Уроки "польского" в парламенте

"Это слишком серьезное дело, чтобы оставлять его решение политикам", – такой слоган звучал с польских телеэкранов во время рекламной кампании референдума по вопросу вхождения Польши в Европейский союз. И, похоже, к нему прислушались. Под конец второго дня референдума полякам все-таки удалось перешагнуть 50%-ный барьер, что позволило узаконить решение более 81% избирателей присоединиться к Европейскому Союзу. Преимущества и драматические уроки польского референдума обсуждались в стенах украинского парламента на научно-практической конференции, организованной Комитетом Верховной Рады Украины совместно с Фондом "Демократические инициативы" (Киев) и Институтом общественных дел (Варшава).

Участники конференции, как с украинской, так и с польской стороны, подчеркивали, что польский опыт может стать чрезвычайно полезным для Украины, которая так же, как и когда-то Польша, только стала на путь европейской интеграции. Ну а что касается опыта в подготовке референдума, то тут у поляков действительно есть чему поучиться. Ведь с 1998 по 2001 год количество сторонников европейской интеграции в Польше стремительно падало, и к концу 2001 года достигло критической черты – всего около 43%. Поэтому, видимо, и вопрос о референдуме, который по прогнозам 2000 года должен был состояться в 2002-м, был отложен на год. Кроме того, все проведенные ранее в Польше референдумы показали крайнюю апатичность населения: ни в одном из них количество проголосовавших не превысило 50% от общего числа избирателей, что по польским законам не позволяет признать голосование действительным. Если бы так произошло и на этот раз, решение о вхождении в ЕС пришлось бы принимать депутатам Сейма не менее чем двумя третями голосов. Поэтому, как подчеркнул Яцек Кухарчик, директор Института общественных дел, в процессе подготовки к вхождению в ЕС, которая, кстати, велась в Польше почти 15 лет, очень важным этапом работы наряду с адаптацией законодательства к европейским правовым нормам, была психологическая подготовка населения.

Одним из важнейших факторов, благодаря которым удалось добиться столь массовой поддержки населения, поляки считают достаточно серьезную консолидацию политических элит. Фактически, единственными силами, которые выступали против интеграции в ЕС, были Лига польских семей и партия "Самооборона". Да и то, только первая из них откровенно призывала население голосовать "против". Сыграл здесь свою роль и тот факт, что основные политические силы высказали свое достаточно критическое отношение к польскому правительству, которое не пользуется популярностью у населения, но вместе с тем все же признали инициативу правительства шагом верным и своевременным.

Еще одним, безусловно, важным фактором стала поддержка интеграции Папой Римским. Именно она явилась серьезным контраргументом некоторым евроскептикам, убежденным в опасности евроинтеграции для польских традиций.

Говорилось на конференции и о негативном опыте референдума. Так, оказался недостаточным срок проведения рекламной кампании, предусмотренный законом про референдум (1 месяц). Этого времени ни сторонникам, ни противникам присоединения к ЕС не хватило для проведения эффективной рекламно-агитационной работы. Кроме того, в этот раз впервые, кроме политических партий и парламентских фракций, в кампании могли участвовать и негосударственные организации. Это привело не только к достаточно большому объему непрофессионального материала, а и к слишком большому количеству участников кампании, что, в свою очередь, снизило заинтересованность граждан.

Впрочем, все это не помешало 58,85% польских граждан прийти на избирательные участки и проголосовать за вхождение Польши в Европейский Союз. По данным опроса, наиболее массово поддержали это решение госслужащие и интеллигенция (около 91%), сторонники левых политических взглядов (88%), те, кто оценивает свое материальное состояние как хорошее (около 85%) и лица с высшим образованием и молодежь (по 83%). Наиболее многочисленными группами, которые высказались против вхождения Польши в ЕС, были сторонники консервативных религиозных взглядов (около 30%) и фермеры (28%), опасавшиеся скупки дешевой польской земли иностранцами. Причем намного больше евроскептиков насчитывалось на востоке страны. В западные же регионах, которые еще не так давно по историческим меркам входили в состав немецких земель, противников евроинтеграции было очень мало.

Кстати, по словам Владимира Горбача (Институт политики, Украина), подобная ситуация повторилась бы и в Украине, став она сейчас перед вопросом вхождения в ЕС. Между тем, далеко не все польские схемы агитации населения "сработали" бы у нас. И здесь есть несколько аспектов. Во-первых, в Украине сейчас в принципе невозможна такая мощная, как в Польше, консолидация политических сил, поскольку политика в отношении подобных вопросов у нас скорее является способом внутренней борьбы за власть, чем продуманной и последовательной линией. Кроме того, политическая власть в Польше – это, прежде всего, сильный парламент и сильное правительство, где президент выполняет скорее функции арбитра, нежели основного игрока. Ну и, конечно же, у нас нет такого серьезного политического авторитета, каковым является Папа Римский для поляков.

И поэтому, учитывая опыт наших западных соседей, нам нужно все-таки учиться искать свои собственные шаги на пути к полноправному европейскому сотрудничеству. Этого-то как раз и ждут от нас и Польша, и Европейский Союз. Никто никого "тянуть за собой в европейскую семью" не будет. Польше для понимания этого потребовалось почти 15 лет. Сколько потребуется для этого нам, сказать еще трудно.