Убийца Гетьмана "передумал"

В апреле 2003 года в статье «Дело мертвых киллеров» я высказала сомнение, что кровавые преступления, в том числе убийства Гетьмана, Щербаня, Брагина и других известных людей, действительно совершали неизвестные никому киллеры из так называемой «банды Кушнира». И вот случилось то, что должно было случиться: Сергей Кулев, признавшийся в убийстве Вадима Гетьмана и осужденный на пожизненное заключение, отказался от своих показаний. Если учесть, что как минимум двое других преступников осуждены большей частью на основании его слов, у прокуратуры могут возникнуть проблемы.

Банда
Напомню хронику событий. В апреле прошлого года, апелляционный суд Луганской области приговорил к пожизненному заключению участников “банды Кушнира” – преступной группировки, обвиненной почти во всех резонансных преступлениях с 1994 по 2000 год. Следствие считает, что банда совершила 23 заказных убийства, в том числе народного депутата Евгения Щербаня, банкира Вадима Гетьмана и президента футбольного клуба «Шахтер» Ахатя Брагина. А платил бойцам сам Павел Лазаренко.

Суд признал пятерых подсудимых виновными в убийствах, разбойных нападениях и грабежах в Донецкой и Луганской областях и приговорил их к различным срокам лишения свободы от 11 до 15 лет. В частности, суд приговорил к 15 годам тюрьмы с конфискацией имущества Константина Никулина и Игоря Пушнякова; к 11,5 годам тюрьмы с конфискацией имущества Эдуарда Косыгина, к 11 годам тюрьмы с конфискацией имущества Николая Малахова и Сергея Володченко. Вадим Болотских – за убийство депутата Верховной Рады Евгения Щербаня и Сергей Кулев – за убийство главы Украинской межбанковской валютной биржи Вадима Гетьмана, а также Леонид Добробатько – за совершение убийств и разбойных нападений получили пожизненный срок. Всего подсудимых восемь – это те, кто еще жив. Остальные или мертвы, или в розыске.

Евгений Кушнир, объявленный главарем банды, умер в Донецком СИЗО 2 мая 1998 года – ровно через десять дней после убийства Гетьмана. Другой руководитель ОПГ – Анатолий Рябин – убит 31 октября 1997 года. Посредник между киллерами и Лазаренко Александр Мильченко, он же «Матрос», умер 22 ноября 1997 года от «острого геморрагического панкреонекроза, цирроза печени». Ключевой свидетель – старший оперуполномоченный УБОП Днепропетровской области майор милиции Александр Менчуковский, который вроде бы лично вышел на след Кушнира и его команды, умер в конце 1996 года.

«Изюминка» следствия и «гвоздь судебной программы» – россиянин Вадим Болотских. По неофициальным данным был вывезен украинскими убоповцами из Москвы и переправлен на родину в багажнике автомобиля. Изначально планировалось, что Болотских расскажет о подготовке убийств президента ФК «Шахтер» Ахатя Брагина 15 октября 1995 года и депутата Евгения Щербаня 3 ноября 1996 года. Однако в самом начале судебного заседания он отказался давать показания о банде Кушнира

По материалам следствия банда под предводительством гражданина Израиля Евгения Кушнира, граждан Украины – Анатолия Рябина и Магомеда Алиева на протяжении 1994-1995 гг. систематически истребляла крупных бизнесменов Донецка с целью захвата их бизнеса, перераспределения в свою пользу финансовых потоков. Кроме этого, они застрелили президента банка «Юнекс» Якова Рогозина, руководителя «Данко» Александра Момота, ранили председателя донецкого отделения НБУ, нескольких высокопоставленных чиновников и крупных бизнесменов. Но по-настоящему «звездный час» настал для киллеров после знакомства с Павлом Ивановичем Лазаренко.

