Правоохранительные органы в настоящее время ведут ряд расследований деятельности некоторых высоких должностных лиц Тернопольской области. Среди них и Василий Олийнык – председатель областного совета, сообщает газета «Киевский телеграф». Разумеется, Агентство не могло пройти мимо такого отрадного обстоятельства. Однако новое законодательство лишает журналистов возможности каким-либо образом вмешиваться в процесс следствия, в частности, писать о нем. Тем не менее, АЖИ решило внести свою лепту и рассказать о начале политической и деловой карьеры господина Олийныка.
Василий Олийнык принадлежит к той славной плеяде украинских политиков, которые в начале 90-х годов вовремя сориентировались на местности, чем открыли для себя просто невиданные возможности. Ими сполна и воспользовался бывший 1-й секретарь одного из райкомов КПУ, а затем 1-й зампредседателя облисполкома Олийнык, возглавивший в 1990 году областной совет, а потом и облисполком и превратившийся в последовательного сторонника независимости Украины. К этому времени относится его знакомство с неким Борисом Павлюком, представлявшим на просторах СССР немецкую фирму «Унимекс». Последний как раз был озабочен продвижением одного крупного «дела». Оно стартовало в июле 1991 года с заключения сделки между немецкой фирмой «Геликон» (в лице директора Хаеферера) и российской фирмой «Красноярсквнешпромтехобмен» (директор Буховцев) об осуществлении бартерной операции (контракт № 280/ 00154683/91-39 от 5.07.91).
Немцы обязались поставить в голодную Россию сахар в обмен на алюминий. Задача была этот сахар найти, и не где-нибудь, а на территории СССР. Сделка едва не сорвалась из-за переворота 19 августа 1991 года, когда власть попытался захватить ГКЧП. Но, как известно, переворот провалился. Для Олийныка это было настоящим подарком судьбы, ведь партийный надзор приказал долго жить, а он в одночасье оказался единоличным хозяином области. И уже будучи на новой должности, вспомнил о Борисе Павлюке. В Германию полетели предложения о сотрудничестве, и вскоре президент холдинговой компании «Унимекс» (Франкфурт-на-Майне) герр Грюбнер был приглашен в Тернополь.
Тем временем Борис Павлюк предложил Олийныку принять участие в уже упоминавшейся нами сделке между «Геликоном» и «Красноярсквнешпромтехобменом» в качестве поставщика сахара. 21 сентября 1991 года между базой материально-технического снабжения «Тернопольоблпищепрома» (директором базы был некто Косинский, назначенный с подачи Олийныка) и немецкой фирмой «Унимекс Холдинг Лтд» был заключен контракт №1 на поставку в Германию 8 тыс. тонн сахара по цене $200 за тонну в обмен на комплектный завод по изготовлению минеральных вод и безалкогольных напитков. Гарантом выполнения контракта выступил Тернопольский облисполком (фактически – Олийнык).
Однако с поставкой сахара не спешили, тем более что в самом тексте контракта сроки его выполнения не были оговорены, указывалось только, что они будут определены по согласованию сторон и оформлены в виде отдельного протокола. Оснований спешить действительно не было, поскольку только 14 октября 1991 года Минфин Украины выдал (за подписью начальника валютно-экономического управления Гончарука) свидетельство №240 о государственной регистрации СП «Унимекс-Львов» (его руководителем стал некто Соколов), и только после выдачи свидетельства создается тернопольский филиал СП, получивший название «Унимекс-Львов-ТКП».
Генеральным директором филиала становится все тот же Олийнык. Даже с учетом того, что события происходили в смутное безвременье накануне распада СССР, поступок председателя облсовета и облисполкома, возглавившего одновременно коммерческую структуру, не укладывался в нормы закона. Но Олийныка, конечно, эти обстоятельства не волновали. В качестве генерального директора филиала он смог открыть на свое имя счет во франкфуртском «Хиппобанке» с правом первой подписи.
Подготовительные мероприятия таким образом были завершены, и фирма «Унимекс» передала своей дочерней структуре СП «Унимекс-Львов» права и обязанности по исполнению «сахарного контракта». Интересно, что об этой передаче прав стало известно только в 1994 году. Причина умалчивания была действительно серьезной, поскольку СП «Унимекс-Львов» полностью переуступило права и обязанности по выполнению контракта с «Тернопольоблпищепромом» своему же тернопольскому филиалу, т. е. Олийныку (соответствующий документ получил гриф «совершенно секретно» и в природе существует не более чем в трех экземплярах).
