пускают по железной дороге вагоны-цистерны, строят по всей России систему складов, оборудованных железными резервуарами, и вытесняют с рынка американцев. Вся современная российская нефтяная мощь создана на опыте братьев Нобелей. Но за это никто не поставил им памятника. Более того, советская цензура старательно вымарывала упоминание выдающихся «буржуев» из исторических исследований. После революции компания «Бранобель» и заводы Нобеля были национализирована. Потомков, не успевших выехать за границу, выгнали из особняка, расположенного на Петербургской набережной, 24. В 2001 году здание красиво отреставрировали.

Кроме того, от Нобелей в Санкт-Петербурге остался ряд прекрасных зданий, спроектированных и построенных в начале XX столетия известным Лидвалем, например, доходный дом в Петроградской районе. Сейчас вокруг этого дома идет настоящая бюрократическая война между жильцами и местной властью, желающий передать его в аренду коммерческой структуре и настаивающей на отселении людей ввиду аварийности здания. Обитатели дома утверждают, что Нобель строил на совесть и дом простоит еще не одно десятилетие.

Но это так, к слову. Пока Людвиг и Роберт обустраивались в Петербурге, Альфред путешествовал, сочинял стихи, а также знакомился с интересными людьми – писателями, художниками, изобретателями. В лаборатории Пелуза он встретился с итальянцем Асканио Собреро, первооткрывателем нитроглицерина, опубликовавшим свое открытие в 1847 г. До Нобеля никто не придал этому открытию серьезного значения. И только Альфред обратил на него внимание.

Впрочем, он не сразу ухватился за изобретение итальянца. Сперва съездил в Америку и познакомился с земляком – инженером Джоном Эрикссоном – создателем корабельного винта.

К слову, Нобели не забыли своих иностранных помощников. В будущем Собреро ждет должность консультанта на динамитной фабрике Альфреда Нобеля в Авильяне, небольшом городке в 20 км от Турина. Там же в 1879 г. по инициативе Альфреда ему установлен памятник. Эрикссон как консультант по вооружениям в 60-х годах XIX в. будет вызван в Россию Нобелями на их фабрику.

Вернувшись в Петербург, Альфред Нобель познакомился с русским химиком-органиком Николаем Зининым. Фактически, Зинин предложил использовать в технических целях изобретение Собреро. Впоследствии их начали использовать при разработке золотоносных россыпей в Восточной Сибири. Нобель по сути развил все эти идеи, изобретя динамит.

Прожив в России недолго, Альфред возвращается в Швецию с матерью и младшим братом Эмилем, и там вместе с отцом продолжает работать над нитроглицериновыми экспериментами. В 1864 году эксперименты выливаются в трагедию: в сарае их дома, где ставились опыты, взорвалось 140 кг глицерина, погибло пять человек, в том числе и Эмиль. Родина вновь оказывается для семьи «территорией несчастий».

Тем не менее, довольно скоро Альфред с помощью редкоземельных элементов смог преобразовать жидкий нитроглицерин в твердую массу, способную взрываться с не меньшей силой, чем нитроглицерин, но при этом взрыв происходил не спонтанно, а предсказуемо. Свое изобретение он назвал динамитом. К динамиту Нобель изобрел детонатор. И с этого момента начался его пусть к миллиардному состоянию – самому большому частному капиталу в мире в то время.

Заработав денег, Альфред покидает Швецию и переезжает в Париж, в приобретенную им великолепную виллу на авеню Малакоф (дом сохранился и поныне). Он живет там тихо и скромно, влюбляется в дочку фармацевта, собирается жениться, но барышня умирает от туберкулеза. Следующие попытки найти любовь всей жизни оказываются неудачными. Нобель безответно влюблен в актрису Сару Бернар. Потом в экономку, которая покидает его для брака с австрийским бароном. Потом еще в кого-то.