Обвинение убедило суд, что в 1996-1997 гг. Лазаренко заказал Кушниру убийства Щербаня и Гетьмана и перечислил ему со своего банковского счета $2,85 млн. Мотив следующий: обе жертвы были конкурентами премьер-министру в сфере бизнеса. Убийство конкурентов Павел Иванович якобы задумал давно, но не мог найти подходящих исполнителей в Днепропетровске. Выбрать именно Кушнира ему посоветовал вышеупомянутый уголовный авторитет «Матрос», слышавший об успешной деятельности киллеров в Донецкой и Луганской областях. По словам свидетелей, выступавших в суде, летом 1996 года Павел Лазаренко лично встретился с третьим «сопредседателем банды» Магомедом Алиевым («Магой») за пределами Украины и предложил убить Евгения Щербаня за вознаграждение в два миллиона долларов. После этого они встречались еще раз в Киеве, в отеле «Националь», где любят останавливаться высокие зарубежные гости и отечественные предприниматели. Не правда ли странное место для столь конфиденциальных переговоров?

Первоначально с Павлом Ивановичем контактировали Алиев и Рябин при посредничестве «Матроса». После того, как 31 октября 1997 года Рябин был убит, а «Матрос» умер, 15 ноября 1997 года в Киев приехал сам Кушнир, и уже он стал вести дела. Интересная деталь: по свидетельству знающих людей, Женя Кушнир был просто мелким «золотишником» (работал ювелирных дел мастером в сфере бытового обслуживания Донецка). Он хорошо знал местную братву, приятельствовал даже с отдельными «ворами в законе» (например, Авцином, Эдуардом Брагинским-Чириком) и сам был готов «решить вопрос» обратившегося к нему за помощью, что охотно и делал. Но вот насчет того, чтобы убирать самых влиятельных людей региона, есть сомнения…

Во-первых, не совсем понятна цель, с которой Кушнир совершил 25 убийств и 17 покушений. Если это «перераспределение финансовых потоков», как их можно перераспределить, оставаясь невидимкой? Другими словами, как можно собирать «дань» с местных бизнесменов и при этом оставаться вне поля зрения «агентов» конкурирующих банд?

Во-вторых, подозрительно, что в самый криминальный период постсоветской истории, когда ковался «стартовый капитал», в специфическом Донецке образца в 1994-1996 годов никто не слышал о банде Кушнира как субъекте местного криминального мира. Он оставался таким себе невидимкой, методично уничтожая влиятельных людей. Не замечал его и наиболее авторитетный тогда человек – Ахать Брагин. И это притом, что Кушнир на протяжении года якобы трижды (!) покушался на Брагина (в том числе с применением гранатомета).

Более того, по словам свидетелей, ценой за смерть Щербаня, которую Кушнир назначил Павлу Ивановичу через «Магу», были «нехилые политические решения»: поменять главу областного СБУ, сменить руководство Азовского морского пароходства, помочь в приватизации Харцызского трубного завода и выделить кредит «Ровенькиантрацит». Получалось, что, сидя в какой-то дыре и зарабатывая для вида копейки, эти ребята мыслили в масштабах миллиардов.

Кулев

Сергея Кулева задержали весной 2001 года. Причем, можно сказать, произошло это случайно. 31 марта 2001 года он с товарищами отдыхал в одном из ночных баров Луганска. Официант пытался обсчитать их на сто гривен, разбушевавшийся Кулев стал стрелять из газового пистолета в местных вышибал и как зачинщик скандала попал в милицию. Затем было следствие и суд, который признал Кулева виновным в злостном хулиганстве и незаконном ношении оружия. С учетом имеющейся ранее судимости он был приговорен к трем с половиной годам заключения. Но вместо того, чтобы отправить на зону, его доставили в изолятор одного из областных УСБУ. Такое решение правоохранители приняли потому, что Кулев написал чистосердечное признание… в убийстве Вадима Гетьмана.

Кулев заявил на суде, что в убийстве принимали участие, кроме Валерия Пушнякова, Степан Ильченко и Валерий Тимохович (числятся в розыске, хотя, по неофициальной версии, их уже нет в живых), а также Сергей Володченко и Эдуард Косыгин (осуждены).

Вечером накануне убийства Пушняков якобы привез Ильченко на заранее снятую квартиру. Утром Кулев и Ильченко загримировались под женщин, оделись в женскую одежду, обувь и парики и поехали к дому Гетьмана. Кулев находился между вторым и третьим этажами на лестничной площадке, с которой через окно хорошо просматривался вход в парадный подъезд и на лестнице подходы к лифту. Когда по рации ему сказали: «Встречай, объект прибыл», он спустился по лестнице, достал пистолет, зашел в лифт и начал стрелять, пытаясь попасть в область сердца своей жертвы. Первая пуля пролетела мимо. От второго и третьего выстрела Гетьмана развернуло лицом к убийце, отбросило на стенку лифта, и он начал оседать на пол. После этого Кулев сделал контрольный выстрел в висок.