Покончив с формальностями, Олийнык и его партнеры договорились о сроках поставки сахара. Первая партия (5 тыс. тонн) должна была отбыть до
31 октября 1991 года, вторая – (3 тыс. тонн) – до 31 декабря. Разумеется, обе партии сразу же направились в Красноярск, а не в Германию, где и своего сахара достаточно, да и по цене ($200) он немцам не подходил (покупка его в Германии обошлась бы на $30—40 дешевле). Для того же, чтобы не возникли вопросы о невыполнении условий контракта, рассудительные немцы придумали два документа объединить: немецко-российский «Унимекс» – «Тернопольоблпищепром» и немецко-российский «Геликон» – «Красноярсквнешпромтехобмен». Причем в соответствии с одним документом, сахар должен был быть ввезен в Германию, а с другим – вывезен за ее пределы.
Даже в таком виде реимпортная сделка сулила неплохие барыши – немецким законодательством предусмотрен возврат 16% НДС в случае продажи импортированного товара, а учитывая объем поставки сахара – почти 8 тысяч тонн, это составило бы приличную сумму, которую бизнесмены легко могли бы зачислить в свою прибыль.
Но в том-то все и дело, что сахар в Германию ввозить никто не собирался, по крайней мере, фактически. А вот оформив фиктивные документы на импорт сахара и поставив его напрямую в Россию, можно было бы заработать и вовсе фантастические деньги.
Для того, чтобы создать видимость вывоза сахара, был подготовлен комплект фальшивых накладных международного образца, с которыми «сладкий груз» и отправился в Красноярск. Однако деньги за товар следовало получить в Германии от компании «Геликон», которая никакого сахара на самом деле не получала.
И вот на сцене появляется компания «Унимекс-Львов- ТКП» и ее генеральный директор Василий Олийнык. Он заключает с немецкой фирмой «Помодент» фиктивный договор, вероятнее всего за
№ 91010 Z, на поставку 5 тысяч тонн сахара в Германию. То есть именно такой партии, которая была отправлена в Россию. «Помодент», в свою очередь, «честно» оплачивает несуществующий сахар. 27 декабря 1991 года фирма перечисляет сумму, причитающуюся компании «Унимекс- Львов-ТКП». В результате на счету украинской фирмы в «Хиппобанке» за №367813262 оказывается 1 млн. 500 немецких марок. «Помодент» же получает причитающиеся ей деньги от компании «Геликон» за поставленный ей красноярской фирмой алюминий.
Здесь начинается самое интересное. Через несколько дней на счету фирмы «Унимекс-Львов-ТКП» в немецком банке не оказывается ни копейки. Напомним, что правом первой подписи обладает директор фирмы Василий Олийнык, без его ведома деньги никуда переведены быть не могли.
Однако история на этом не заканчивается, и вот как развиваются события дальше. 13 января 1992 года Василий Олийнык получает факс от фирмы «Помодент» с сообщением, что имеется возможность повысить цену сахара для ее конечного красноярского покупателя – «Росоптопродторга» на $230 за тонну. Таким образом, для российского предприятия сахар обходится в $430 за тонну и при этом «Росоптопродторг» не терпит убытков. Объясняется это тем, что по существующему в 1991 году коммерческому обменному курсу, который применялся исключительно в сфере внешнеэкономической деятельности, это составляло всего лишь 780 рублей за тонну, что соответствовало обычному уровню цен на сахар. А вот «навар» на партии товара в целом (7 870 тонн) составил $1 млн. 800 тысяч.
Остается лишь подсчитать, сколько заработал наш «деятель» на всех этих операциях. По самым скромным подсчетам доход состоит из трех частей: 1,5 млн. немецких марок – плата за первую партию сахара в 5 000 тонн, 861 тысяча марок – за вторую партию в 2 870 тонн, и 905 тысяч марок – треть от добавленной стоимости на сахар.
Итак, даже с вычетом «накладных» расходов сумма все равно выглядит более чем пристойной, и составляет никак не меньше 3 миллионов немецких марок.
Кстати, по сообщениям, поступившим из Германии от адвокатов Эндлера и Шилингса, против соучредителей концерна «Унимекс Холдинг ГмбХ» Фишера и Грюбнера прокуратурами Берлина и Франкфурта-на-Майне возбуждены уголовные дела. Остается надеяться, что деяния Василия Олийныка и его немецких партнеров не скроются от зоркого глаза и украинских правоохранительных органов, и ущерб, нанесенный ими Тернополю, будет возмещен.
Поэтому в конце этой статьи мы пишем: «продолжение следует».