Зарабатывая деньги и скупая акции военных заводов, он думает над проблемой, как обезопасить солдат на войне, возится с рабочими и ссорится с друзьями из-за неприятия эмансипации. С годами его здоровье ухудшается, он страдает клинической депрессией, головными болями, бессонницей, болезнями легких и сердца. Почти не тратит денег и ездит по своим заводам с небольшим саквояжиком, набитым лекарствами.

Он предлагает Франции приобрести права на его новое изобретение – нобелевские воспламенители, но получает отказ и продает патент Италии. В результате его обвиняют в государственной измене, пытаются арестовать и проводят обыски на фабриках. Нобель бежит в итальянский город Сан-Ремо, где 10 декабря 1896 года уходит из жизни.

К слову, по мнению биографов, Альфред Нобель маниакально боялся смерти. Но еще больше он страшился быть принятым за мертвого и заживо погребенным. Именно поэтому он настаивал, чтобы после смерти у него были вскрыты вены. А еще он очень боялся умереть в одиночестве, окруженным лишь теми людьми, которым он платил. Для него было важным, чтобы рядом были друзья и родные. Но когда у него случился инсульт, произошло именно то, чего он боялся больше всего: миллиардер умер один, без друзей, в окружении чужих врачей.

Теперь что касается собственно завещания и Нобелевских премий. Вопреки мнению, что это было его ноу-хау, Альфред скопировал идею брата. Людвиг, скончавшийся несколькими годами раньше и похороненный в Петербурге на Смоленском лютеранском кладбище, учредил Товарищество Нобеля: оно должно было ежегодно вручать золотую медаль и денежную премию изобретателю, которого назовет конкурсная комиссия. Первый конкурс был проведен в 1895 году, в состав комиссии вошел, в частности, Дмитрий Менделеев. Но потом, по русской традиции, деньги «замотали», хороший почин подзабыли, и Россия так и не стала родиной Нобелевской премии.

Справедливости ради надо сказать, что Людвиг, как человек прагматичный и женатый, отложил на благотворительные цели лишь незначительную часть своих капиталов, остальное он завещал сыновьям Иммануил и Карлу, а также дочери Марте. До Октябрьской революции они жили в Петербурге, потом Иммануил и Марта вернулись в Швецию, и скончались в 1932 и 1973 гг. соответственно. Карл умер молодым в России.

Альфред же отдал на премии невероятную по тем временам сумму – $1 млрд. Завещание он составил и подписал в Шведско-норвежском клубе в Париже в торжественной обстановке и в присутствии большого числа свидетелей. Однако после его смерти шведская королевская семья, учитывая исключительные обстоятельства (а именно колоссальный размер наследства), посчитала завещание экстравагантной выходкой очень богатого, но не вполне здорового психически человека и попыталось оспорить его законность в суде. Судьбу премий решило благородство наследников Нобеля – его российских племянников. Имея полную возможность с согласия властей стать самыми богатыми в мире шведами, они просто отказались от денег. Во время аудиенции у шведского короля в ответ на уговоры оспорить завещание, Иммануил сказал: «Мне бы не хотелось, чтобы кто-то считал, что наша семья присвоила чужие деньги». Судебные разбирательства, в которых правительство навязывало наследникам миллиард, а они отказывались, шло пять лет. И закончилось победой наследников – деньги остались у фонда присуждения Нобелевских премий. Теперь это составляет предмет особой гордости и престижа шведского королевства.

54321
(Всего 0, Балл 0 из 5)
Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в linkedin
LinkedIn
Поделиться в twitter
Twitter

При полном или частичном использовании материалов сайта, ссылка на «Версии.com» обязательна.

Всі інформаційні повідомлення, що розміщені на цьому сайті із посиланням на агентство «Інтерфакс-Україна», не підлягають подальшому відтворенню та/чи розповсюдженню в будь-якій формі, інакше як з письмового дозволу агентства «Інтерфакс-Україна

Напишите нам