Убив Вадима Гетьмана, Кулев вышел из подъезда и сел в машину, через сотню метров к ним подсел Ильченко, прикрывавший отход.

Примечательно, что Кулев сознался также в убийстве крупнейшего луганского авторитета и мецената Валерия Доброславского, известного под кличкой Доброслав, который в середине 90-х годов был фактическим хозяином всего региона. Его расстреляли из автоматов. Во время бойни вместе с Валерием Доброславским были убиты трое его охранников.

Так вот, по словам Сергея Кулева, причиной убийства криминального лидера было то, что от Павла Лазаренко к Кушниру могли прийти несколько сот тысяч долларов, но в Луганске все контролировал Доброслав, который не пропустил бы мимо себя такие деньги. Кулев живописно рассказывал, как он выследил жертву возле его же дома. Но специалисты признания убийцы считают просто выдумкой.

В Луганске долго недоумевали, как это Кулев и Пушняков, которые были по сравнению с такой крупной фигурой, как Доброслав, просто мелкими хулиганами и неудачниками, делавшими мелкие деньги на растаможке импортной селедки (ее продавал пенсионер – отец Пуха), могли иметь пересечение деловых интересов с хозяином региона.

Неубедительными выглядели и опасения признавшихся в убийстве Доброславского, что им придется делиться с ним «гонорарами» от Павла Лазаренко. Если верить этому, то по логике им легче было перестрелять половину Луганска, чем выехать в другой город и получить там деньги. Большинство луганчан все же связывают смерть Валерия Доброславского с более крупными делами, в частности, с его планами относительно приватизации Лисичанского нефтеперерабатывающего завода, а также наступлением «донецких» на соседнюю область.

К чему я все это рассказываю? К тому, что информация об отказе Кулева от признания в убийстве Гетьмана, является логическим продолжением дела «банды мертвых киллеров». Уже известно, что убийца направил в Верховный суд ходатайство о пересмотре вынесенного в 2003 году приговора в порядке исключительного производства, в котором написал: «мой приговор должен быть пересмотрен, так как все дело сфабриковано». Он пишет, что впервые ему предложили дать свидетельства о своей причастности к убийству Гетьмана в 2001 году в Житомирском СИЗО – там он находился как приговоренный к трем с половиной годам лишения свободы за хулиганство. Это сделали старший следственной группы Дробиняк и следователь Силин. «Они, каждый в отдельности, говорили, что нужно в государственных целях обвинить Лазаренко», – пишет Кулев. Согласие дать свидетельства против себя Кулев объяснил «угрозами» его жизни и его семье, а также тем, что, находясь в тюрьме, он «ничем не сможет помочь».

P.S. Конечно, верить этому письму Кулева, так же трудно, как и его показаниям. Но, с другой стороны, в том же Луганском суде сейчас слушается дело милиционеров, настропаливших бомжа Юрия Вередюка взять на себя вину за убийство Игоря Александрова. А затем, не исключено, и отравивших его, чтобы замести следы. Чтобы избежать подобного скандала на прокурорском уровне, дело банды Кушнира необходимо доследовать. Как говорится, лучше поздно, чем никогда. Тем более что отказ от показаний гражданина Кулева совпал во времени с появлением в телеэфире экс-премьера Павла Лазаренко, убеждавшего сограждан в своей невиновности и намекавшего на желание вернуться домой из негостеприимной Америки. А это уже большая политика…

54321
(Всего 0, Балл 0 из 5)
Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в linkedin
LinkedIn
Поделиться в twitter
Twitter

При полном или частичном использовании материалов сайта, ссылка на «Версии.com» обязательна.

Всі інформаційні повідомлення, що розміщені на цьому сайті із посиланням на агентство «Інтерфакс-Україна», не підлягають подальшому відтворенню та/чи розповсюдженню в будь-якій формі, інакше як з письмового дозволу агентства «Інтерфакс-Україна

Напишите нам